Страница 25 из 35
Ее лицо застывает, краска отливает от щек, а глаза расширяются.
— Ну вот видишь, Лоис? Ты так разволновалась, что довела себя до сердечного приступа, — шиплю я.
Но она не двигается. Лоис просто стоит — не двигаясь.
Меня осеняет догадка, стоит лишь ощутить нависающее присутствие за спиной. Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто именно там стоит.
— Ого, а аниматроника и правда шагнула далеко вперед, — выпаливаю я. — Я... эм... сейчас пойду и отключу его.
Я резко разворачиваюсь и указываю на задний двор, но Би Джей не двигается. В его светодиодных глазах вспыхивает пламя, и я разрываюсь между улыбкой — ведь он пришел мне на помощь, этот двенадцатифутовый рыцарь в костяных доспехах, — и жгучим страхом, что это конец. Для него. И для нас.
— Пожалуйста, Би Джей. Я не могу тебя потерять. Просто не могу, — умоляю я.
Его взгляд устремляется на меня, и пламя в глазах сменяется печалью. Огромная костлявая ладонь тянется ко мне и сжимает мою руку.
Я оглядываюсь и вижу, как Лоис хватает ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Хорошо хоть у Пэм хватает ума не выходить из машины.
— Лоис! Лоис, садись в машину! — кричит она.
Я не жду, пока они уедут. Просто веду Би Джея обратно к палатке.
— Спасибо, здоровяк. Давай досмотрим фильм, — говорю я, стараясь звучать бодро, хотя это лишь притворство.
Он склоняет голову набок, словно понимает — со мной что-то не так. Что все это — неправильно, и, возможно, все уже никогда не будет как прежде.
— Мы что-нибудь придумаем, — говорю я и натягиваю на лицо улыбку.
Но внутри уже зреет осознание. Тот самый момент, которого я так избегала, настал.
Мой хэллоуинский медовый месяц подошел к концу, и реальность уже пытается прорваться обратно в мою жизнь — словно зомби со старого кладбища из дешевого ужастика, тянущий костлявые пальцы к моим лодыжкам.
Би Джей продолжает озираться по сторонам, а я стараюсь излучать спокойствие. На самом деле я напряженно вслушиваюсь, не завыла ли сирена, но всем своим существом впитываю каждое мгновение рядом с ним, зная, что эта ночь вполне может стать для нас последней.