Симулякр

Солнце назойливо било в глаза, а кофе, выпитый на пустой желудок, обжигал горьким послевкусием гари. Руки предательски дрожали, и я сжала их в кулаки, стараясь засунуть поглубже в карманы брюк. По дороге к кабинету Петра Семёновича коллеги словно расступались, избегая встретиться со мной взглядом. Новости в «Эйдолоне» расползались со скоростью лесного пожара. Все уже знали о моём провале. Тянуть не имело смысла — лучше уж сразу, с утра, отбыть эту неприятную часть наказания, прежде чем с головой уйти в работу.

Испытывала ли я что-то по поводу случившегося? Даже не знаю. Недели две назад я была бы не в себе от бешенства. Уволила бы Павла за профнепригодность, подняла на уши всех технарей до единого и, блять, сама бы нырнула с аквалангом, но вытащила бы этого беглого Ареса со дна. Но сейчас... сейчас я не сделала ничего из этого. Я просто взяла выходной, впервые за пятнадцать лет приняв неумолимый факт о себе – я не Терминатор. Хотя иногда, как сейчас, очень хотелось им быть.

Кабинет Петра Семёновича встретил меня молчанием — хотя, пожалуй, крик был бы милосерднее. Он стоял у панорамного окна, спиной ко мне, созерцая раскинувшийся внизу город. С его высоты открывался шикарный вид на стеклянные небоскрёбы и наши вездесущие рекламные плакаты с улыбающимися андроидами. Идеальный, упорядоченный мир, частью которого я вот-вот могла перестать быть.

Он не оборачивался. Я сделала глубокий вдох и начала, выдавливая из себя слова — сухие и официальные, как того требовал протокол: — Андроид модели Арес-23 самовольно покинул зону обслуживания. Был обнаружен мной на старом пирсе на окраине города. Предпринял попытку суицида через погружение в акваторию залива. Цель не была остановлена, погружение произошло. На место выехала бригада водолазов.

Пётр Семёнович медленно прошёлся вдоль окна. Его отражение в стекле было размытым и нечитаемым. — Попытку суицида? — тихо усмехнулся он. — Вы решили назвать это так? Просто очаровательно.

Он обернулся. Его тяжёлый взгляд скользнул по мне, будто проверяя на прочность. — Глубина — сто двадцать метров. Дно — скальные породы, перемешанные с полутораметровым слоем ила и мусора за последние пятьдесят лет. — Он сделал паузу, давая мне осознать масштаб катастрофы. — Подъём и восстановление оцениваются в сумму, превышающую стоимость трёх новых единиц. Вывод?

Я заставила себя не отводить глаз, хотя всё внутри сжалось в один тугой комок. — Экономически нецелесообразно. Проще возместить ущерб пользовательнице.

— Блестяще. Вы постигли азы финансовой грамотности, — его голос зазвенел сталью. — Но чем грозит это

нам

?

— Негативные отзывы. Потеря репутации в глазах клиентов, — выдавила я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

— Вы меня разочаровали, — произнёс он мягко, и эти слова прозвучали как окончательный приговор. — Я всегда ожидал от вас большего. Вы умели справляться с любой ситуацией. В любых, даже самых непредсказуемых условиях.

— Этого больше не повторится, — вырвалось у меня, и голос, чёрт побери, дрогнул и оборвался, выдав мольбу.

— Я очень на это надеюсь. Не хотелось бы, чтобы человек, претендующий на столь важный пост, имел в своём послужном списке подобные инциденты.

Сердце забилось чаще. Выходит, он ещё не поставил на мне крест — это обнадёживало.

Он медленно подошёл к своему массивному столу, уселся в кожаное кресло и разложил перед собой папку с моими отчётами по Аиду. Начал неспешно перелистывать страницы. Я молчала, затаив дыхание, следя за плавным движением его пальцев, впитывая каждый шорох бумаги. — Ваши отчёты… вполне исчерпывающи. Работа отдела под вашим руководством остаётся продуктивной. Даже с учётом вчерашнего инцидента.

Я не смела перебивать, прекрасно понимая, что это — лишь прелюдия к главному.

— В свете предстоящей реструктуризации и открытия филиала в Сингапуре, — он продолжил, закрывая папку, — требовался кандидат с опытом работы в условиях нестандартных ситуаций. Вы не хуже меня понимаете, что работать в только что открывшемся филиале гораздо сложнее, чем перевестись туда, где всё уже отлажено. Вам придётся выстраивать процессы с нуля, обучать персонал, оказывать всестороннюю поддержку директору.

Он откинулся на спинку кресла, сложив пальцы домиком, и его взгляд стал тяжёлым и оценивающим. — Ваша кандидатура утверждена на пост вице-президента сингапурского представительства. Официальное объявление состоится на презентации новых базовых андроидов через две недели.

Воздух вырвался из моих лёгких. Ох… Я ощутила такое всепоглощающее облегчение, что на мгновение в глазах потемнело. Наконец-то. Наконец-то я получу то, что заслужила. Сингапур. Побег.

— До тех пор, — его голос вновь приобрёл остроту, — вы должны быть безупречны. И в работе, и в общении. Никаких склок. Ни с клиентами, ни с коллегами. Вы меня поняли?

— Поняла, Пётр Семёнович.

— Хорошо. В таком случае вам стоит знать, что до меня кое-что дошло. Через Дмитрия Петровича. — Он пристально посмотрел на меня, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок. — Раньше я за ним такого не замечал… У вас возникли межличностные проблемы?

Внутри всё сжалось. Этот гад... Этот жалкий, мстительный гад! — Нет, но... — начала я, но он резко перебил.

— Никаких «но». Уладьте это. Я не потерплю склок в команде, особенно на таком уровне. Вы — профессионалы. Ведите себя соответственно.

— Я разберусь, — кивнула я, с силой сжимая пальцы за спиной.

— Прекрасно. И ещё... У меня личная просьба.

— Какая?

Лицо Петра Семёновича неожиданно смягчилось, а в глазах появилось несвойственное им тепло. Он даже плечом повёл — настолько неестественный и вымученный был этот жест, что стало почти жутко. — В субботу у Алисы день рождения. Она говорила, что вы помогли выбрать ей андроидов... С ними же не будет проблем? Они... нормальные?

С Алисой, папочка, всё будет в полном порядке. А вот с андроидами нет никаких гарантий, что всё будет в порядке после неё. — Да, — ответила я вслух. — С Алисой всё будет в порядке.

— Хорошо, я вам доверяю. Так вот, я бы хотел, чтобы вы привезли их лично. И остались на наши небольшие посиделки.

Я почувствовала, как замираю. Семейные посиделки с Петром Семёновичем? Это звучало хуже любого корпоратива.

— Будут все свои, — продолжил он, словно угадывая мои мысли. — Члены семьи, некоторые... значимые друзья семьи.

«Значимые», конечно же, означало «полезные для бизнеса».

— Мне это не составит труда. Я буду.