Страница 26 из 33
Глава 13.1
К Юле Кирилл добрался, как назло, поздно: несмотря на давно оконченный рабочий день, пробки никуда не делись. Город стоял, и когда Стоцкий вошёл в квартиру девушки, часы уже показывали почти девять вечера. По пути ещё пришлось завернуть в магазин: Юля теперь боялась даже ходить за продуктами, а вызывать курьера и подавно. Она вообще никого не пускала к себе, за исключением его, Кирилла
Почему-то это детское доверие вызывало в душе прожжённого главреда какие-то давно забытые чувства. Сердце замирало при одном воспоминании о том, как нежно Юля льнула к нему.
Как её тонкие пальчики с аккуратным, не ярким маникюром касались его рук. И это было не исключительно сексуальное желание, к которому Стоцкий давно привык и которое вызывали у него многие девушки. Эти "многие" не могли пробудить в его сердце то, что пробуждала Юля...
Невольно Кириллу вспомнился их давний разговор в офисе. Тогда он вовсю "окучивал" наивную стажёрку, затирая ей про свою непонятость и жажду высокой чистой любви. Врал, конечно Но сейчас это враньё удивительным образом превращалось в правду.
Войдя в Юлину квартиру, Кирилл первым делом вручил девушке пакет с продуктами, а сам отправился в ванную. Вымыв руки, с отвращением одёрнул рубашку: одежду давно стоило сменить, после целого дня в офисе вещи утратили свежесть. Как и он сам.
По-хорошему, надо было уйти. Поговорить с Юлей минут пять, выпить чаю и уехать. Кто он такой, чтобы тут задерживаться?
Но уезжать не хотелось. И он сам себе не мог объяснить почему. Вернее, мог бы - но боялся признаться.
Юль! - окликнул девушку Стоцкий. - Поставишь чайку?
А я уже! - отозвалась та. Кирилл с удовольствием отметил, что её голос повеселел. Не было в нём уже той дрожащей испуганности, с которой Юля звонила днём. Да и сама девушка выглядела заметно успокоившейся.
На кухне и впрямь уже стояли две чашки с дымящимся чаем. Хозяйственная девушка нарезала сыр и ветчину, которые привёз Кирилл, и как раз расставляла на столе блюдца и вазочки с вареньем и фруктами.
- Поешь, - заботливо сказала. - Целый день же в офисе небось на одном кофе.
Сердце Кирилла дрогнуло. Когда в последний раз кто-то ему говорил подобные слова?.. Он попытался припомнить, была ли хоть одна из его бесчисленных пассий хоть бы наполовину такой же внимательной. И не смог.
- Юль. Я
Нужно было уехать. Уехать вот прямо сейчас, чтобы не слушать эти нежные речи, не видеть эти добрые и всё ещё слегка взволнованные глаза. Не ощущать травянистый запах волос...
- Можно я загляну в душ? - неожиданно для себя самого спросил Стоцкий. - Забегался, вспотел, как в спортзале
- Конечно! - Юля тут же юркнула в комнату и вернулась с большим махровым полотенцем.
Вот, чистое.
Взяв у девушки полотенце, Кирилл скрылся в ванной. С наслаждением постоял под упругими струями душа, рассеянно разглядывая теснившиеся на полочке баночки и флаконы. Квартира юной девушки. Юной и нетронутой
Натянуть на чистое тело грязную рубашку Стоцкий себя заставить не смог. Брезгливо кинул ее на пол - не забыть бы забрать - и вышел из ванной в одних брюках, взьерошивая мокрые волосы. Юля улыбнулась ему из-за стола. Взгляд девушки скользнул по обнажённому торсу Стоцкого - как будто погладил упругие накаченные мышцы, кубики пресса, немаленькие бицепсы... Кирилл держал себя в форме и, несмотря на разгульную жизнь, регулярно ходил в зал. И сейчас во взгляде стажёрки сквозило откровенное восхищение.
- Ой! - вдруг спохватилась девушка. - Я сейчас...
Нырнула куда-то в недра квартиры, чем-то пошуршала и через минуту вернулась с каким-то свертком.
- Вот, возьми, - протянула ему. - Новая совсем. Я покупала для одного... друга, но мы больше не общаемся. Так и лежит.
Кирилл вскрыл пакет. Там обнаружилась белая мужская футболка со скромным ярлычком
"Lacoste"
- Я не знаю, подойдет ли размер... - Юля окончательно сконфузилась и уткнулась взглядом в чашку с остывающим чаем.
Стоцкий натянул футболку. Та села почти идеально, лишь чуть-чуть жала под мышками. У "друга" стажёрки плечи явно были поуже. Что, интересно, за друг?..
Внутри вдруг шевельнулось странное чувство, которое Кирилл даже не сразу сумел опознать.
Ревность. Тоже давно забытая, как и многое другое. Он ревнует? Вот это сюрприз! Ни одну из своих многочисленных девиц он и не думал ни к кому ревновать, пусть бы они хоть со всей редакцией перетрахались. А тут...
А ведь у него с Юлей даже ничего не было. Кроме поцелуя, да и тот, честно признаться, Стоцкий тогда подарил ей безо всяких нежных чувств, а исключительно из-за спора.
Поцеловать девушку хотелось вновь. Но на этот раз - страстно. Искренне. Нежно...
Но он почему-то не мог. Боялся спугнуть её доверие, как хрупкую птичку, что присела рядом.
Поэтому сейчас Кирилл просто неспешно пил чай, стараясь сосредоточиться на беседе.
- Думаю, ты уже можешь не опасаться, - говорил он, хрустя печеньем. - Я поговорил кое с кем.
Тебя больше не тронут.
А... да? - глаза Юли блеснули.Обещаю, - Стоцкий кивнул. Он был почти на сто процентов уверен, что после разговора с
Лейлой Давид даст задний ход. Конечно, не было никаких гарантий, что на Юлю не нападёт какой-нибудь случайный нарик, как тот, что украл у неё сумочку. Но это уж, как говорится, его величество Случай.
Всё от него зависящее Кирилл сделал. И лучшей наградой для него были радостные глаза девушки