Бывшие. (не) твоя дочь

— Отключи эмоции и включи голый расчет. Сколько ты будешь руками собирать воду? Да пока ты ее соберешь, спасать мебель уже будет бессмысленно, — пытается достучаться до моего внутреннего бухгалтера мужчина. — Они тебе в течение получаса все устранят, — добавляет он, увидев, что я замолчала и вроде даже попытаюсь успокоиться.

Естественно, за полчаса все устранить не получилось, и все заняло почти четыре. Сперва откачивали воду, затем сушили и проветривали, затем проверяли проводку: не затронута ли она. В общем, около одиннадцати часов вечера я проводила рабочих. К слову, Виктор расплатился с ними, так что я даже не в курсе, что почем обошлось.

Пока они работали, я сварила дочери кашу и попыталась уложить ее спать, но, разумеется, мне это не удалось. Она, как любой ребенок, была перевозбуждена от такого количества чужих взрослых в квартире и все везде хотела успеть.

Вишенкой на торте стало то, что она начала показывать свои игрушки Виктору, который делал вид, что его это интересует.

— А этя — мой папа! — и дочь понеслась к мужчине с фотографией, которую я когда-то держала в бумажнике. Когда ушла от Виктора, выбросила все фотографии. Оставила одну, которая лежала в кошельке. Я про нее сперва забыла, а когда нашла, не смогла ее выбросить. Засунула в книги и не так давно, когда искала что-нибудь почитать на ночь, наткнулась. Нахлынули воспоминания, и я расплакалась. Именно такой и застала меня проснувшаяся Настюшка. По своей глупости я ляпнула, что плачу, потому что на фото ее папа, который умер. — Но он умер и мама пачет, — добавила дочь, а у меня все опустилось внутри. Так как Виктор перевел удивленный взгляд от фотографии, где мы в парке аттракционов, а наши лица разрисованы аквагримом. Конечно же, бывший муж узнал фото и себя на нем, и потому сейчас вопросительно смотрел на меня.

— Ничего не хочешь объяснить? — Виктор словно потемнел. И взгляд такой, от которого мурашки по коже и плечами хочется передернуть, но я стараюсь держаться и смотреть прямо, не мигая.

— Мне нечего тебе объяснять. Доченька, спать пора, — я кивнула Настюшке на диван, и та, словно почувствовав мое настроение, без капризов забралась на свое место. — Дочь спрашивала, я наплела сказку. Все.

— Кто отец Насти? — бывший муж и не думал завязывать неприятный разговор.

— Не знаю, — брякнула первое, что пришло в голову. Мысли панически скакали в голове.

— В смысле не знаешь? Их что, было так много, что не запомнила? — мужчина схватил меня за руку, когда я пыталась расстелить простынь на диван.

— Да! Устраивает ответ? — я с вызовом посмотрела на Виктора. — Хотя мне плевать: устраивает или нет, — я выдернула руку и расстелила постельное белье. — Вить, что тебе надо? Мы развелись. У тебя своя жизнь и семья, у меня своя. Мне от тебя ничего не нужно. И, надеюсь, тебе от меня тоже, — я устала за день и не в силах была продолжать этот разговор. Страх разоблачения, паника. Все закрутилось так сильно, что у меня голова готова была разорваться на миллион осколков. В общем, к серьезному разговору я была не готова.

— Вика, ты несешь чушь! — бывший муж, видимо, не сильно поверил в мою разгульную жизнь после развода.

— Витя, давай оставим все как есть. Не лезь к нам, — только сказав эту фразу, я поняла, что сболтнула лишнего. Но слово, как известно, не воробей, вылетит — не поймаешь.

— Я уйду сейчас, но завтра мы нормально поговорим, — Виктор направился к выходу, а я готова была орать от злости. Ну почему все так???

— Нам не о чем разговаривать. Неужели ты еще этого не понял? Я уволюсь завтра, если ты этого добиваешься! — кричу ему вслед, но мужчина словно и не собирается реагировать на мои слова. — Витя, ты слышишь меня??? — я ору ему в спину, но он даже не оборачивается. Просто закрывает за собой молча дверь и уходит. А я топаю, ору и прихожу в себя, лишь поняв, что Настюшка залезла с головой под одеяло и плачет.

— Прости, моя маленькая. Испугала мамка тебя, вот я дурында, — я подскочила к дивану и обняла свое зареванное счастье.

— Мама, а ты кичишь, — констатирует очевидное моя малышка.

— Прости, больше не буду, — каюсь я перед дочерью.

— А этот дядя вернется? — дочь растерла по щекам слезы.

— Зачем он тебе нужен? — я насторожилась.

— Он касивый, — мечтательно тянет дочь.

— И все? — я даже улыбнулась от логики ребенка.

— Он мне навится, — обескураживает своим заявлением.

— Давай спать? — я решила не развивать эту тему, а то мы договоримся до неизвестно чего.

— Давай, — дочь согласилась и, прижавшись ко мне, уснула за каких-то пятнадцать минут. Я осторожно подоткнула одеяло, чтобы она не чувствовала моего отсутствия, и ушла на кухню.

Набрала Катю по видеозвонку и задумалась. Что же будет завтра? Виктор примет мое объяснение, что я не знаю, кто отец ребенка?

— О чем задумалась, красотка? — Катин голос вывел меня из размышлений. Я так сильно задумалась, что и не заметила, что подруга ответила на звонок.

— Все плохо. Катя, что мне делать? — я с надеждой посмотрела на подругу.

— Что случилось? — девушка изменилась в лице.

— То, чего я боялась больше всего, — я смахнула со щеки непрошенную слезинку.

— Ты переспала с бывшим? — и я увидела чертят в глаза подруги.

— Вот мне тебя порой хочется стукнуть, да посильнее! — я хохотнула сквозь слезы. — Настя нашла нашу старую фотку с Витей, сделанную, когда мы ходили в парк аттракционов. Помнишь, ты еще смеялась над ней, — убедившись, что девушка кивнула, вспомнив, о каком фото я говорю, я продолжила: — Она показала ему фото, а потом еще и сказала, что на нем ее папа, но он умер.

— А я знала, что так и будет! И эта малышка еще все расставит по своим местам. Ну что, ты призналась ему? — Катю словно и не огорчило мое горе. Ей все нипочем.

— Нет конечно! Я что, на дуру похожа? — я удивленно посмотрела на Катю.

— Прости, дорогая, но вот сейчас прям похожа. А что сказала? Дочку ветром надуло? Сквозило после развода сильно? Или что? — подруга откровенно угорала надо мной.

— Нет. Сказала, что не знаю, кто отец, — призналась как есть и поняла, насколько это, наверное, дико звучало. — Сказала, что пустилась во все тяжкие после развода.

— Ну ты и дура! — Катя покачала головой, и вот я с ней была согласна. — И что? Он поверил?

— Не знаю. Думаю, нет. Сказал, что завтра придет поговорить, — призналась я.

— Ну хоть дал время придумать оправдание, — хмыкнула бывшая коллега.

— Да почему я должна перед ним оправдываться⁈ — я вскочила со стула.