Страница 243 из 316
Имелся вообще анекдотичный случай, когда на один из иранских аэродромов близ иракской границы в полном составе приземлился …
Полковой оркестр!
Которому весь личный состав иранской авиачасти тут же поспешил сдаться в плен, видимо подозревая какой‑то извращённо‑коварный замысел русских.
Опять же потери нашей авиации в случае аварий, по численности были вполне сравнимы со всеми Военно‑Воздушными Силами Ирана.
Руководством ВВС это объяснялось большим процентом молодых лётчиков, только что прибывшими в авиачасти из училищ и их недостаточной подготовкой…
При этом высоких чинов вообще не напрягает вопрос:
А зачем их вообще заставили принимать участие в операции, которая вполне могла вылиться в боевые действия?
Сталин приказал?!
Ах, нет оказывается:
«Указаний на этот счёт не было»!
А разве своей головой подумать нельзя было?
И кто виноват в «недостаточной подготовке» молодых лётчиков?
Опять он ‑ Сталин, что ли?
У таких горе‑руководителей имеется словами потомков – «железная отмазка»:
«Горючего не хватает!».
А кто в своё время требовал у промышленности всё больше и больше самолётов?
Если это был в том числе и он – Сталин (что конечно имело место), то в связи с чьими «рекомендациями»?
Если бы хотя б один из них вспомнил бы заветы Суворова:
«Воевать надо не числом, а уменьем!».
Неужели он бы не прислушался к мнению профессионала?
«По горячим следам» уже было проведено следствие и отстранён от должностей ряд высокопоставленных авиационных командиров, список которых удивительным образом совпадает с таковым же – «незаконно» репрессированных в «реальном» 1941‑м году: Локтионов, Рычагов, Пумпур, Володин, Шахт, Гусев…
И ещё с десяток «не оправдавших доверия».
Хотя в «текущей реальности» расстрел им пока(!) не угрожает, лишь понижение в должности до командира авиаполка, эскадрильи ‑ а то и вообще до рядового лётчика. И дело вовсе не в сталинском «гуманизме» ‑ которого он набрался, сдуру заполучив «Послезнание».
Вождя народов словами потомков – «элементарно душила жаба». Ведь в их подготовку государство вложено немало средств и просто так намазать им лоб зелёнкой – было б в свою очередь преступным расточительством, за которое хоть сам стреляйся…
Особняком стоят уже арестованные Петров, Алексеев, Ионов, Склизков и Арженухин. Эти обвиняются в саботаже, вредительстве и шпионаже. Преступную группу организовал и долгое время возглавлял дивизионный инженер Иван Сакриер – занимавший должность Заместителя начальника вооружения и снабжения Главного управления ВВС РККА и, являющийся резидентом Абвера ещё со времён Веймарской Республики
93
. Как известно, ещё один авиационный командир – Смушкевич, проходит по делу «Маленкова‑Мерецкова‑Павлова» ‑ обвиняющихся в попытке государственного переворота.
Этим без всяких вариантов словами потомков – «корячится вышка».
Однако на тёмном как душа самого дьявола небосклоне, появился и первый светлый лучик. «Группа дальней авиационной разведки Генерального штаба ВС СССР», хотя и несколько запоздав со сроками, но всё же предоставила накануне операции «Обоюдное согласие» довольно‑таки качественные аэрофотоснимки территории Ирана. И хотя это заслуга не столько её командира ‑ генерал‑майора Ивана Проскурова, как…
Народного комиссариата земледелия СССР, в который прежде входило «Фотограмметрическое бюро» Московского гидромелиоративного института.
Но всё равно это огромный шаг вперёд!
Следующие «шаги» сделают Военно‑Воздушные Силы СССР настоящим орудием современной войны. А не как в «Реальной истории» ‑ лишь потребителем огромных ресурсов не очень‑то и богатой страны без всякой отдачи. И будут они сделаны уже под руководством маршала авиации Лаврентия Павловича Берия, который вот‑вот займёт сразу две должности – Народного комиссара авиационной промышленности и Командующего Военно‑Воздушными силами (ВВС СССР).
Кроме этого, просто великолепно отработал Наркомат иностранных дел СССР товарища Потёмкина Владимира Петровича. Участвующие в операции «Обоюдное согласие» войска были в должной мере снабжены русско‑персидскими разговорниками, брошюрами по истории Ирана и обычаям этой страны, а штабы – квалифицированными переводчиками.
Ну и неплохо сработали «Управление пропаганды и агитации при ЦК ВКП(б)» и «Информбюро при Верховном Совете СССР», под руководством кандидата в члены Политбюро Александрова Георгия Фёдоровича. Было сверхоперативно напечатано и над иранскими городами и весями сброшено с самолётов свыше двадцати миллионов листовок на фарси, азербайджанском, курдском, армянском и английском, немецком и французских языках ‑ с объяснением необходимости ввода советских войск в Иран.
***
За беседами с товарищами командирами на тему «Как нам обустроить Вооружённые силы и «не просрать» государство оставленное великим Лениным» время полёта до Москвы пролетело не просто быстро…
Стремительно!
И уже поздним вечером 5‑го июня (в четверг этого было), Иосиф Виссарионович оказался в столице. Его попутчики после пересадки на уже поджидающие их «борта», в соответствии с новыми назначения разлетелись по «особым» округам… Ну а он в сопровождении Начальника личной охраны генерал‑майора Косынкина и группы «прикреплённых» поехал на Ближнюю дачу, где вновь обосновался после внеочередных пленумов.
Там он попал «с корабля на бал» ‑ на семейный ужин, посвященный окончанию Василием Сталиным знаменитой «Качи» ‑ лётного авиационного училища, а Артёмом Сергеевым (приёмным сыном) – Ленинградского артиллерийского училища.
С порога на него что‑то налетело и повисло на шее с восторженным визгом:
‑ Папка!
Став обладателем «Послезнания», к собственным детям Сталин стал относиться с едва скрываемым глухим раздражением…
И это ещё слабо сказано.
Про двух родных сыновей он думал так:
«У одного духу не хватило застрелиться, чтоб избежать позора плена. У второго дух есть, конечно… Но совершенно нет мозгов! Даже для того, чтобы с умом воспользоваться отцовским авторитетом ‑ одни самолёты в голове и футбол. В народе говорят: «маленькая собака до старости щенок» и это как раз тот случай. Как был «Васька» в школе – так «Васькой» и закопали, словно сдохшего в придорожной канаве безымянного бродягу».
В отличии от родных, приёмный сын Артём выглядел гораздо более положительно…
И это ещё больше бесило Вождя в отношении «родной крови»:
«Неужели потомки правы – «на детях гениев природа отдыхает»?! Но ведь я ж не гений, ибо ещё Пушкиным сказано было:
«Гений и злодейство – вещи не совместные»».
На дочь Светлану же, за её бурную биографии и беспардонную ложь в мемуарах, он вообще не мог смотреть без зубовного скрежета и спазм в желудке.
Поэтому сперва, он её чуть ли не оттолкнул.
Отступив на шаг, та широко открыв глаза:
‑ Папка… А ты что такой?
Ругая себя на чём свет стоит, Сталин обнял дочь, поцеловал и извинился:
‑ Извини, хозяюшка! Устал твой «секретаришко» от забот хлопотных, да перелётов дальних… Как собака, устал!
Естественно, та его извинила: ребёнок же… Точнее словами потомков – «тинейджер».
С Яковом ‑ старшим сыном от первой жены Вождь не общался с тех пор, как тот после ссоры с ним пытался якобы застрелиться…