Страница 42 из 56
А я возьми да расплачься. Всё пережитое выплескивалось вместе с потоком слёз. Сквозь пелену слёз я видела ошарашенное лицо девушки, которая не знала, как ко мне подступиться, и обеспокоенное лицо Печника, которое как будто осунулось за те двое суток, что я его не видела.
— С тобой… с тобой всё хорошо? — заикаясь, спросила я. — Ты как будто меньше стал. Мы с тобой двое суток не виделись… — проревела я.
— Да хорошо со мной всё. Хватит тут сырость разводить. Людей вон пугаешь, — проговорил он чуть смущённо. — Вы её простите. Переволновалась деточка. — Обратился он к девушке.
— Понимаю, — растерянно проговорила она. — Простите за, возможно, некорректный вопрос, но вы же печной дух, верно? — Сделала она ударение на слове «печной».
— Верно, деточка, — сказал мой друг с чуть грустной улыбкой. — Я из деревни, что недалеко от моря-океана находится. Аспиды на деревню-то нашу напали, да печь моя повредилась. — Я подняла заплаканные глаза. Степень моего удивления превысила степень истерики, я даже заикаться перестала. — А потом вот Мирослава меня нашла, да путешествуем мы вместе. Скажите, а где мы сейчас находимся? — Печник глянул на меня, показывая взглядом, что всё потом объяснит.
— Так как где? Около «Очаровашки». Ой, то есть недалеко от зачарованного леса, — исправилась она. — Если ещё точнее, то мы недалеко от Калинова моста. — Печник перевёл на неё удивлённый взгляд. — Да. Не самое лучшее место для стоянки, но наш командир совсем из сил выбился: за пару дней до этого в клещевину попал, а мы всё по заданиям ездим, в город заехать не было времени, вот и останавливаемся, где придётся, чтобы командир восстановился. — Она встала с пола и принялась сажать жаб в стеклянный террариум, который я до этого не заметила. — Да вы не бойтесь, они не кусаются, — улыбнулась она, заметив мой взгляд.
— Я в это охотно верю, — сказала я, а у самой мурашки поползли от воспоминаний о их холодных склизких телах.
— А вообще ты им спасибо сказать должна, — она повернулась к террариуму и любовно его погладила. — Они вчера весь день из тебя яд высасывали, в себя впитывали. Да, мои крошки? А вам даже спасибо не сказали. Да вы мои трудяжки. — Похоже, «красная шапочка» была потеряна для меня: она, не переставая, сюсюкала над жабами, а те в ответ смотрели на неё влюблёнными глазами. — Даже сегодня чуть-чуть. Ты же лучше себя чувствуешь? — Она повернулась ко мне и придирчиво осмотрела. Её голубые глаза налились светом, и казалось, что я смотрю в морскую глубину. — Конечно, лучше, — она осмотрела меня с ног до головы и остановилась на лице. — Вон даже глаз один открыла. Который, правда, опять затёк, но это у тебя уже от слёз. — Она поставила террариум на тумбочку и подошла ко мне. — Меня, кстати, Марго зовут. — Марго протянула руку для приветствия. А что, имя вполне подходит её образу.
— А меня Мирослава, — пожала я её руку. — Приятно наконец познакомиться. — Я улыбнулась и почувствовала, как лицо опять начало чесаться. — Марго, а у тебя не будет зеркала? Мне бы масштабы бедствия оценить после знакомства с местной мошкарой. Да и вообще, я уже около недели в зеркало не смотрелась. Поди, выгляжу как пугало. — Я провела рукой по волосам и на секунду зависла. А мои волосы разве всегда такие длинные были?
Я пропустила прядь волос сквозь пальцы и перекинула её вперёд. Да нет. Мои волосы однозначно были короче. Я подняла глаза и посмотрела на Марго, которая открыла свою поясную сумку и что-то искала.
— Да где же оно… Здесь ведь было.
— Марго, а я точно только сутки спала? — Я задумчиво крутила кудряшку на пальце. Она подняла глаза и посмотрела на меня удивлённым взглядом.
— Волосы отрасли? — Заметив мои действия, она улыбнулась. — Вот за это девушки и любят «Очаровашку»: волосы растут стремительно, будто на дрожжах. Некоторые исследования позволили даже рассчитать, за какой период пребывания в поле «Очаровашки» какая длина отрастает. В среднем за 12 часов прибавляется 5–7 сантиметров длины. — Она подняла руку и поправила своё вишнёвое каре. — Поэтому я всегда хожу с амулетом, который отражает любые действия поля. — Она вытянула руку и показала тоненькую верёвочку-браслет, опоясывавшую её запястье. — Иначе к цирюльнику не находишься. Держи, кстати. — Она протянула мне маленькое зеркало.
— Спасибо.
— Кхм. Девочки, не хотелось бы перебивать столь тёплое общение, но, уважаемая Маргарита, не будет ли в вашем лагере открытого костра или печи? Мне бы силы восстановить, — ненавязчиво перебил меня Печник.
— Ох, да, конечно. Раз уж Мирослава пришла в себя, то мы можем выйти к моей команде и познакомиться со всеми, а там и костёр разведён. Только тебе бы одеться.
Я осмотрела себя и только сейчас заметила, что стою перед малознакомой девушкой в своих земных кружевных трусиках и в чужой сорочке-маечке.
— Ой, да-да, конечно, — я почувствовала, как заалели щёки, и кинулась к сумке.
— А в сумке была вся твоя одежда? — раздалось смущённо сзади.
— Да, а что такое? — Я взяла сумку и раскрыла её.
— Понимаешь, тут такое дело… — Марго замялась. Я подняла на неё глаза, ожидая продолжения. — Твоя одежда очень пострадала после прохождения «Очаровашки». Она вся была в соке мутировавшей венерянки, а этот сок очень негативно влияет на все ткани. Нам и удалось спасти только твою сумку да пару тряпок.
Я опустилась на пол, внутри что-то ухнуло. Там ведь и мой земной сарафан был.
— Ты не переживай, мы обдумывали такой исход. Сейчас я тебе принесу платье Белы: вы с ней как раз одной комплекции. — Марго схватила террариум и вышла из комнаты.
— Мирослава, ты точно в порядке? — обеспокоенное лицо Печника возникло перед моими глазами.
— Там же и сарафан был, и клубочки… — Мой взгляд прояснился. — Клубочки!
Я кинулась к сумке. Схватив её, я вытряхнула всё содержимое на пол. По полу покатилась колбочка. Все три клубочка лежали здесь же. У синего и красного пряжа потеряла лоск, и они выглядели как обычные клубки пряжи, а зелёный продолжал сверкать колдовской силой.
— Да… Не густо, — задумчиво сказал Печник. — Ну ничего, скоро доберёмся до Златограда, а там ты и вещами обзаведёшься.
— Угу, — печально вздохнула я. — Только там моё платье было, а оно — одно из немногих вещей, которое было именно моё.
Полог откинулся, и Марго зашла в комнату.
— Держи, — она положила на кровать сарафан синего цвета. Ткань даже на вид казалась очень плотной и дорогой — не чета той, из которой были сделаны вещи деревенских. — Девочкам уже не терпится познакомиться с тобой и узнать твою историю.