Поворот судьбы

ГЛАВА 11

ДЖУН

Открываю глаза. Голова трещит просто нещадно. Смотрю на часы в форме книги, которые я вчера повесила на стену (кривее некуда). Неужели я реально проспала с четырех дня до восьми утра? Проклятье.

Должно быть, у меня началась депрессивная фаза. Для меня это обычное дело — уходить в сон, когда паршиво на душе. Самый трусливый способ решать проблемы. Помогает ли это? Нет. Я просыпаюсь, и всё остается по-прежнему. Но это эффективно, потому что пока я сплю, я не думаю.

Слезаю с кровати, радуясь хотя бы тому, что сегодня не опоздала. У меня просмотр в команду черлидеров. В старой школе я была не просто в команде, я была капитаном. Не то чтобы это сильно помогло мне избежать буллинга. Я кусаю губу. Уверена, здесь на меня никто и не взглянет.

Мне нужно срочно чем-то занять мозги. Чтение и добровольное заточение в четырех стенах больше не спасают. Я могу сойти с ума еще до конца первого семестра.

Вдруг под босыми пятками я чувствую что-то шершавое. Это зеленый клочок папиросной бумаги. Как он, черт возьми, здесь оказался? В голове всплывает образ Томаса, сворачивающего самокрутку. Бумага точно такая же, как у него.

Накатывает паранойя, но тут меня осеняет: наверное, выпала из его куртки, у него же все карманы были ими забиты. Он не мог сюда войти, это исключено. Ведь так? Я иду прямиком к двери и с облегчением обнаруживаю, что она заперта.

Надеваю форму черлидера, которую мне дала Мелисса, хотя официально я еще не в команде. Не понимаю, зачем она передала её мне заранее. Ого, а она почти такая же, как в моей прошлой школе. Экстремально короткая юбка с вшитыми шортиками, топ с чашечками и короткая курточка, заканчивающаяся под грудью. Зеленый и белый — цвета Дирфилда. Кстати, их команда сейчас одна из сильнейших в чемпионате. Когда я жила в Бостоне, часто видела их в деле, они были очень недурны.

— Джун, ты там? — Мел стучит в дверь. Я всё еще не понимаю, почему в «Мертвой обезьяне» она впала в ступор и молчала. Это меня озадачило. У Мелиссы боевой характер, и она вполне может дать отпор Томасу. Неужели он так сильно разозлился на неё за то, что она привела меня в тот стейк-хаус? Неужели мы действительно так сильно рисковали? Понятно, что достаточно, чтобы разыграть целый спектакль, но… неужели настолько, чтобы Мелисса не проронила ни слова?

— Я готова, — когда я открываю дверь, с удовольствием замечаю, что она тоже в форме. Так я буду чувствовать себя менее нелепо.

Руки в боки, длинные светлые волосы собраны в высокий хвост — она дарит мне сияющую улыбку.

— Значит, ты решилась. Знай, я навела справки: ты была капитаном своей команды. Ты мне нужна, так и знай! Никаких просмотров не нужно, я тебя беру.

Я стою в оцепенении.

— В каком смысле «в свою»?

— Я капитан «Бостон Хилл» в Дирфилде, Джун, — говорит она с плохо скрываемой ноткой гордости и удовлетворения. Я невольно приоткрываю рот.

Мел… Мелисса Джексон… капитан черлидеров? Та самая, что заправляет бандой наркоторговцев?

— Да, эта академия действительно не такая, как все, — выпаливаю я, не подумав, пока мы идем к спортзалу. В коридорах стоит гробовая тишина.

— Почему ты так говоришь? Разве я не примерная студентка с высшими баллами?

— Не знаю, Мел. Примерная или нет? Я слишком мало тебя знаю, чтобы судить. Просто, видя твою бунтарскую натуру и антиконформизм³, я этого не ожидала.

Как всегда, мой острый язык движется быстрее мыслей. Боже, прикусить бы его. Иногда я обижаю людей, сама того не замечая.

— Мел, прости. Я…

Мы останавливаемся. Я хочу убедиться, что она не приняла это на свой счет, но она лишь улыбается и продолжает идти.

— Да за что прощать? Я торгую дурью, я плохая девчонка. Но я хочу сохранить хоть каплю нормальности в своей жизни. Поэтому я делаю всё то же, что и обычные студенты, понимаешь? Я слишком быстро повзрослела. Не хочу лишать себя абсолютно всего.

На миг её взгляд становится отсутствующим. Грусть и страдание живут рука об руку в этих огромных голубых глазах. Не заметить этого невозможно — стоит лишь присмотреться на мгновение. Она сломлена изнутри. Как и я. Наверное, поэтому между нами возникла такая симпатия.

Наши души обречены на одиночество, но вместе мы можем сделать так, чтобы это было не так больно.

— Фигура у тебя для черлидера сказочная, тут без вопросов. Ты самая красивая в академии! — подавляя инстинкт, который обычно заставляет меня прятаться в берлоге, как бурый медведь, я обнимаю её. Мелисса обнимает меня в ответ, и это… здорово.

Приятно иметь кого-то, с кем можно обменяться физическим теплом без всяких задних мыслей. Мать обнимала меня редко, у неё были другие способы проявлять любовь. И я её понимала, каждый устроен по-своему. Но объятие лечит сердце. И это был именно такой случай. Я прижимаю её к себе. Это было нужно мне, и, думаю, Мелиссе тоже.