Страница 26 из 81
— Я с ним разберусь, — рогатому захотелось заскрежетать зубами, когда он увидел кивок главного. Почему он, а не тот, кто был назначен ответственным за эту корпорацию?
Не спорить.. Главный сам знает, кому поручать дела. И если он не против того, чтобы в битву вступил другой кайдзю, то подчинённый не мог сказать ничего против.
Трёхрогий сделал шаг, чтобы перебраться с крыши, не раскрывая своих крыльев. Однако, стоило ему коснуться земли позади Василия, как его тут же смело в сторону. Трое кайдзю, которые хотели уже уходить, обернулись и стали подходить к краю площадки на крыше высотки. Что-то неуловимое в атмосфере вокруг им не нравилось.
Василий стоял спиной к трёхрогому, но тут же оказался рядом с ним и оторвал тому конечности, одну за другой. И сразу за этим начал сжимать монстра, как пластилин. Лишь физической силой, не применяя никаких способностей. Впервые три кайдзю, наблюдавшие за всем сверху, видели подобное.
— Что? Это что такое? — взвизгнул первый рогатый, уже не жалея, что не спустился вниз. Он не мог понять, что произошло с его собратом. Слишком быстро, что даже его чуткие глаза не успели проследить за всеми движениями нового человека.
— Как это возможно? — очень спокойно наблюдал за уничтожением его приспешника главный. Он не испытывал никаких эмоций, но происходящее ему определенно не нравилось. Они давно следили за людьми и явно не видели такого среди тех, кто находился в этом районе. Происходило что-то странное.
Василий же, чуть отыгравшись на появившемся монстре, повернулся к наблюдающими за ним кайдзю и злобно усмехнулся:
— Кажется, вы вдоволь наигрались, — весело воскликнул русский. — Пришло время платить по счетам.
Не делая лишних движений, Вася достал меч своего учителя из-за спины и направил его ровно на наблюдателей.. Знал он таких, для них делали одно кресло в двухместных номерах в отеле. И рассправиться с такими типами, будь они хоть людьми, хоть кайдзю, приносило одно удовольствие.
Меч Владимира сверкнул даже в такой тьме разрушенного центрального района. Он явно нёс опасность для врагов хозяина, на которых он был направлен.
Главный кайдзю понял это сразу и посмотрел на своих приспешников. Оценил силы человека и их. Можно было бы вступить в схватку, но нужно трезво оценивать свои возможности и полученный результат. Сейчас явно был случай, который нужно было бы опустить. Своё дело они выполнили, нужно было двигаться дальше. Вступать в бой не было нужды.
Главный скомандовал, видя возмущения двух нижестоящих. Нет, они не хотели отомстить пришельцу за убитого товарища. Тем более, что ничего дружеского к погибшему кайдзю не испытывали. Однако монстры не могли стерпеть подобное заявление в их сторону. Но главный был другого мнения.
— Что же, — приказал главный не только словом, но эмоциональными волнами, шедшими от его тела, — на сегодня всё. Мы уходим. Это только предупреждение, что мы в итоге будем убивать вас и дальше.
Нижестоящие приняли приказ, но вот Василий был категорически не согласен с этим заявлением. Кайдзю уже успели испариться с крыши здания и оказались на поле позади борца, намереваясь уйти в стратегическое отступление. Только вот Вася не был намерен так просто их отпускать. Думали, что могут прийти, сделать всё что угодно и уйти восвояси? Этого он не мог допустить. Всё его естество противилось подобному развитию событий.
Все трое набрали огромную скорость, чтобы уйти как можно дальше и приступить ко второй части их плана. Но Вася повернулся в их сторону и ухмыльнулся:
— А кто вам сказал, что вы можете уходить?
Преследовать кайдзю на разрушенной местности было проще простого. Их было видно издалека, и Вася пустился в погоню. Вокруг них виднелись взрывы, сражения сателлитов с борцами. Но ни кайдзю, ни Васю это не отвлекало. И других тоже. Все были заняты своим делом.
Главный кайдзю обернулся во время их стратегического отступления, видя, что странный борец нисколечки не уступал им скорости и вскоре должен был их нагнать.
— Отвлекайте его.
Двое монстров сразу же остановились, моментально развернулись и принялись исполнять приказ.
Оба кайдзю начали напитывать максимум силы, понимая, что это уже совсем не шутки. С этим человеком стоит быть осторожнее. Когда они добавили максимальную силу, то увеличились до пяти метров. Второй приспешник отрастил дополнительную пару рук и крылья, чтобы не отставать от своего напарника.
Вот только Вася понимал, что сражаться с ними здесь будет слишком сложно. Отвлекаться и заботиться о том, чтобы никто не пострадал, сейчас он не мог. Учитывая его новое оружие, стоило поступить немного по-другому. Пусть и придётся применить чуть больше силы, чтобы облегчить себе задание.
— Не в городе, идиотские твари! — крикнул Василий.
И не став медлить, пронзил их мечом, словно какой-то шашлык, начал тянуть их с бешеной скоростью к окраине города, где можно было не заботиться о том чтобы им помешали. Пусть пришлось разрушить несколько зданий и дорог, но он своё дело сделал. Борец лишь надеялся, чтобы учитель не слишком отругает его за лишнее разрушение.
Там Вася откинул монстров с меча и чуть выдохнул. Пока у него освободилась минутка, он повёл плечом, понимая, что немного его переоценил. Ещё не до конца привык к весу меча. Но потребуется не очень много времени, чтобы приспособиться к габаритам и способностям этого подарка.
— У тебя был шанс убить нас, теперь уже не получится, — сказал первый рогатый, в предвкушении глядя на Василия. Пусть его прошлое веселье и удалось прервать, но теперь он не позволит этого. Жертва сама выбрала, где над ним можно поиздеваться. Он в этом виноват? Нет. Всё сложилось как нельзя лучше.
— То есть, вы думали, что меня убьёте? О нет, да я и сам этого не планировал. Я имею в виду, что я вас сразу не убью. Нет, — покачал головой Вася, видя лёгкое недоумение на стрёмных рожах кайдзю. И как их только породили? Без слёз не взглянешь. А они ведь считают себя высшими существами! Вон как правый на него смотрит. — Вы слишком зазнались, говорящие страхолюдины.
Вася начал к ним подходить. Кайдзю же не теряли времени и попытались напасть на русского с двух сторон. Но с лёгкостью отбил все их удары. Какое-то время он просто развлекался, глядя на то, как они всё сильнее начинали недоумевать над тем, что человек не умирал.