Страница 22 из 63
— Из-за тебя? Нет. Я безумен, а не сумасшедший, — он гладит меня по щеке, и я чувствую, как подступает тошнота.
И дело не в его прикосновении — просто запахи этого заведения теперь бьют мне прямо в нос. Лодыжки ноют. Я чувствую себя какой-то раздутой. Могу я попросить его вернуться…? Или я буду выглядеть последней стервой?
— Хочешь в отель?
Боже, этот парень идеален.
— Да, пожалуйста, — но когда я уже собираюсь встать, меня пронзает сомнение. — Стой, а концерт разве не сегодня?
— Сегодня. Но ты важнее.
В груди разливается тепло, оно охватывает всё тело, до кончиков пальцев.
— Ты уверен? Ты же потратил кучу денег…
— Джун, — он приближается и берет мое лицо в ладони. — Деньги приходят и уходят, как и концерты. Твое здоровье — вот что важнее всего.
Как только мы возвращаемся, я пластом падаю на кровать, на ходу скидывая туфли. В этот момент матрас кажется мне самой удобной вещью на свете.
— Джун, — Тревор протягивает мне телефон. Должно быть, вытащил из кармашка сумки.
— Спасибо, — я смотрю на номер, и, хотя он у меня не сохранен, я сразу понимаю, кто это.
Отвечаю.
— Мисс Фенненс, это из гинекологии. Простите, что сообщаю так поздно, но нам нужно перенести прием на завтра. У меня семейные обстоятельства, и послезавтра я никак не смогу вас принять. Вам это удобно?
Я вздыхаю. Мое вечное везение.
Я бы предпочла отложить — хочется побыть с Тревором еще несколько дней. Но он, видя моим колебания, просто выхватывает телефон у меня из рук.
— Она обязательно будет. В какое время?
Я не слышу ответа врача, а затем Тревор добавляет:
— Отлично, хорошего вам вечера, — он отключается и впивается в меня своими светлыми глазами. — Вылетаем завтра утром, малышка, — он бросается к столу и открывает ноутбук. — Дай мне секунду, поменяю билеты.
— Но ты же потратил столько денег, чтобы мы побыли здесь…
Я знаю, что сын — в приоритете… но какая же подстава!
Я ложусь лицом вниз и глушу крик в подушке. Не знаю, сколько я так пролежала, но меня заставила шевельнуться его рука, нежно поглаживающая по спине.
— Повернись, детка.
Я переворачиваюсь и смотрю на него.
Он целует меня в живот.
— Ничто не имеет большего значения. В этот отпуск мы сможем съездить, когда захочешь, — Он подмигивает мне, и я ныряю в его объятия.
В объятия, где я чувствую себя дома.
Он проводит ладонью по моей щеке, запускает пальцы в волосы. Я слышу, как под футболкой бьется его сердце.
Он такой заботливый.
Добрый.
Теплый.
Он отстраняется лишь на миг, чтобы дотянуться до моего телефона, брошенного в ногах кровати, и протягивает его мне.
— Напиши Мелиссе и Томасу.
— Что? Зачем?
Тревор вскидывает бровь.
Я делаю глубокий вдох.
Он прав, они должны знать.
Томас должен знать.
— Пришло время встретиться с этим лицом к лицу, малышка.