В объятиях чудовища

50. Ад

— Блядь, я убью этого гондона! Я из него шкуру спущу! — прорычал Демид, сжимая руль так, что костяшки пальцев побелели.

У Алана глаза были красные, как кровь. Он сжимал телефон в руке, экран которого транслировал происходящее в квартире через скрытую камеру. Видео было нечётким, но достаточно ясным, чтобы разглядеть, как его Катя и девушка Демида — Ева — сжались в углу комнаты, как эти пидорасы к ним заходят, как девочки трясутся от страха и переживают.

— Пиздец, — выдохнул Алан, и в его голосе звучала такая ярость, что даже Демид бросил на него взгляд.

Гор сидел на заднем сидении и разговаривал тихо с кем-то по телефону, пытаясь сохранить хладнокровие. Он положил трубку и произнес:

— Лиз, я скоро… сегодня вечером, максимум завтра утром билет возьму и к тебе… Да мы с парнями на тренировку в зал поехали…

Его женщина находилась сейчас в другом городе. Он сам её отправил туда несколько дней назад. Странное предчувствие, и оно не подвело. Вообще, она пыталась отговорить его от этой поездки, остаться хотела но, как в воду глядел. Его чутьё его никогда не подводило. Ей не нужно было знать всего. Пусть спит спокойно.

— Ну что, как будем действовать? — спросил он у Демида.

Демид сквозь зубы прорычал:

— Скорее всего, придётся звонить Джагаеву.

Алан сжал кулаки и с силой ударил кулаком по двери машины. Металл глухо проревел под ударом.

— Этот подонок! Ты хоть представляешь, что он попросит взамен?!

— А у нас есть другой выбор? — спросил Демид. — Нет, блядь, нет его! Пиздец, как мы могли их упустить! Как, блядь?

— Ты слышал, что они говорили про план “Б”? — Алан кивнул, глядя на экран. — Наверное, слышал. А то, что тот, кто этими гандонами заправляет, находится сейчас не там?

— Давай-ка всё-таки наведаемся к этому пиздюку, — прорычал Гор и подал Демиду телефон, где было указано местоположение на карте.

Демид посмотрел и спросил:

— Ты его выследил?

— Да, пока они созванивались с ним. Пидорас в соседнем от тебя доме сидит. Видимо, наблюдает за всем с самого ближайшего ракурса.

Демид завёл машину, и она сорвалась с места. Он сейчас был готов убивать и плевать на всё. Его Ева была в опасности вместе с Катей. И пятеро мужиков, которые находились у них в доме… Хотелось ворваться туда и всех обезвредить.

Но, блядь, если они туда сунутся — девчонки пострадают первые.

Он этих гондонов живыми не выпустит. Он их прокатит. Они пожалеют, что на свет родились.

Машина мчалась по ночному городу, словно чёрная молния. Демид давил на газ так, что двигатель ревел, как раненый зверь. В салоне висела тяжёлая, удушающая атмосфера ярости и отчаяния.

Алан не отрывался от экрана телефона. Камера показывала, как один из захватчиков снова заглянул в комнату, где сидели девушки. Катя вздрогнула, инстинктивно прижимаясь к Еве. На лице Алана проступили жилы, челюсти сжались так сильно, что зубы могли треснуть.

— Если он к ней прикоснется… — начал Алан, но не закончил фразу. Не было нужды — все понимали.

Демид бросил взгляд на спидометр — стрелка перевалила за сотню. Ему было плевать на камеры, на штрафы, на всё на свете. В его голове крутилась только одна мысль: “Ева”.

Её имя пульсировало в висках вместе с кровью.

— Сколько их там? — спросил он, не отрывая глаз от дороги.

— Пятеро, как и говорили. Плюс тот, кто командует, в соседнем доме, — ответил Гор. — Демид, ты понимаешь, что если мы сейчас наделаем шуму, они могут…

— Заткнись! — рявкнул Демид. — Просто заткнись, Гор!

Гор действительно замолчал. Он знал Демида достаточно долго, чтобы понимать — сейчас лучше не лезть с советами. Демид был словно натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент.

Алан вдруг издал звук, похожий на рык раненого животного.

— Что? — мгновенно отреагировал Демид.

— Этот ублюдок… он опять к ним подошёл. Что-то спрашивает.

На экране было видно, как мужчина в маске наклонился к девушкам. Ева что-то отвечала, стараясь держаться прямо, но дрожь в её руках была заметна даже через некачественное изображение.

Демид резко свернул, шины завизжали по асфальту. Он почти потерял управление, но выровнял машину и продолжил мчаться вперёд.

— Я его убью, — прошипел он. — Я его медленно, очень медленно убью.

— Мы их всех убьём, — поправил Алан. — Каждого из этих мразей.

Гор молчал, но его рука легла на пистолет под бронежилетом. Он не был таким эмоциональным, как его товарищи. Но это потому, что его девочка была спрятана. Но если бы она была там… Он не представлял, что бы с ублюдками сделал. От одной мысли, что к его деввочке кто-то снова может прикоснутся… холодная ярость, разлившаяся по его венам, была не менее разрушительной.

Они подъехали к дому за несколько минут до полуночи. Демид припарковался в тени, выключил фары. Здание напротив выглядело обычно. Спальный район, ничего подозрительного. Но где-то там, в одной из квартир, сидел человек, который отдал приказ захватить Еву и Катю.

— Третий этаж, четвёртое окно слева, — тихо сообщил Гор, рассматривая дом в бинокль. — Свет горит.

— Как будем брать? — спросил Алан.

Демид вытащил из бардачка пистолет, проверил магазин.

— Тихо. Чтобы он не успел дать команду своим.

— А если успеет?

Демид посмотрел на него взглядом, от которого по спине пробежал холодок.

— Не успеет.

В его голосе не было ни капли сомнения. Только абсолютная уверенность в том, что он сделает всё, что угодно, чтобы защитить Еву.

Они вышли из машины. Ночной воздух был холодным и влажным, но Демиду казалось, что его кожу жжёт огонь. Каждая секунда промедления могла стоить Еве жизни.

— Джагаева оставим на крайний случай? — спросил Гор.

— Посмотрим, что скажет этот мудак, — процедил Демид. — Если сможем обойтись без Джагаева — обойдёмся.

Но все трое понимали, что шансы невелики. Тот, кто организовал эту операцию, явно был не новичком. И если план “Б” означал то, о чём они думали…

Демид сжал пистолет крепче. В его голове проносились образы:

Ева, смеющаяся за завтраком.

Ева, засыпающая у него на плече.

Ева, доверчиво прижимающаяся к нему по ночам.

— Если с ней что-то случится, — тихо проговорил он, — я убью всех. Всех до одного.

Алан кивнул.

— И я с тобой.

Гор проверил оружие и произнёс:

— Тогда пошли. Время не ждёт.

Они двинулись к подъезду. В голове у каждого крутились мысли о девушках, которых они любили, и о том, на что готовы ради них пойти.