Страница 17 из 45
Глава 14
Свят
— Вот ничему тебя жизнь не учит, Вита, — ставлю руки в боки и рассматриваю улицу, на
которой еще сегодня ночью стояла моя тачка.
Теперь на этом месте нет ничего, а вот красная машина Виты осталась там же, где и была.
— Надо отметить, что ход был достаточно продуманный.
Потому что я выспался, а она, по всей видимости, уже несколько часов как в Ростове —
собирает вещи и достает из закромов третий паспорт, который я уверен, у нее есть.
— Найду — жопа битая будет у тебя, Калинина, — смотрю на маленькую красную машинку, в
которую если и помещусь, то определенно с трудом.
Пять с плюсом тебе, Калинина, молодец. Даже гордость за тебя берет!
Моя жена умеет многое, а теперь я убеждаюсь еще и в том, что в случае чего она найдет
способ выкрутиться и сбежать, пока обидчики мирно посапывают в подушку.
Почти до самого утра меня колбасило, нервишки шалили так, как не шалили четыре года назад,
когда Вита сбежала. Тогда все было ясно — и причины ее побега, и примерно понятно, как она
это сделала. Жаль, доказать так и не вышло, крыша у нее прочная.
И я знал, что делать. Искать.
А сейчас Вита не подпускает меня к себе, адекватного диалога не выходит. Мы оба, как два
одинаково заряженных магнита, давим друг на друга и отскакиваем в разные стороны.
Как решить нашу проблему?
Ни черта не понимаю. Точно знаю одно — я ее не отпущу.
Больше никогда.
Пусть бежит, прячется — теперь, когда она так близко, я буду как пес идти по ее запаху, но
далеко уйти не дам.
Возвращаюсь в дом в надежде на изменение ситуации. Разблокирую телефон, но сети, как и
интернета, не было вчера, и сегодня ничего не изменилось. А мне бы в приложение тачки войти
да посмотреть, где она вообще катается, ласточка моя с диким сурикатом внутри.
Выглядываю в окно и вижу старушку-божий одуванчик по соседству, иду к ней.
— Здравствуйте. Можно от вас позвонить?
Та нервничает.
— А вы, молодой человек, что в доме Виточки делаете?
Поразительно во всем этом и то, что снежная королева начала общаться с придворными и стала
вести обычную жизнь, которая, судя по всему, ее вполне себе устраивает, даже работа ей
нравится.
— Я ее муж, — говорю на автомате.
— Так я тебе и поверила! — неожиданно осклабливается на меня. — Виточка утром неспроста
уехала, а вас, молодой человек, оставила. Значит было за что. Да и лицо мне ваше не
нравится.
Такое, конечно, я редко слышу в свой адрес.
— Почему это? — спрашиваю с искренним интересом.
— Слишком ладная морда у тебя! — выдает неожиданно. — От таких, как ты, обычно одни
проблемы. Так что иди с богом, а звонить не дам.
Вот тебе и бабуля-божий одуванчик.
Следующие пятнадцать минут я ищу в доме ключи от машины Виты, отказываясь признавать тот
факт, что она увезла их с собой. Нет, Витка, конечно, знатная коза, но чтобы такую подставу
мне организовать — это что-то новенькое.
Но для нее наверняка не секрет, что беспризорное детство научило меня многому, в том числе
и завести тачку без ключа.
Я выдергиваю провода и приближаю их друг к другу. Колымага заводится далеко не с первого
раза, но думаю, дело не в том, что я делаю это, скажем так, нестандартным способом, а в том,
что у Виты красное лакированное ведро, а не автомобиль.
— Как ты вообще на нем ездила, Вита? Это ж самоубийство, — бормочу себе под нос и сажусь за
руль, выезжаю на шоссе, чувствуя себя муравьем на гоночной трассе. Бешусь, но еду.
Когда мой телефон начинает сыпать сообщениями, я понимаю, что поймал сеть, поэтому захожу в
приложение тачки. Я мог подумать, что моя машина где угодно, но только не около ментовки!
— Нормально, — бормочу и меняю маршрут.
Я полагаю, что Вита далеко уехать не могла, и мне очень интересно, за что ее задержали. И
вообще как осмелились? На тачке номера непростые, трогать ее не должны.
— Во что же ты вляпалась, бедовая моя? — спрашиваю у самого себя и прибавляю газа в этом
табурете на колесиках, а у самого начинает подгорать от страха.
Что там за менты? Это в Москве я мог выйти практически на любого мента, а тут владения не
мои.
Приходится звонить Жданову.
— Савелий, привет, — начинаю, но меня грубо обрывают.
— О, бля, какие люди пожаловали да сами позвонили. Как тебе вообще дали позвонить из
обезьянника?
— Савва, ты что-то попутал, очевидно, — я нахожусь на грани того, чтобы послать Жданова. —
Не объяснишь мне, какого хера моя тачка стоит у ментовки какой-то деревни?
— Твоя тачка стоит у ментовки, — задумчиво повторяет Савва. — А ты где?
— А я еду в эту самую ментовку, — психую, потому что разговор какой-то бредовый выходит.
— Так, — Жданов резко подбирается. — Ты едешь в ментовку. А кого тогда менты остановили?
Кто был за рулем твоей тачки?
— У тебя много вариантов? Савелий, какого хера происходит и где, блять, Вита?!
Жданов откашливается.
— Судя по всему, в ментовке… Сидит.
Шумно выдыхаю и качаю головой. Как она одна четыре года прожила и приключений на свою
задницу не нашла? Ведь очевидно, что проблемы любят Виту, а Вита любит их.
— Свят, ты только не заводись, — более сдержанно начинает Жданов.
— Охренительное предупреждение, Ждан. Что вы сделали? — я давлю педаль газа в пол, тачка
нихера не едет, и это выводит меня из себя еще сильнее.
— Мы дали ориентировку на твою тачку.
— Вы охуели?
— А ты что хотел, Свят? — вспыхивает Савва. — Вита пропала, ты тоже. Нам что, сложа руки
сидеть, пока ты ее там прикончишь?
— Я не понял, за что Вита сидит в ментовке.
— За похищение, — стонет. — Себя же. Потому что я ментам сказал, что за рулем тачки с
твоими номерами похититель. Мне позвонили часов шесть назад и отчитались, что нарушителя
поймали.
Я чувствую, что есть продолжение.
— Так, и?.. — подгоняю его.
— И я сказал ментам не давать задержанному телефон.
— Ты нормальный?
Ждан тяжело и очевидно виновато вздыхает.
— Я думал, это ты, Свят.