Страница 51 из 71
ГЛАВА 24
Машина медленно въехала в распахнутые ворота и остановилась перед современным двухэтажным особняком.
Заглушив мотор, мужчина покинул салон, а через секунду задняя дверь автомобиля отворилась, и он произнес:
— Прошу!
Но я не отреагировала на радушное приглашение. Оставаясь в салоне черного монстра, я не отрывала взгляд от высоченного забора, отрезавшего меня от внешнего мира.
— Ну же, смелее! — произнес Мирный. — Или тебе больше нравится вторгаться в мою собственность без приглашения?
Люцик продолжал стоять, придерживая дверь и криво усмехаясь.
Там на дороге, обнаружив меня в машине, он удивился:
— Что ты здесь делаешь?
Но что я могла на это ответить. Своего единственного аргумента, почему настойчиво преследую мужчину, я час назад лишилась, поэтому просто промолчала.
Люцик же, поняв, что ничего от меня не добьется, продолжил:
— В принципе ожидаемо! Ну что же, поехали в гости, Паулина.
И отвернувшись, он завел двигатель своего монстра и, не обращая на меня внимания, вновь вырулил на дорогу.
«В гости? Он везёт меня к себе? Зачем? Я не хочу!» — вихрем пронеслось в голове.
«Ой, мамочки, я снова влипла в историю! И вот предупреждала же меня Вася!»
До самого коттеджного поселка мы не сказали друг другу ни слова. Люцик был занят дорогой и, видимо, решил отложить разговоры на потом, я же после прочитанного не знала, как себя вести с ним. Если бы не письмо отца, где он меня расхваливал, словно товар на рождественской ярмарке, то непременно перешла в наступление. Но теперь, зная, что с самого начала была не права, не ведала, как быть.
Пока ехали, я в заднее стекло все пыталась разглядеть очертания знакомой машины, искренне надеясь, что сестра меня не пробросит. А спустя полчаса мы въехали в охраняемый коттеджный поселок. Уже это навеяло на меня панику. Вася меня никогда не найдет. А потом меня и вовсе отрезали от свободы массивные ворота. И теперь мне предстояло оценить гостеприимство хозяина особняка, который терпеливо ждал у раскрытой двери.
— Может, я лучше того, — с надеждой посмотрела на ворота.
Проследив за моим взглядом, Люцик произнес:
— И куда пойдешь? Это частный коттеджный поселок, а за ним лес на несколько километров. Автобусы здесь не ходят, а такси из города придется ждать не менее часа.
И можно было бы сказать, что там меня ждёт Вася, но почему-то не хотелось выдавать свой козырь в виде сестры.
— Не трусь, ты же Загорская! Побудешь немного моей гостьей, вызовешь такси и потом уедешь, — улыбнулся Люцик, беря меня на понты.
Я нехотя вышла из машины, что-что, а трусихой я не была.
— Вот так-то лучше — подмигнул мне мужчина и первым пошел к дому.
Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Хотя было огромное желание, перемахнув через высокий забор, сбежать отсюда. Но в сарафане и на высоченных шпильках это было проблематично. Да и в принципе отношения с физической подготовкой у меня не ладились.
— Добро пожаловать в мой дом! — распахнул передо мной дверь Люцик, когда я поднялась на высокое крыльцо.
Нехотя, словно в логово хищника, я сделала шаг и оказалась в светлом холле.
— Справа туалетная комната, можешь там освежиться после дороги, а потом приходи в гостиную, будем ужинать, — указал он на просторную комнату, занимавшую левое крыло дома. И пройдя в том направлении, скрылся за колонной, отгородившей гостиную от стилизованной по новой моде кухни.
Я же поспешила в сторону туалетной комнаты. Войдя, я захлопнула дверь и первым делом полезла в сумку в поисках телефона. Нужно было успокоить сестру и выяснить, где она находится. Мобильник нашелся на дне сумки, достав его и разблокировав, увидела с десятка два пропущенных вызовов. И все, конечно же, от Васи. Столько же было и непрочитанных сообщений, и голосовых уведомлений. Основным смыслом которых было:
«Поля, ты где? Не молчи! Я волнуюсь!»
«Поль, возьми трубку!»
«Да что он тебя там придушил?»
«Паулина, я вас потеряла! В коттеджный поселок меня не пустили!»
«Да возьми ты эту чёртову трубку!»
А в следующее мгновение телефон в руках ожил, и, конечно же, это была Вася.
Вот только я успела произнести:
«Алло…» — и мой мобильник испустил протяжную грустную мелодию и мертвецки заснул.
— Замечательно! — произнесла я.
Похоже, Вася разрядила всю батарею. Потыкав в смартфон и поняв безнадежность этого действия, я бросила его обратно в сумку и подошла к раковине.
Мой взгляд остановился на зеркале, откуда на меня смотрела бледная девица с расширенными от паники и слегка покрасневшими от пролитых слез глазами. Непривычным было застывшее на ее лице выражение растерянности. Впервые в жизни я не знала, как себя вести, и что вообще делать. Это когда у меня была цель, идеи по ее выполнению так и фонтанировали из меня. Теперь же выяснив, как ошибалась с самого начала и, вспоминая все свои поступки, чувствовала себя хуже некуда.
Люциан отца не шантажировал и не вымогал у него фирму. Да и вообще ему не было до нас дела, пока отец не обратился к Мирному с просьбой, навязав двух кисейных барышень, абсолютно не приспособленных к жизни. Но больше всего меня снедало чувство унижения из-за того, что папа предложил Люцику меня в качестве жены.
Боже, какой стыд! Кто бы мог подумать, что меня будут предлагать в качестве жены! Нет, настойчиво навязывать взять в жены, перечисляя все мои достоинства, умалчивая о недостатках.
— Прямо как лошадь на рынке! — выдохнула я.
Но похоже, Люцик не согласился взять меня в жены, поэтому отец составил завещание, по которому Мирный обязан контролировать наш бизнес, интересы и успешно выдать замуж. Если бы ситуация не касалась меня, даже посочувствовала бы ему. А так было желание сгореть со стыда.
Я открыла кран с холодной водой и, смочив руки, приложила их к пылающим от стыда щекам.
Вот как мне теперь смотреть ему в глаза? Мало того что сама выставила себя полной дурой, наговорила невиновному человеку гадостей, пробралась в его компанию, шпионила, обыскала кабинет, залезла в машину и много еще чего сама не припомню, так ещё и отец расхваливал меня, как товар!
«Нет, не смогу!» — решила я.
Захотелось в ту же секунду испариться и никогда не попадаться Люцику на глаза.
— Так нужно выйти из уборной, признаться Мирному, что где-то неподалеку Василина, и покинуть его дом, а лучше и жизнь.