Страница 129 из 153
Сталин внутри подсказал: «Закрой округ. Всех начальников под замок». Так можно было получить тишину и пять правильных докладов к вечеру. В Москве под арестом оказались бы люди, которые должны обеспечивать связь и управление частями.
Я вынул папиросу и не закурил: Сафонов передал лист проверки одного задержанного офицера. У него в руках был конкретный человек, и этот лист требовал решения сейчас.
Офицера вызвали по старому коду ещё ночью, когда новое распоряжение шло из Кремля. Держали в ожидании объяснений, но формального постановления о задержании не составляли. Прокурор пришёл в комнату, попросил назвать основание.
Дежурный указал на выписку с двумя его знакомыми; другого не было. По моему приказу комнату открыли, пропуск вернули, офицер вышел в коридор и попросил разрешения предупредить жену, что он задержится на службе, а не исчез.
— Позвонить ей можно отсюда? — спросил офицер, увидев меня у двери. Я показал на телефон. Он набрал дом, сказал, что вернётся к вечеру и что ничего приносить не надо. Долго слушал. Потом прикрыл трубку ладонью: — Она спрашивает, где я был. Что мне ей сказать? — Что вас задержали без основания и отпустили. Не берите на себя чужое объяснение, — ответил я.
Он положил трубку и попросил расписку о возвращении пропуска. Прокурор выдал её при том же дежурном, который утром пропуск отнял. Тот поставил свою подпись рядом: завтра уже нельзя будет сказать, что офицер самовольно вышел из комнаты.
К вечеру оба архива в центре были у прокурора, ключи на бывшем столе Ежова сменили. Поскрёбышев доложил об этом по телефону; я велел ему не объявлять работу оконченной. У меня в округе на столе лежал тот самый лист из старой коробки, а в полках всё ещё находили его копии с разными отметками о выдаче.
Командующий предложил устроить наутро общее совещание и объявить новый порядок начальникам частей. — Объявите сегодня приказом, — ответил я. — Утром спросите, сколько выписок они вернули. Он велел дежурному передать приказ до смены караула. На стене висела карта округа; возле трёх частей уже стояли фамилии наших нарочных.
Поскрёбышев вышел к телефону и вернулся с пустым бланком. — В дежурную пропускного бюро пришёл запрос на выдачу разового допуска, — сказал он. — По какому приказу? — По вчерашнему, до вашей отмены. Запрос уже провели через окружную канцелярию. Я взял бланк: в графе предъявителя стояло имя человека, которого час назад вычеркнул из проверяющих.
Я велел соединить с воротами округа и не выпускать выданный лист за стекло. Дежурный ответил не сразу. Пока искали старшего смены, за столом пропускного бюро поставили печать и передали пропуск мужчине по ту сторону стойки. Фамилия в журнале была одна: Селиванов.