Рыцарь Резервации

— Не могу дождаться, когда вскрою этот экземпляр! Это же такой шанс! Обычно юдов-реликов можно встретить только в глубине Резервации. Увидеть их — удача! Сбежать — счастье! А уж вытащить их оттуда! Да еще и целыми.. Ага, это, кажется, вы тот самый герой Илья Марлинский?

Уперев руки в бока, она осмотрела меня с ног до головы.

— Он, — кивнул я. — С кем имею честь?

— Позвольте представить вам, Илья, — кивнул Геллер. — Юлия Константиновна Свиридова, главный научный сотрудник ШИИРа, рыцарь-резервант и просто хороший человек. Мы с ней были знакомы когда-то в молодости. Однако жизнь внесла свои коррективы.

— Да ну тебя, Герман, — махнула она рукой на ЛИСовца. — Ты все такой же! Ворчишь и ворчишь.. Дай лучше на молодую кровь посмотреть. Илья Тимофеевич, да? Во сколько оцениваете вашего юда?

— В стоимость Таврино.

Женщина покачала головой.

— Стоимость Таврино скоро вырастит вдвое, а то и втрое, и боюсь, что Горбатовы сделают все, чтобы прибрать его к рукам. Барон давно точит на него зуб!

— Неужто? Он настолько в этом заинтересован?

— Да, Александр Владимирович Онегин, мир его праху, хранил в Таврино достаточно секретов рода. И много кто мечтает заглянуть за стены этой усадьбы..

Ее васильковые глаза за стеклами таинственно сверкнули.

— Даже вы? — улыбнулся я.

— Даже я! Мы с ним были друзьями, но он всегда держал изрядную дистанцию, и знал, что рассказывать о своих делах, а о чем промолчать.

— Может, она.. — появилась Метта у нее за плечом и подозрительно посмотрела на эту даму. — Набивает стоимость?

— Может быть, — сказал я, вглядываясь в хитрые миндалевидные глаза Свиридовой. — В любом случае между нарами в бараке и постелью в старой усадьбе я предпочту второе.

Мне очень хотелось расспросить ее поподробней о таинственном Онегине и его Таврино, но к нам подошел начальник поезда с крайне требовательным видом:

— Я..

— Знаю-знаю, — помахала Свиридова у него перед лицом. — Будет вам ваш артефакт. Как только мы отвезем чуда..

— Как только? Сейчас! — Степан Варфоломеевич требовательно вскинул двойной подбородок. — Ремонт и так влетит в копеечку. К тому же нам в котел понадобится новая геометрика!

— Что? — напряглся я. — А что со старой?

— Она уже не справляется со своей задачей. Вот-вот мы извлечем это старье!

Я оглянулся на локомотив, из окна которого выглядывал машинист. Его кончики усов были грустно опущены вниз.

— Бедная Полина! — воскликнула Метта. — Мы должны что-то сделать!

Тут она права.. Полина нам помогла заполучить сильную геометрику, да и Рух в придачу. После всех злоключений в поезде, мы, как ни крути, друзья. А сейчас эта жирная обезьяна собирается от нее избавиться⁈

— Ну-с! — кипятился тем временем начальник.

— Вы хотите, чтобы я извлекала кристалл прямо на вокзале? — холодно спросила Свиридова.

— А вы хотите, чтобы я поверил вам на слово, что геометрик, который вы мне отдадите, подлинный?

— Поразительное хамство, — вздохнула Свиридова. — Но раз вы настаиваете, то прошу.. Эй, парни, освободите место. Сергей, открой этой красавице клюв!

— Вот смеху то будет, когда этот жирдяй обнаружит, что это не геометрик, а простая ледышка! — хихикнула Метта.

Да, а этот жирный хер, который с самой остановки не отходил от юда, так ничего и не поймет.

Насчет Полины у меня пока не было идей. Ладно, «Ураган» пробудет в депо Шардинска, как минимум, пару дней, а то и неделю, пока его не отремонтируют. За это время, я придумаю как помочь хранительнице.

Пока Свиридова под бдительным присмотром Степана Варфоломеевича пыталась добраться до «геометрики», мы с Аки и Геллером направились к зданию вокзала.

Чемоданы мне помог довести небольшой автомат на колесиках. Честь ему и хвала.

— А тут недурно, — заметила Метта, когда мы вошли внутрь.

Тут я склонен с ней согласиться. Для небольшого городишки вокзал отделан весьма неплохо. Крышу поддерживали мраморные колонны, а стены украшала мозаика с сюжетами героического освоения Амерзонии.

Рядом с одной я простоял, наверное, пару минут — на стене изобразили воина с мечом в руке, который попирал какую-то клыкастую бестию. Из ее груди он вырывал сияющий многогранник.

Как ни странно, но примерно такой же октаэдр сейчас лежал у меня в саквояже под строгим надзором Шпильки.

— Это не обычная мозаика, — заметила Метта. — Судя по цвету и структуре, это материалы, добытые в резервации. Колонны, кстати, сделаны из них же. Эта разновидность камня называется гигамат.

Я спросил об этом Геллера, и он подтвердил. По его словам половина Шардинска выстроена с помощью этого камня. Он куда лучше сопротивляется Поветриям, хоть и добывать его куда сложнее, чем обычный.

А вот насчет Поветрий мне захотелось узнать поподробней.

— Поветрия могут добираться до города? — спросил я.

— Об этом лучше спросить Свиридову, — ответил Геллер. — Но судя по тому, что вокзал построен из гигамата, да. Они и город задевают.

Нам с Меттой раньше не приходилось наблюдать Поветрия. Эти природные явления происходили только в непосредственной близости от крупных Резерваций. В Петербурге, понятное дело, про них и не слыхивали. А вот кое-где в Карелии, у тамошней Резервации-4, да, они случались и весьма часто.

Поветрие — нечто нечто вроде магической бури, которая охватывает всю территорию Резервации и прилегающих территорий. После нее облик Резервации может измениться до неузнаваемости. Попасться на ее пути для человека вне убежища — верная смерть.

Мимо прошла группа простолюдинов, в числе которых был и Женя, и Яр с Томой. Меня обступили со всех сторон и начали рассыпаться в благодарностях. Отведя Яра с Томой в сторонку, я договорился встретиться, чтобы забрать готовый меч и перетереть насчет наших дальнейших отношений.

Услышав, что у меня есть планы «отношений», Тома открыла рот от удивления и таки не смогла его закрыть.

Между тем, кольцо простолюдинов, внезапно увидевших во мне свет в окошке, начало расти. Думаю, такими темпами я вскоре насобираю целую деревню подданных. Ладно, будем решать проблемы поступательно — сначала заимеем домик в деревеньке, а потом наводним его ребятами и зверятами.

— А вы здесь по приглашению? — спросил я фоксов.

— У нее здесь сестра живет.. — кивнул Яр на Тому. — И она обещала нас пристроить. Правда, что-то мне кажется, все это дохлый номер..

Тома зашипела и ущипнула своего братца за бок.

— Ну, если не срастется, вы всегда знаете, к кому обратиться, — улыбнулся я.