Страница 44 из 66
Глава 15
Отчего поутру после хорошего праздника всегда действует одно и тоже правило — чем лучше было вечером, тем хуже будет утром? Даже момент возвращения из гостей исчез из мозгов, будто там его и не было, момента этого. Как добрался назад, как раздевался и лёг — все воспоминания заблокированы отходняком.
Именно с такой мыслью я выбрался из перинного плена кровати своего номера и немного пошатываясь прошёл в местечковый санузел. Тут я несколько раз погрузил голову целиком в ушатец с водой, старательно отмокая и возвращая себе трезвость. Получилось не очень и я озадачился поисками более действенных способов победы над последствиями праздничных возлияний.
Кое-как одевшись, для чего пришлось доставать разбросанную одежду из очень оригинальных мест, я сел за стол в прихожей и уставился на парочку упругих кожаных кошелей.
— Это ещё откуда — ничего не помню, — пробормотал я и опустил голову на ладони. — И чего я в разнос пошёл — стыдно будет теперь в глаза смотреть людям.
Входная дверь номера открылась без стука, отчего пришлось совершить болезненный подъём головы и посмотреть на вошедшего гостя.
— Ну конечно же, кто ещё мог прийти, кроме неугомонной сестры баронессы, — я констатировал факт визита вполголоса и опять опустил голову на руки. — Проходи, присаживайся, но я попрошу обойтись без злорадства над моим трепетным состоянием захворавшего духа и ослабшего тела, — с мольбой обратился я к Синтии.
Баронесса воспользовалась приглашением и уселась напротив меня. Водрузив руки на стол, дама стала настукивать знакомый ритм, отзывающийся в голове болезненным набатом.
— Так-так-так, а чего это у нас с настроением стало? — заговорила Синтия то ли с иронией, то ли с критикой, то ли с насмешкой, а может во всём спектре тональностей и подтекстов сразу. — А вот прошлым-то вечером… Ох! Как вы отплясывали с Графиней Беладонной, а потом затеяли, э-мм, азартные конкурсы и весёлые старты — это просто фурор!
— Всё было так плохо? — я приподнял голову вновь и приоткрыл один глаз. — А то я что-то никак мозги в кучу не соберу.
— Ну что ты, Нестор, — Синтия язвительно меня опровергла. — Особенно удался твой призыв избавиться от каркасов под юбками, чтобы движения танца не пострадали!
— В самом деле — неудобно же танцевать с проволокой на бёдрах и талии, — оправдался я.
— Да-да, а после того как все натанцевались, ты предложил устроить весёлый слалом в тазах и ушатах со всех крутых лестниц усадьбы, — продолжила Синтия.
— Нормальное занятие, когда наступает пиковый подъём всеобщего куража, — дал я сносное пояснение. — Можно подумать, будто всем интереснее за столом сиднем сидеть и жареных воробьёв ножами тыкать, — я припомнил неудобные для еды деликатесы.
— После заезда ты выпал из тазика на трамплине и собрал в кучу болельщиц, растопырив руки при падении за перилами и увлёк дам в кусты, — добавила она и прыснула в кулачок. — Хи-х! Особенно всем запомнилось твоё положение головы между ног графини Веннон.
— Она сама виновата ввиду строптивости поведения, — я быстро парировал критику.
— Далее, мы устроили варфоломеевскую ночь в честь какого-то неизвестного Мага, Ивана Купалы, для чего всем пришлось переодеться в спальные сорочки с пижамами и прыгать через костры в приусадебном парке, — поделилась она весёлыми откровениями. — Этот тоже все приняли «на ура», как ты и выразился перед забегом в пруду с лебедями и золотыми карпами, — Синтия покивала закатив глазки вверх, словно припоминая наиболее пикантные подробности и детальки. — Бедные птицы с рыбками до сих пор наверное в себя не придут, но благородным гостям это понравилось.
— Обошлось хоть без драк и кровопролитных дуэлей? — спросил я участливо, сам желая испариться от стыда, нафик.
— Что ты, что ты! — девушка всплеснула руками. — Какие могли быть драки при таком-то всеобщем духе веселья! Может быть всё дуэлями и аукнется, но потом, — не сильно оптимистично добавила она.
— Ёрничаешь? — насупился я.
— Нисколечко! Все остались довольны, ведь любая неудача в конкурсах награждалась штрафной рюмкой грога, но чаще всего не одной, — Синтия убедительно опровергла моё заблуждение. — Особенно запомнилось, когда ты проявил высокие знания светской кулинарии.
— Это как ещё? — я нахмурился ещё сильнее, пытаясь напрячь оставшиеся трезвыми извилины.
— Ты заявил, что праздник без чипсов и доброго пива даром пройдёт, — баронесса меня вновь озадачила.
— Это я мог, — снова сознался я, причём не без гордости за себя.
— Пиво заменили элем, а чипсы твоего секретного семейного рецепта воссоздали повара, следуя твоим чутким инструкциям, после чего Шпеер купил у тебя персональное разрешение на их приготовление по праздникам и другим важным поводам, — добавила девушка, а я посмотрел на мешочки с деньгами.
— Ну, хоть что-то полезное сделал для своего будущего, — пробормотал я с облегчением. — Тебе-то чипсы понравились?
— Я ж говорю — все оценили, а ты ещё обещал поделиться рецептом покорна! Кстати, ты не забыл, какой сегодня важный день для нас, как поступающих кандидатов в Лицей?
Этим вопросом Баронесса меня в ступор ввела, ибо я не то что забыл, а и не знал ничего о сегодняшнем дне, тем более для поступающих кандидатов. Пришлось отрицательно замотать головой, отчего головная боль резко усилилась и иглами прострелила виски. Я даже невольно сморщился.
— Мы сегодня должны предстать перед комиссией зачисления, — легко озадачила меня Баронесса.
— Впервые слышу, — признался я. — Разве факт оплаты не гарантирует обучения? И что будет, если кто-то вдруг не понравится членам комиссии? — я озадачился, не имея понятия к чему готовиться. — А как же протекция Лорда и всё остальное, типа мы редкие Тёмные и нам всё позволено, включая зачисление без экзаменов?
— Всё, да не всё! — невозмутимо парировала Синтия.
— Ладно, допустим не всё так легко, — я постарался отбросить все мысли о возмущениях. — Так поделись подробностями, а то я не готовился ни к чему такому, даже отдалённо не предположу к чему готовиться.
— Тебя ожидает приятный сюрприз, — пояснение началось интригующе, а я потёр горло.
— А есть чо-нить попить? — я с мольбой взглянул на собеседницу. — А то суховато во рту после вчерашнего.
— Жак! — резко крикнула Синтия, а я наморщился из-за сотрясения мозга. — Заноси эль, любезный, ибо наш Шевалье созрел до леченья головушки, — звонко распорядилась девчонка, обозначившись в моём мнении умной и заботливой провидицей.