Страница 49 из 76
Взяв за уголки, я осторожно отлепил бумажку от стекла. На ней значилось «Приказываю зачислить в Шардинский Институт Изучения Резерваций барона Илью Тимофеевича Марлинского..», дата и размашистая директорская подпись.
— Отдадите Свиридовой. Лично в руки.
Аки же оглянулась ко мне. В ее глазах читалось одно слово — «помогите».
— Благодарю, — сказал я в трубку. — А теперь, пожалуйста, пусть моя подруга выйдет на мою половину.
— Эхх, а я так рассчитывал, что проведу этот вечер в приятной компании, — повесил усы директор.
— Мы не спешим покидать вас. Но в зазеркалье Аки очень некомфортно.
— Это не зазеркалье, Илья. Это.. как объяснить, чтобы не вдаваться в научные тонкости?.. Это план, понимаете? Идеальный слепок, с которого Цитадель воссоздает себя. Что-то вроде идеального себя, с которого сооружение постоянно пытается воссоздать себя в материальном мире.
— Не понимаю.
— У вас в голове есть идеальный вы, которым вы хотите стать?
— Конечно.
— Вот. У вас есть идеальный вы, который следил за вашими поступками и оценивает их. Или тот, которым вы хотите стать, но, возможно, никогда не станете. Вот именно это и есть «зазеркалье» Цитадели. Это, если угодно.. ее идеальное представление о самой себе..
— Ох, мать, наговорил, — закружилась Метта на месте. — Сказал бы проще — дед с Аки застряли в мыслях этого комплекса!
— Допустим, — кивнул я. — Вы хотите сказать, что Цитадель живая и умеет мыслить?
— Конечно, но немного не так как люди. В этом и основная проблема изучения Цитадели. Мы пытаемся познать ее образ мысли и действия, исходя из наших собственных представлениях о логике. А она имеет свои собственные. Вот и мы, ученые, уже долгие годы ходим по кругу.
— И что, перестраивая коридоры она пытается создать идеальную себя?
— Должно быть. Вот только я полагаю этот процесс — как сама жизнь, изменчива, а идеала в ней нет. Ибо и изменчивость, и идеал это разные полюса.
— Кстати, насчет полюсов. Моя подруга..
— Ах да, точно! — и он посмотрел на Аки. — Чтобы выбраться отсюда, сударыня, вам придется выйти в коридор, спуститься на десять этажей вниз, а затем найти тот самый «портал», через который вы сюда и попали.
— А.. — раскрыла рот Аки. — А обязательно?
И директор расхохотался.
— Как зашли так и выходите, — покачал головой Вернер. — Вы же не собираетесь выходить через окно, не так ли? Можете, конечно, но тогда посадка вас ждет не из приятных, а вот через дверь..
Он поглядел на выход, и дверь сама собой открылась.
— .. выходить всегда мудрее. Я всегда так говорю!
Аки посмотрела на меня с мукой во взгляде.
— Хотя, полагаю, тот портал уже черт знает где.. — почесал подбородок Вернер. — Вы же видели, метроном стучал после того, как вы покинули «исчезающий этаж»?
— Да, и очень настойчиво.
— Вот-вот. Если стучит этот механизм, значит, этаж что-то задумал. Лучше не обращать на него внимание, и тогда он оставит вас в покое. Обычно он безобидный, и меняется тогда, когда никто не видит, но в исключительных случаях..
И Вернер скосил глаза в сторону.
— .. в исключительных случаях он очень настойчив.
— Как нам помочь Аки?
— Мы можем попробовать обмануть Цитадель, но мне понадобится помощь.
И он ткнул в стекло. Я проследил за его пальцем, но в том месте никого, кроме Метты не было.
Так, стоп..
— Да, да, вы, сударыня! — сказал Вернер, указывая на Метту. — Кроме вас, на «стороне» Ильи Тимофеевича нет никого. Вы поможете нам спасти Акихару!
Мы с Меттой переглянулись. Он ее видит⁈