Страница 57 из 66
Глава 17
Звук глухого удара о древесину раздался в районе входа, вынудив меня повременить с утолением жажды.
— От же, а! Ну чего-ся не приподымут притолочку чутка, али арочку не выпилют, давненько же прошу, а всё не допрошуся, — пробасил вошедший господин, потирая ушибленный лоб.
Я принялся обалдело глазеть на вошедшего великана, забыв про эль с сыром. Уж больно колоритным мне показался прибывший посетитель, прошедший прямиком к стойке.
Он выглядит как средневековый монах. Мешковатая одежда, на мой взгляд относящаяся больше к рясам, подпоясана обычной суровой верёвкой. Сэр имеет коротенькую стрижку с залысиной на макушке, будто католик какой-то, а главное — это необычайно великие габариты и рост. Ну, точно великан, если обобщить, но не злой, а с добрыми чертами лица. Великан-храмовник!
— Рупертушка, дружище, ну где же ты тама запропастился-то? — добродушно пробасил гость, теребя узел пояса в районе живота.
Хе-х, а ведь господин-то не знает о ушедшем трактирщике! Вот поэтому я тут же родил гениальное решение, показавшееся уместным.
— Сэр! — я привлёк внимание великана. — А хозяин отлучился ненадолго, зато у меня есть ещё одна чистая кружка и непочатый кувшинчик доброго эля — может есть смысл объединиться в компанию, — я постучал пальцами по сосуду с напитком. — Присоединяйтесь, за кружечкой и беседой будет не так скучно ждать уважаемого Руперта! — я сразу намекнул на желание поболтать.
— О-оо, дорогой друг, сие благодатные слова звучат из ваших уст так щедро и своевременно, что моё сердце замирает в трепете из-за переизбытку нежнейших чувств! — витиевато выразился человек-гора и расплылся в улыбке.
— Так и присоединяйтесь, чего там разводить комплименты, — я подбодрил большого сэра и указал ему на место напротив себя.
— А я не вызову у Вашей Милости нехороших домысливаний своим скорым согласием? — осторожно, с вкрадчивостью невероятного скромника, спросил большой гость. — Тутачки такое дело… Э-мм, я вчерась принял на душу чутка лишнего, — он смутился, словно провинившееся дитя. — Да-с, впрочем, как и позавчера, да и поза-позавчера… Э-эх, тожа, — со вздохом и честно сознался любитель градусов, поглядывая на кувшин эля с ярко выраженным вожделением. — Оттого-то, добрый человече, Вы должны заранее простить мне моё нетерпение, — извинился он в тоне предупреждения и буквально в три шага добрался до моего стола.
— Со всяким может случится — не стесняйтесь естественных проявлений физиологии, — понимающе кивнул я и подумал, что мне понадобилось бы шагов пять.
Это, прям вот, как минимум. Крупный человек, что не говори. А вот подумать о сакральном смысле прозвучавших слов я не успел, так как произошло их практическое воплощение в жизнь.
Большой посетитель сел на предложенное место, отодвинул услужливо поданную мной кружку и взял кувшин, предпочтя не мелочиться и не стесняться, как я и советовал. Старательно отерев рукавом губы он облизнулся и осушил весь немалый сосуд за один недлинный подход. Прикрыл глаза, смакуя процесс выздоровления от похмелья и смачно крякнул. Ещё раз отёр губы и расплылся в широченной улыбке от удовольствия.
— Тук, — он исполнил приветственный поклон. — Друзья называют меня так, или кличут Братцем Туком, — дополнил здоровяк-монах и взял кусок сыра. — Будем знакомы, Сэр Нестор! — тут великан прищурился и обернулся на служку, шаркающего метёлкой по полу. — Малой, а подай-ка нам ещё пару кувшинчиков лучшего эля из закромов друга Руперта, э-эм-с да, и графинчик грога прихвати! — весело распорядился мой новый знакомый и проглотил ломтик сыра. — У меня тут открыт долговой счёт, — пояснил он прикрывая половину рта ладонью, типа секретом поделился.
— Сию минутку, Сэр Тук, — отрапортовал служка и с удовольствием оставил метёлку в покое. — Я мигом обернуся до госпожи Магдалины! — добавил он и умчался, скоренько исчезнув в двери за прилавком, видимо в кухне, где правит хозяйка.
Я выпил свою скромную порцию с небольшим отставанием от гостя и озадачился темой предстоящей застольной беседы поглядывая на добряка, нетерпеливо оборачивающегося в сторону исчезновения паренька.
Пацанёнок вернулся быстро, как и заявлял. Поставил поднос с заказом и вновь занялся полом. Братец Тук не мешкая влил в себя ещё один кувшин эля, а уже из третьего сосуда наполнил наши кружки, заодно и по бокалам грог разлил. В общем, здоровяк успокоил свою страдающую душеньку и созрел до неторопливого употребления горячительных напитков.
— А чё так напряжно с посетителем? — я начал с банальщины, рассчитывая наткнуться на более интересную тему в процессе общения.
— О-о, мой друг, Вы тоже это заметили, — охотно подержал беседу здоровяк. — Как ни печально, а Тихий Проулок перестаёт таким слыть, — чистосердечно посетовал Тук. — Моё любимое местечко во всём Роккенжендже наполняется откровенной хандрой, — он продолжил доклад в стиле страдания. — Как не вечер, аль ноченька сгущается, то напасти сыпятся будто бы из ковшика самой преисподней, — здоровяк продолжил развивать тему. — Каменюку кинут паршивцы, или влезут в торговые дома да лавчонки, да и набедокурят с лихвой, покуда хозяева сны сладостные смотрят. Да только всё больше проблем со сладостью снов и у здешних торговцев, и у жильцов, — Тук высказался и хлопнул бокальчик крепенького. — Впору посты затевать… М-да, аль наёмников зазывать, вот только те служивые господа берут дорого золотом за охранение.
— И поголовно у всех-всех жителей на этой улице случаются проблемы с собственностью? — я заинтересовался переменами жизненного уклада местных. — На какой стадии отчаяния находятся горожане? До ручки дошли?
Мой собеседник озадаченно нахмурился, образно роясь в своей голове.
В этот же момент в трактир вошла группа посетителей. У стойки они звякнули в предусмотренный колокольчик для вызова хозяев, на который я поначалу не обратил никакого внимания. Точнее хозяйки, пока нет Сэра Руперта. Леди трактирщица появилась с выражением занятости, но заказ приняла и призвала в помощь служку, отбросившего метёлку в очередной раз и с радостными эмоциями.
— Друг мой, ты так спросил, что я в смущение впадаю, — признался Братец, не обратив особого внимания на вошедших. — А что за потребность в таких подробностях — можа догадка есть какая-то, или для тебя этакое дело известное? — он напрягся и пытливо уставился мне прямо в глаза.