Страница 28 из 71
— Тогда прошу, присаживайтесь! — указал на овальный стол, который занимал значительную часть просторного зала.
На ватных ногах я прошла к ближайшему стулу и рухнула на него безвольным мешком.
Люцик, прикрыв дверь, прошел к противоположному концу стола, где сидели начальники отделов с иностранцами, и занял место во главе.
— Приветствую, господа, — сказал Мирный, обведя мужчин взглядом.
Затем посмотрел на меня через стол и произнес:
— Полина, перемещайтесь ближе, а то вам неслышно будет о чем переговоры, а мы, в свою очередь, не услышим вас.
«Вот же гад! Да чтоб тебя, черти в котле поджарили!» — в душе вознегодовала я.
Сцепив зубы, чтобы не показать характер, медленно поднялась и пересела ближе к мужчинам. Раскрыв блокнот, я вперила в него взгляд, игнорируя присутствующих, которые с насмешкой наблюдали за мной.
— И так дамы и господа, приступим, — начал Люцик.
Дальше для меня все прошло как в тумане, я на автопилоте переводила предложения, которые Люцик озвучил партнёрам и их ответ ему, параллельно фиксируя тезисами основные детали.
Периодически, отрывая взгляд, от блокнота, я сталкивалась с внимательным взглядом Мирного, который жадно вслушивался в мой перевод, словно владел языком. А ещё он по-прежнему пытался разглядеть меня за тонной косметики. И вот что было странным. Меня не страшила перспектива быть раскрытой, нет, я стала ловить себя на мысли, что меня волнуют его взгляды! Вместо того чтобы раздражать, они смущали меня и заставляли отводить взгляд. Эти черные, как ночь глаза гипнотизировали, интриговали и обещали раскрытие всемирной тайны.
И вот что бы это значило? За каким лесом я анализирую его взгляды и вообще смотрю на него? Он мне даже не нравится! Он мутный тип, захватчик, враг, которого я должна выбросить из нашей с сестрой жизни! — отвешивала себе мысленных оплеух.
Спустя полтора часа партнёры пришли к общему знаменателю и подписали взаимовыгодный договор.
— Это нужно отметить! — произнес Антон Александрович! — У нас на два заказан столик в ресторане.
— О! Ес! — обрадовались партнеры.
— Люциан Артемьевич? — обратился к нему мужчина.
— Да-да, конечно, я к вам присоединюсь.
— Полина? — на этот раз взгляд Антона Александровича скользнул по мне.
— Спасибо, я, пожалуй, откажусь, — ответила я.
— Как же так, это и ваша заслуга, что мы сегодня заключили взаимовыгодный договор!
— Спасибо, но в другой раз, — всё-таки отказалась я.
Не став меня больше уговаривать, мужчины подхватили под ручки иностранцев и уволокли к себе. А я осталась один на один с Люциком.
— Люциан Артемьевич, я могу быть свободна? — спросила, мечтая как можно быстрее скрыться от этого пронизывающего взгляда.
— Да, Полина, можете быть свободны. Сегодня вы отлично потрудились, ваше знание языка идеально, — произнес мужчина.
— Спасибо, я старалась, — поднимаясь, ответила я. И когда я уже повернулась этот мерзавец, нет, нахал, бестактный человек! Вот он кто! Произнес:
— Как специалист вы нам идеально подходите, но вот ваша внешность…
«Что?!» — мысленно завопила я.
— Она, как бы сказать… У нас существует дресс-код, и если ваш стиль одежды не имеет нареканий, то чрезмерный макияж… Он буквально вызывает болезнь глаз! Полина, если вы желаете у нас работать, пересмотрите, пожалуйста, свои вкусы в плане декоративной косметики, — выдал Люцик.
«Да чтоб его черти слопали!» — кипела я от негодования. У меня вполне приличный макияж! Согласна с тональником перебор, но мейк вполне нейтрален!
Как бы то ни было, спускать подобное я не намеревалась.
«Сейчас я тебя заставлю пожалеть о своих словах, мерзавец!» — кипя от негодования, подумала я, а вслух с видом побитой собачки произнесла:
— К сожалению, я не могу выполнить вашу просьбу! В детстве я перенесла оспу, которая оставила далеко не красивые шрамы на моем лице, и с помощью косметики я их маскирую.
И напустив, к виду побитой собачки слез, продолжила:
— Мне искать другое место для практики? Из-под ресниц наблюдая за мужчиной, заметила, как он смутился.
«Ой, а мы, оказывается, умеем смущаться!» — не поверила я.
— Извините, — глухо произнес Люцик, отводя взгляд.
«Ага, съел мерзавец!» — возликовала, вознося всевышнему молитву, зато что он не задумался, а где я, собственно, могла заразиться оспой в двадцать первом веке.
— Вы можете быть свободны, — тем временем произнес мужчина, по-прежнему не глядя на меня. — Спасибо за работу. И ещё раз извините!
— Угу, — произнесла я, в душе радуясь, что стерла эту самодовольную улыбку с вражеского лица.
Конференц-зал я покидала, ссутулив плечи и опустив глаза в пол, так на них предполагались капельки обидных слез. Зато стоило мне скрыться с глаз Люцика, я расправила плечи, гордо вскинула подбородок, а на губах расцвела победная улыбка. С видом победительницы я отправилась на свое рабочее место.
Хоть меня и не разоблачили, а оставшийся день прошел спокойно, все равно я переживала. Вот ведь гад, высказать девушке, что ее внешность не соответствует их офисным стандартам! Ну ничего, последнее слово оказалось за мной! Теперь Люцик сначала будет думать, а потом говорить.