Страница 10 из 63
4
Я поднимаюсь с кровати и смотрю на нее. Хочу убедиться, что на ее лице нет и тени раскаяния, никаких слез после секса из-за того, что она подпустила меня к себе.
Только заметив на ее лице выражение чистого блаженства после оргазма, я понимаю, что она спокойна. Та Джун, которую я, как мне казалось, знал, была другой. Он изменил ее… всё, что произошло с ней в последнее время, изменило ее. Но прежде всего — он перекроил ее под себя. И хотя эта ее сторона нравится мне до безумия, я задаюсь вопросом: действительно ли она сама этого хочет? В конце концов, до этого у нее был секс только с ним. Уверен, еще несколько месяцев назад она сгорала бы от чувства вины. Но девушка, с которой я только что делил удовольствие, — это уверенная в себе женщина. Она знает, чего хочет, и сделала свой выбор.
И я влюблен в каждую грань ее личности.
— Пойду в душ, — бросаю я, направляясь в ванную.
Эрекция и не думала спадать, хотя я уже кончил. Я жажду ее, хочу обладать ею во всех смыслах. Смять ее и сделать своей. Даже моим пальцам было тесно в ее узкой ложбинке. Ей было бы чертовски больно принимать меня, я это прекрасно знаю… но потом я бы свел ее с ума всеми возможными способами. Боже. Сколько ночей я провел без сна, просто наблюдая за ней?
Мне стоило бы спать, но когда она рядом, это невозможно. Хочется смотреть на нее каждую секунду.
Я не собираюсь признаваться ей в этом, по крайней мере, сейчас.
По ночам она ведет себя беспокойно, постоянно ворочается.
Бредит, выкрикивая фразы вроде: «Пожалуйста, ты же мой отец, ты не можешь так поступить».
В этом столько боли.
Столько боли, что мне хочется только одного — прижать ее к себе и дать почувствовать себя в безопасности.
Я уверен, что если бы она позволила мне спать рядом, я бы прогнал все ее страхи или хотя бы заполнил ту пустоту, которая делает их такими острыми и реальными.
Я никогда особо не настаивал на этом. Не хочу вторгаться в ее личное пространство. Хочу дать ей столько времени, сколько потребуется.
Но однажды ночью я всё же лег рядом.
Рисковал получить кулаком в лицо, но оно того стоило.
Она слишком громко кричала, извивалась во сне.
Мои объятия успокоили ее. Потом она уснула у меня на груди, будто это была самая удобная подушка в мире.
Признаюсь, с того дня я всегда так делаю, когда вижу, что она взвинчена сильнее обычного.
Как сегодня.
Уверен, если бы она меня поймала, то перестала бы со мной разговаривать.
Я не смыкаю глаз, боясь заснуть — вдруг она проснется и обнаружит меня здесь. Поэтому обычно около пяти утра я тихо встаю и перебираюсь к себе, довольный тем, что ей удалось поспать хотя бы пару часов.