Страница 72 из 75
Собрался я достаточно быстро, и велел Хавьеру подавать машину.
Филиал «Леон-Моторс» отыскался новой улице, в стеклянном кубе, торчащем среди приземистых магазинчиков, витриной из чужого, более богатого времени. У входа толпились автомобили гостей.
Внутри обдало прохладой. Зал был огромен, сплошь стекло и белый камень, потолки уходили на три этажа вверх, и весь объём заливало солнце, дробясь в прозрачных стенах. Пахло свежим пластиком, шампанским и дамскими духами, под ногами блестел натёртый до блеска пол. Где-то негромко играла музыка, гости переговаривались вполголоса, официанты в белом скользили между ними, разнося напитки.
Карла отыскала меня взглядом от дальней стены и двинулась навстречу. В строгом платье, с забранными наверх платиновыми волосами, она и тут смотрелась как с обложки, лицо отцовского концерна во всей красе.
— Явился всё-таки, — она коснулась губами моей щеки, обдав знакомым ароматом. — Я уж думала, не придешь.
— Меня позвали, я пришел, — пожал я плечами. — Проведешь небольшую экскурсию?
Карла подхватила меня под локоть и повела по залу с видом заправского экскурсовода.
Она рассказывала про новый филиал, про виды концерна на юг, по дороге кивала знакомым и подцепила нам по бокалу с подноса. Слушал я вполуха, куда сильнее болтовни меня занимала сама публика. Денежная, скучающая, жаждущая до свежих игрушек, именно такая толпа мне и нужна для будущей рекламы.
В сердце зала, на низком подиуме под направленными софитами, стоял виновник торжества. Один-единственный экземпляр, вокруг которого и вращался весь праздник.
Мы подошли ближе.
— Ну как тебе? — Карла повела рукой в сторону машины, явно ожидая восторга.
Восторга не вышло. Я обошел автомобиль по кругу, заглянул в салон и скучающе вздохнул.
Передо мной стояла рабочая лошадка, и только. Небольшой семейный седан, нескладный, на потешно мелких дисках, без единой внятной дизайнерской мысли. Салон обтянут дешевой тканью, пластик поскрипывал под пальцем, а про ходовую я и думать не стал, и без того понятно, что она никакая.
В прошлой жизни такие штамповали миллионами и сбывали в прокат таксопаркам. Брали дешевизной и неприхотливостью. Здесь же его выкатили под прожекторы будто гоночный болид собранный в ручную.
Хвалить от души не тянуло, врать в лицо тоже.
— Крепкая вещь, — дипломатично сказал я. — Для семьи и для города в самый раз. Народу зайдёт.
Карла прищурилась. Дурой она не была и пустую любезность ловила на лету, но раздувать из этого ничего не стала.
— Зато спрос мы выбьем, — она снова свернула на рекламу, на щиты вдоль трассы, на ролики для местного телевидения. — Отец отвалил приличный бюджет, я хочу пустить его с умом, а не..
И осеклась на полуслове. Взгляд её ушёл мне за спину, брови поползли вверх.
— Джозеф? — В голосе проскользнула растерянность. — Ты что здесь делаешь?