В объятиях чудовища

51.Спасение

Телефон завибрировал в моих дрожащих руках. Сердце подпрыгнуло к горлу, и я едва не выронила его от волнения.

“Держитесь. Скоро.”

Всего два слова, но они заставили меня зажмуриться от облегчения и одновременно от ужаса. Катя увидела мою реакцию и сжала мою свободную руку так сильно, что костяшки побелели. Я быстро спрятала телефон обратно, ощущая, как по всему телу разливается одновременно надежда и паника.

Они живы…Они придут. Но что будет с нами, пока они добираются сюда?

В квартире стояла напряжённая тишина, которую изредка нарушали голоса из гостиной. Мужчины явно нервничали. Один ругался матом, недовольный долгим ожиданием, другой громко смеялся над какой-то пошлой шуткой, но в этом смехе чувствовалось напряжение.

Каждый звук заставлял нас вздрагивать. Каждый шаг в коридоре мог означать, что кто-то из них идёт к нам. Мы сидели в углу, прижавшись друг к другу, словно два испуганных зверька, и наши дыхания сливались в единый прерывистый ритм страха.

Внезапно свет погас и из гостиной донеслись встревоженные, резкие голоса:

— Что это было? Куда подевался свет и что за звуки?

— Откуда я знаю? Иди, проверь окно быстро.

— Там… блядь, там какая-то машина стоит. Чёрная. Раньше её не было.

Моё сердце забилось так бешено, что я почувствовала пульс в висках. Неужели это они? Кровь стучала в ушах так громко, что заглушала все остальные звуки.

— Мать твою! Идите все, посмотрите, что там происходит! И если это они — действуем по плану!

Тяжёлые шаги в коридоре. Звук открывающейся входной двери. Несколько секунд мёртвой тишины, от которой волосы на загривке встали дыбом.

А потом начался настоящий ад.

Звук, будто кто-то кувалдой разнёс дверь на куски. Дикий крик ужаса. Выстрел, оглушительный в замкнутом пространстве. Ещё один. И ещё.

— Что это за хунйня?! — заорал кто-то из гостиной таким голосом, что я почувствовала, как у меня мурашки пробежали по коже.

—Ублюдки! — надрывно кричал другой голос.

И началась кровавая резня.

Звуки борьбы были такими жуткими, что я зажала рот рукой, чтобы не закричать. Хруст ломающихся костей. Хриплые стоны. Мат, переходящий в предсмертный хрип. Что-то тяжёлое с оглушительным грохотом рухнуло на пол, сотрясая стены. Звон разлетающегося вдребезги стекла. Ещё выстрел — и чей-то крик оборвался на полуслове.

— Где они мать твою!? — прорычал незнакомый голос, полный такой ярости, что кровь застыла в жилах.

Потом наступила тишина. Такая абсолютная, оглушающая, что я услышала собственное сердцебиение и сдавленное дыхание Кати. Воздух пропитался запахом пороха и чем-то металлическим — кровью.

Катя сжала мою руку до боли, её ногти впились в мою кожу. Мы обе дрожали, как осиновые листья, наши зубы выбивали дробь.

Медленные, уверенные шаги в коридоре. Каждый звук отдавался в моей груди, словно удар молота.

Дверь нашей комнаты медленно, со скрипом открылась. Свет зажегся во всей квартире и…

В проёме показалась фигура, от которой кровь застыла в жилах. Демид стоял там, весь в чёрном, как сама смерть, воплощённая в человеческом облике. На его лице не было ни одной эмоции — только холодная, абсолютная пустота. Глаза как два куска льда, губы сжаты в тонкую линию. На правой руке блестели тёмные пятна крови — определённо не его.

За его спиной виднелись силуэты Алана и Гора. У Алана на щеке кровоточила свежая царапина, а кулаки были в красных подтёках. Гор стоял чуть поодаль и методично вытирал лезвие ножа о тряпку, словно это была самая обычная процедура.

— Вставайте.

Голос Демида был ровным, холодным, не допускающим возражений. Мы поднялись на дрожащих, ватных ногах. Колени едва держали.

— Не смотрите в гостиную.

Но любопытство и ужас оказались сильнее здравого смысла. Когда мы проходили мимо, я не удержалась и бросила взгляд.

То, что я увидела, врезалось в память, как раскалённое железо.

Кровь. Везде кровь. На полу огромные алые лужи. На стенах брызги, словно кто-то размахивал кистью, макая её в красную краску. Перевёрнутая мебель вся в тёмных пятнах.

Тела лежали в неестественных позах — одно у окна с головой, повёрнутой под немыслимым углом, у другого из груди торчала рукоятка ножа, а вокруг третьего расползалась тёмная лужа.

Желудок судорожно сжался, во рту появился кислый привкус. Меня затошнило так сильно, что пришлось зажать рот рукой. Катя всхлипнула и быстро отвернулась, прижав ладони к глазам.

— Я сказал — не смотреть.

Голос Демида прорезал воздух, как лезвие. В нём не было ни капли сожаления.

Мы вышли из квартиры, ноги подкашивались при каждом шаге. В коридоре тоже была кровь — брызги на стенах, следы рук. В штукатурке зияла дыра от пули.

Демид взял меня за руку. Его пальцы были ледяными, словно он только что держал их в снегу. Но хватка была твёрдой, уверенной. Алан подхватил Катю на руки и уверенно прошел вперед.

Мы спускались по лестнице в мёртвой тишине. Каждый наш шаг отдавался гулким эхом, словно мы шли по склепу. На втором этаже я увидела, как из-под двери соседской квартиры просачивается тонкая полоска света — люди прятались, боясь высунуться.

У входа в подъезд лежал ещё один труп. Охранник в форме, видимо. Глаза широко открыты, смотрят в потолок. На груди тёмное пятно. Демид прошёл мимо, даже не взглянув, словно это было просто препятствие на дороге.

Чёрная машина ждала на том же месте. В свете фонарей она казалась гробом на колёсах.

— Садитесь.

Это был приказ, не допускающий возражений. Мы послушно забрались в салон. Пахло дорогой кожей и чем-то металлическим — кровью. Мои руки дрожали так сильно, что я не могла застегнуть ремень безопасности.

Гор сел за руль, завёл двигатель. Машина плавно тронулась с места, словно плыла по воздуху. За тонированными стёклами мелькали огни ночного города, но мне казалось, что мы едем сквозь преисподнюю.

Демид молчал, глядя в окно. Его профиль был вырезан из камня. Только напряжённая челюсть и подёргивающаяся жилка на виске выдавали эмоции, бурлившие под этой ледяной маской.

Катя тихо всхлипывала, уткнувшись Алану в плечо. Он осторожно гладил её по волосам, но глаза у него оставались жёсткими, беспощадными.

Город плыл за окнами — огни, тени, пустые улицы. Где-то там люди спали в своих кроватях, смотрели телевизор, занимались любовью, не подозревая, какие чудовища бродят в темноте совсем рядом.

— Полиция? — выдавила я из себя.