Страница 3 из 33
Глава 2.1
- Что скажешь? - поинтересовался Давид, веером разложив перед собой бумаги из папки Юлии, перебирая их с некоторой ленцой. - Как тебе стажёрочка?
Да ничего интересного, - Кирилл показательно зевнул, снова устроился лёжа на диване и скрестил руки на груди. - Куда мне её «пятёрки» - на обложку поставить? Мне подход к делу нуженсмелый, дерзкий, креативный! А эту пионерку, уверен, скрючит от одних наших заголовков.
Поручить ей тему «7 способов быстро вернуть эрекцию»? Или «Как распознать девственницу на первом свидании»? Чтоб она мямлила, краснела и термины подбирала?
- А мне кажется, Кира, что такие тихони ох как на самом деле умеют отжигать, - крякнул Дава и Кириллу не надо было на него смотреть, чтоб точно знать, как маслянисто заблестели его глаза.
В тихом омуте...
- Она - обычная серая мышь, - решительно подвёл черту Кирилл, - скучная, унылая и закомплексованная. Абсолютно не подходящая журналу. Я тебе могу пари предложить, хочешь?
Мы с ней намучаемся, устанем прикрывать её наивно-праведные косяки, и уже через месяц она сама попросится перевестись в любое ванильное женское издание. Ну или в сопливо-детское, на крайний случай.
- Пари, говоришь? - Давид задумчиво поскрёб небритую щёку. - А лично проверить девочку на профпригодность не желаешь?.
Нет.
Кирилл хмыкнул, отвергая предложение.
- Драть мышей - не моё. Я предпочитаю совсем другие экземпляры. Да и ты тоже, если уж на то пошло.
Тем лучше. Лакомый кусок и дурак откусит. Давай так, Кира: полгода её стажировки - срок тебе, чтоб уложить Юлечку к себе в постель. Сделаешь - премию тебе выпишу в размере полугодового оклада.Щедро! - присвистнул Кирилл, принимая сидячее положение. - Это вот тебе настолько скучно, да? Ну, допустим. - В себе и своём умении обольщать и кружить головы молодым журналисткам он нисколько не сомневался. - Тогда и обратная сторона медали: что, если нет? В порядке бреда, разумеется. За полгода я и крокодила приручу и поимею. Но в любом пари должно быть и обратное условие. Если нет - то что? Мне полгода бесплатно пахать? - он рассмеялся, представив этот абсурд.А если я тебя опережу, - невозмутимо отозвался Давид, - и твоя стажёрка попадёт в мою постель раньше, чем в твою, - тогда креслице из-под твоей задницы уйдёт моему племяннику.
Давно уже ищу, куда его пристроить.
- Вон оно что, - помолчав минуту, кивнул Кирилл. По его голосу невозможно было понять, что условие его как-то задело или встревожило. Но лишь потому, что он отлично умел владеть собой.
Слова Давида разбудили в нём волну гнева, и отголоски плясали сейчас в сузившихся каштановых глазах. Даже похмелье как рукой сняло. - Местечко тебе насиженное понадобилось... А ничего, Дава, что я с тобой начинал, когда ты никем был? Журнал тебе с нуля нарисовал. Всё поднял, на рельсы поставил. А как сливки снимать - так пинка тебе, Стоцкий? Рудику твоему нужнее? А не боишься, что развалит он тут всё к хренам?
Не развалит. Рулить-то ты будешь, Кира, как и рулил. А Рудик - только в кресле сидеть.Ах, вот как... Ну, это в корне меняет дело, конечно. Ты это хотел услышать? За дурака меня
держишь? На побегушках задницу подтирать твоему сопляку?
- А что, у тебя вариантов много? Пойдёшь рыбаков-охотников возглавишь? Не смеши. Да и что ты завёлся-то? Сам же сказал - за полгода всех крокодилов в койку сложишь! Ну вот и давай, стимул есть.
- Так, - процедил Кирилл, - уточним условия. За полгода кто-то из нас должен переспать с
Юлечкой. Что считается доказательством?
Видео.И её добровольное согласие, полагаю?Конечно. Исключительно добровольно.Забились. Будет тебе шоу.
Кирилл вышел из кабинета, впервые за долгие годы не испытывая желания прощаться с начальником и уже бывшим другом.
Следующее утро началось как обычно, как череда всех прочих, что были до него. Небольшой коллектив журнала собирался на планёрку в кабинете Кирилла, оживлённо гомоня, обмениваясь новостями и беззлобно подкалывая друг друга. Заряд бодрости для грядущего дня, никаких обид.
Оказывается, в кабинете была и вторая комната - с длинным столом для совещаний, за которым сейчас и рассаживались сотрудники. Слегка робея, но стараясь держаться уверенно, Юля скромно заняла место с краю - подальше от кресла начальника. Сама не знала, почему не хочет лишний раз попадаться ему на глаза. Он не показался ей вчера неприятным. Даже наоборот. Но интуиция подсказывала, что он может быть жёстким. Опасным. А может, ей хотелось убедить себя, что если они будут меньше пересекаться - то и её вспыхнувший было интерес сойдёт на нет... Ни к чему хорошему такие игры не приводят. Она - обычная стажёрка, каких у него наверняка были десятки. Он постоянно посещает закрытые мероприятия, модные показы, вечеринки, встречи на высшем уровне; там и модели, и куча доступных девиц... Что ему за дело до какой-то студентки?
Юля положила перед собой новенький блокнот и ручку, решительно выметая все лишние мысли из головы.
- Доброе утро, коллеги! - сегодня Кирилл выглядел бодрым, свежим и полным сил. Уложенные волосы, стильная дорогая рубашка, нотки хорошего парфюма - весь образ начальника излучал уверенность и дерзость. - Итак, я хочу услышать, чем вы собираетесь меня порадовать на этой неделе. Но прежде - приятная новость! В нашу семью, не побоюсь этого слова, вливается новая перспективная девочка - Юленька, где ты, покажись коллегам!
Ей пришлось встать с места, под любопытными взглядами девушек и парней, которые будто бы только сейчас обратили внимание на постороннюю. Юля встретилась глазами с Кириллом казалось, он испытывал её на стрессоустойчивость.
- Думаю, ты очень быстро познакомишься с ребятами и сумеешь проявить себя. Своё первое задание получишь чуть позже. Со всеми вопросами - к Жанне Андреевне, наш шеф-редактор, - ухоженная женщина чуть за тридцать, которая сидела в самом начале стола, кивнула. Длинные кисти серёг чуть колыхнулись, коротко стриженые волосы их не прикрывали.
Планёрка пошла своим ходом. Был озвучен план мероприятий, кому-то тут же вручались пригласительные и аккредитации, кто-то сетовал, что опять пролетает. Юля внимательно слушала, делая пометки в блокноте. Пару раз осмелилась поднять глаза - и каждый раз убеждалась, что начальник наблюдает за ней. Как будто она была здесь единственной персоной, достойной внимания.