Корпоративная культура

Такие девушки могли гореть ярко лишь на вечеринках, выпуская наружу все свои эмоции и чувства. Не могли они позволить себе выглядеть так же смело вне таких междусобойчиков. Подобное позволялось лишь одной субкультуре, в которую тыкали пальцев. Гяру. Закрытое общество изгоев среди стандартов Японии. Если ты хотел иметь хорошую работу, профессию, друзей, а не таких же обжёгшихся ярких мотыльков, то будь добр следовать правилам общества и не выделяться слишком сильно. Стань винтиком в системе и находи способ снимать пар, не выходя за пределы системы. А если не можешь..то дорога будет в один конец.

И ведь после изнурительного рабочего дня не раз и не два можно встретить женщин, которые в обычных рабочих костюмах отрывались так, что студенты могли только позавидовать их энергии.

Вот и сейчас Аракава видел такой случай. Но тут госпожа Сайто не будет ничего отрицать, потому что никто ничего и не скажет. Узкий круг уже привык, по всей видимости, к её выкрутасам. А Вася и не против был провести время с весёлой и раскрепощённой женщиной, пока она не свалилась спать следом за Аракавой. Причём спать они упали на пол, где сотрудники ресторана им тут же подложили под головы подушки. Они уже привыкли к таким попойкам. Так у их обожаемых гостей, приносящих им деньги, меньше будет болеть голова, и они снова придут в следующий раз.

А вот дальше Вася решил взяться за других.

Каждого он перепил в тостах и спорах. Или же играх, как когда-то бывало у него с наставником, который учил его всем премудростям.

В итоге все были в отключке. Даже директор Аоки, оставшийся последним. Его было сложнее всего перепить, но Василию это удалось. Впрочем, он сам был в шаге от того, чтобы потерять сознание. Пусть обычный алкоголь его не брал, но Богатырёв специально не использовал ту способность, чтобы хорошенько повеселиться. Однако это сыграло с ним злую шутку.

И уже замутнённым сознанием он понял, что не в ресторане. В следующий момент он ловил картинку, как десять человек полиции наваливаются на него. А потом он оказывается в обезьяннике. Где находилась толпа преступников. Вот уж погулял и размял кости, называется.

* * *

Утром я застал отца, спящим на коврике у дивана. Посмотрел на маму, а она покачала головой, не зная, когда он тут очутился. И что лучше пока что его не будить, судя по тому, что Тецу даже не услышал наше пробуждение. Видимо, вчера они погуляли на славу.

Так что мы с мамой решили сначала отвести меня в садик, а потом Рика разбудит отца, и он пойдёт на работу. Не думаю, что ему кто-то что-то скажет. Скорее всего, остальные мои алкаши были в таком же состоянии. Ну, пусть отдыхают. Правда, маленький завистливый червячок присутствовал. Мне так же хотелось оторваться. Но на чае с соком далеко не уедешь. Хотя, может, взять кефир? Вот была бы отпадная детская вечеринка. Я и друзья обпились бы кефиром. Насыпали на стол муки, что осуждаю в реальной взрослой жизни. Потом бы кто-нибудь из девочек бы танцевал, а мы бы кидали в них листья с ближайшего куста. Детский проект для оторв.

Но такое развлечение быстро прикрыли бы воспитательницы, так что подумаю про него в старшей школе. Там уж будет, где разгуляться. Хотя муку всё ещё осуждаю. У нее ещё много странных названий, но обычно золотая молодежь любила ею баловаться. Я таким не увлекался. Билет в один конец, как я считаю.

Так что отправился на работу. То есть, тьфу ты, в садик. И там уже привычные мне дела закрутили в своём водовороте. Эх. Правда, я уже мечтаю о школе. Там была своя атмосфера. Недолго осталось, но время в садике я тоже хочу запомнить.

А после обеда ко мне подошла воспитательница Хаяме и тихонько отвела в сторону.

— Рю, сегодня тебя заберут только вечером, — сказала мне Хаяме.

Я открыл рот от удивления. Это что ещё за фокус? Где Вася?

— Нани?

Воспитательница почувствовала моё удивление и поспешила все объяснить, хотя от нее это было и не нужно. А вот от другого человека я бы его с удовольствием послушал.

— Василий-сан предупредил, что отлучился по каким-то важным делам, — извинилась передо мной Хаяме, — так что тебя заберёт мама в конце дня.

Я кивнул, принимая информацию. Хотя вопросов было много. Это какие у него дела появились? Неужели женщину нашёл? Ух, блин, Вася! Срочно придумаю ему «приказ», который он будет говорить при виде женщин. Может, гавкать? Нет, слишком банально.

Но вообще, могло быть и так, что действительно появились какие-то важные дела. Но это я смогу узнать лишь тогда, когда важный гусь соблаговолит появиться перед моими глазами. Пока можно было лишь строить теории и готовить план мести.

Этим я и занимался остаток дня. Правда, с учётом того, что делал всё на автомате. И с друзьями играл, и с воспитательницами взаимодействовал. Нельзя выходить из образа ни на минуту. Да и мне это не мешало. Я мог и думать, и делать.

Но так продолжалось до тех пор, пока ко мне не подошёл слегка возбуждённый Шо. Он немного воровато вышел из раздевалки и гуськом подбежал ко мне. Видимо, подумал слишком много про гусей. Лучше бы предался мыслями о римской империи..

Но Шо и его поведение я не мог игнорировать. Тем более, он направлялся исключительно ко мне. Я как раз сидел в углу и из конструктора стоил здание своей будущей компании. Хотелось придумать что-то новое и непохожее на уже существующее. Например.. Летающая корпорация, которая захватит мир? А что? Звучало вполне неплохо! Будет летать над всем миром и следить за ним. И никак нельзя будет её засечь и напасть. Ну чем не идеальное место.. кого бы напрячь, чтобы придумали мне этот архитектурный шедевр?

А Шо уже подошёл и как-то ещё более воровато оглянулся. Я поднял бровь. Ладно, мой шедевр подождёт, тут другое развлечение само приплыло в мои руки.

— Что такое, Шо? — спросил я пацана. А он встрепенулся и диковатым взглядом посмотрел на меня.

— Рю! — радостным шёпотом сказал он мне. — Смотри, что у меня есть!

И достал руку из-за спины, но не спешил мне её показывать, а продолжил тараторить.

— У Сина сегодня стырил, пока он не заметил, — Шо немного сбился. — Точнее, он вряд ли заметит, потому что у него их много.

Я совсем запутался, но с искренним интересом, как какой-то барыга, продолжил слушать. Что он стырил? Зачем? Почему принёс мне? Вообще без вопросов ответы, пока Шо не открыл руку и не сказал следующее:

— Это тебе! На счастье! И удачу!

Вот тут я позволил себе улыбнуться. Ну нашёл, кому говорить это?

— Ох, Шо-кун, — хихикнул я. — Я очень удачлив буду?