Страница 35 из 74
— Нет. Вся вольная написана на меня. И паспорт тоже только у меня. Что за вопросы⁈ Не знаете, что все женщины приписаны к паспорту старшего в роду?
— Просто интересуюсь.. Раз ты старший, то значит, ты за нее отвечаешь?
— Да, и мне еще платить штраф.
— Штраф⁈
— Конечно, — потемнел он, — за судебные издержки, работу судей, сотрудников.. за веревку, на которой ее повесят..
И он ударил кулаком по рулю так сильно, что броневик подпрыгнул. От неожиданности Аки вжалась в сиденье. Выдохнув, Яр скрипнул зубами и до хруста сжал «баранку».
— Простите.. Нервы. Но если вы ничего не сделаете, ваше благородие, — проговорил фокс тихим голосом. — То мне придется ее вытаскивать самому.
— Еще одного фокса в петле нам не надо, — покачал я головой. — Странно, что ты сам еще на свободе.
— С твоим-то характером, — хмыкнула Метта.
— Короче, судя по всему у нас есть только один выход из сложившегося положения, — сказал я и дружелюбно улыбнулся фоксу. — Но нам с тобой, Яр, придется заключить деловое соглашение.
— То есть? — скосил он на меня глаза. — Денег хотите? Отдам все, что есть. Отдал бы байк, но это не мой, а..
— Нет, здоровяк. Дослушай сначала. Раз в Империи по всем законам нелюди стоят на ступеньку ниже людей, а за Тому, как за женщину, отвечаешь ты, то за вас обоих отвечает только ваш господин.
— У нас нет господ. В гробу мы их видали. Думали, что на Аляске с этим по-другому — Новый свет, все дела, а тут..
— В том-то и дело. Сейчас Тома один на один с законом. Я предлагаю добавить в это уравнение еще одну переменную. Но для этого вам нужно стать моим крепостными.
Яр ударил по тормозам и броневик встал. Двигатель тут же заглох.
— Ай, больно! — пискнула Аки с заднего сиденья. — А полегче нельзя?
Фокс проигнорировал ее недовольство и выпучил на меня глаза:
— Чего⁈ Это шутка?
— Никак нет, — серьезно проговорил я. — Раз ты, Яр, как старший в роду, находишься в уничижительном положении относительно людей и человеческого закона, то тебе нужно передать свои полномочия мне. Я как лицо, стоящее на ступеньку выше, аристократ и вообще человек, буду разговаривать с законом от своего имени. И буду сам нести за Тому ответственность. В том числе и уголовную.
— Стой.. — охнула Метта. — Подожди. Точно!
Она вытащила планшет и, высунув кончик языка, начала в нем рыться. Глаза Яра, тем временем, лихорадочно бегали по салону. Аки вцепилась пальцами в сиденье и смотрела в одну точку.
— Нет, это невозможно.. — затряс головой фокс. Кажется, и он понял, к чему я клоню.
— Есть лазейка! — кивнула Метта и сунула мне планшет. — Смотри.. Если преступление против простолюдина совершено другим простолюдином, находящимся в подневольном положении, то мера пресечения избирается с участием его хозяина. И это может сработать! Но пункт с мерой пресечения какой-то мутный..
— Не беда. Лучше, чем ничего.
Я пересказал ее слова фоксу. С каждым словом его лицо становилось все мрачнее и мрачнее. Его рыжие уши и усы повисли.
— Это единственный путь, Яр, — сказал я, закончив пересказывать все нюансы Имперского законодательства. — Либо вы вернетесь в кабалу. Либо Тому уже ничто не спасет. Выбирай.
Яр замолк. Целую минуту он сидел, молча уставившись в окно. Тут сзади к нему приблизилась Аки и положила свою маленькую ладошку фоксу на плечо.
— Коршунов-сан, — сказала она, слегка погладив его. — Илья хороший. Вы не попадете в кабалу!
Фокс зарычал, и японка тут же притихла. Я же расслабился и решил дать ему собраться с мыслями. Все же он с сестрой, похоже, прошел через такие тернии, что и врагу не пожелаешь.
И тут фокс завел двигатель. До города мы добрались в молчании.
— Какой упертый баран.. — вздохнула Метта. — Ведь речь о жизни его сестры!
— Погодь, может, еще одумается.
И нет, я не горел желанием сбивать кулаки в кровь в попытке поставить Яра на путь истинный: так или иначе, они мне не родные, да и друзьями обоих я могу назвать с известной натяжкой. В этом мире логика проста — раз ты вольный, то и решения ты принимаешь сам. Даже если перед тобой поставили выбор: умереть на свободе, или жить в цепях.
Все так. Однако невинную Тому нужно спасать. И если ее брат не отбросит старые обиды..
— Решать тебе, Яр, — повторил я, когда мы ехали вдоль особняков.
— Я уже решился, — ответил фокс и снова замолчал.
* * *
— Ишь, какая конфетка! Иди сюда, дорогуша, мы тебя не обидим! — кричали и посвистывали со всех сторон тюремной камеры.
— Подойди к решетке, куколка! — тянулись руки сквозь прутья. — Че покажу!
Тому только привезли с допроса, выжатую как лимон, и бросили в отдельную камеру, к которой с двух сторон прилегали соседние клетки. На ней же одно короткое платье горничной, а в животе ни маковой росинки, но ей было плевать — она уже четвертый час лежала на нарах и не двигалась.
Из головы все не уходили события предыдущей ночи. Ее обвиняли в попытке убить кухарку и ее внучку, и самое главное — в покушении на жизнь Софьи Филипповны!
Но Тома ничего не помнила! Совсем ничего! Только тень на входе и.. все!
— Эй, сучка! — прорычали из соседней камеры. — Тебе все равно кранты, так чего морозиться? Нам завтра на рудники, и с концами, а ты динамишь!
— Просто подойди к решеткам и подними хвост! Будь ты человеком, нелюдь!
И вокруг мерзко загоготали. Тома только сильнее вжалась в стену, исписанную матерными надписями и зарубками, и принялась еле слышно молиться.
Вдруг заскрипела дверь, послышались приближающиеся шаги.
— Гражданин начальник, дайте нам эту фоксочку на пять минут! Ей все равно завтра утром крышка, так чего?..
Бах! — и дубинкой грохнули по прутьям. Все разом затихли. Зазвенели ключи.
— Тамара Коршунова, встать! На допрос!
* * *
По пути в жандармерию мы с Яром отправились к Ленским.
Стоило бы поболтать с той кухаркой и уговорить ее забрать заяву — может, это как нибудь поможет? Если же нет, то нам позарез нужен юрист, чтобы оформить сделку,а у Ленского-старшего наверняка таковой имеется. Увы, других знакомых у меня в городе не было, а с первым попавшимся иметь дело себе дороже. Ибо то, что мы собирались провернуть, не совсем законно.
— Жизнь невиновной важнее! — заметила Метта.
Угу, а еще неплохо найти девушке хорошего адвоката, правда, эта идея сразу курам на смех. Не родился еще юрист, согласившийся добровольно защищать фокса.
— Да и для них защитники в суде не положены, — сказала Метта.
Когда мы проезжали мимо усадьбы Горбатова, я попросил Яра немного снизить скорость.