Страница 13 из 25
Мы пошли между станками змейкой и уже через пару минут дошли до стены. А ещё через минуту нашли дверь. Эта была не заперта – ломать её не пришлось. Я аккуратно выглянул: коридор, камер нет, людей нет, свет есть. Вопрос: налево или направо? По мужской классике выбрал лево и повёл отряд.
Вокруг – двери, каждые пятьдесят метров – развилки, бесконечные коридоры. Я заглянул в несколько кабинетов: везде люди, и все очень заняты. Странно как-то, ведь и ежу понятно, куда мы делись и куда идём. Почему не эвакуируют людей? Почему не бегают охранники и спецназ по коридорам предприятия?
Мы выскочили в огромный пустой холл. На противоположной стене – одна-единственная дверь. Назначение помещения крайне непонятно. Раненый орк уже спотыкается, на лбу появилась испарина. Повышенное содержание свинца в теле никому на пользу не пойдёт, даже орку. Ещё полчаса максимум, и он станет обузой.
Подбегаю к двери, дёргаю – и тут же замираю. Разлом! Мать его, разлом – и активный! Небольшой – в него человек едва ли просочится. Причём такие мне уже доводилось видеть: белёсая окантовка, серая плёнка – человеческий мир! Сам разлом мерцает слабо, оттенки все блёклые.
Кругом – куча аппаратуры и людей. Провода тянутся от разлома к системным блокам. Учёные в очках и белых халатах что-то печатают на клавиатурах. Несколько вооружённых людей сразу берут меня на мушку. Но стоит появиться за моей спиной оркам, как фокус военных меняется.
И вот тут раздаётся сирена. Люди пытаются вскочить, но вояки орут, чтобы сидели. За моей спиной в коридорах слышатся шум и топот. Рация на плече одного из вояк оживает:
– Внимание! На территории – шесть опасных существ. Вышли из пятна. Один похож на человека, но перемещается с зелёными существами. Повышенная…
Дослушивать я не стал. Два ножа, прихваченных на кухне в закусочной, я так и не выкинул – и не зря. Один кидаю в того, что с рацией, второй – в ближайшего охранника и на предельной скорости ломлюсь в разлом. Метать я так и не научился, поэтому оба девайса скорее пугают моих жертв, чем наносят реальный вред.
Мои спутники оценили ситуацию схожим образом, даром что дети. Они кидают своё оружие в военных и бегут за мной. Из дальних углов раздаются выстрелы. Правая лопатка – прострел навылет. «А эти уже неплохо стреляют», – мелькнула мысль. Но всё было уже неважно: я вывалился в новый мир. А следом – мои спутники.
– Харил! Харил! – закричала орчанка.
Я обернулся – и скривился от боли в плече. Орчанка трепала одного из орков за грудки. У того голова была прострелена. «Меткие ушлёпки – хорошо, что это не моя голова».
– Человек! – зарычала она. – Помоги ему! Ты же можешь!
– Прости, – мне было откровенно жалко девочку, – сейчас я бессилен.
– Надо уходить! – проговорил раненый орк и упал на колени. – Бегите, я задержу их, сколько смогу.
– Отставить панику, – встал я на негнущихся ногах. – Они не полезут в разлом.
– Почему? – удивилась орчанка.
– Запрещено законом, – попытался я пожать плечами и едва не взвыл от боли. – Во всяком случае, официально запрещено.
Я подошёл к мертвецу и приложил руку к телу. Ну да! Куда там мне с моей жалкой «один и один»? Тут все положенные сорок пять капель, невзирая на то, что ребёнок.
Потрошить парня я не стал:
во-первых, устану объяснять причину всем остальным, а ссориться с ними пока нет резона;
во-вторых, мне его красный камень – как собаке пятая нога. Сожрать его я смогу ещё не скоро.
Я осмотрелся. Мы в лесу. Разлом, кстати, односторонний. Дьявол! Я пробыл в своём мире сутки и опять ушёл неведомо куда. Да что же такое?! С другой стороны, а что мне там делать?
Лес классический лиственный. Тропинок нет, дальше метров сорока ни хрена не видать. «За деревьями леса не видно». Полянок не наблюдается. Даже сам разлом – между деревьями. А сам я едва на сук не напоролся лицом, когда выбегал из него.
Судя по всему, полдень и тоже начало осени, как и дома. Но листва настолько плотная, что травы внизу практически нет. Температура не выше восемнадцати, дикая влажность и полумрак. Я подошёл к одному из деревьев. Мох с одной стороны – радует. Пойдём на север. Почему? Да хрен его знает!
– Надо валить отсюда в любом случае. Надо найти укрытие, воду и желательно какую-то еду, – зажимая рану, обернулся я к оркам. – Меня надо залатать, а если вашего друга не прооперировать – ему кирдык придёт.
– Говори нормально, человек! – еле шевеля губами, произнёс раненый.
– Ты умираешь. В тебе кусочки металла, их надо достать, – начал я на пальцах объяснять оркам. – Если их не достать, ты умрёшь в ужасных муках. У меня в теле лишние дырки, их надо зашить. Есть вариант залечить их, но я пока слишком слаб.
– Веди! – сказал раненый орк и отключился.
– Есть следопыты среди вас, охотники? – начал я знакомство.
– Я! – встал один из орков.
У него было несколько шрамов на левой руке и на левой стороне лица. Он был самым низким из всех, но при этом очень плечистым. Морда как шайба, будто не его, а с какого-то жирного орка снятая.
– Звать как? – задал я следующий вопрос.
– Каган! – Орк ударил себя рукой в грудь.
– Каган, мы сейчас пойдём искать место для отдыха и ночлега. Твоя задача – найти зверя любого, завалить его и потом найти нас. Справишься?
Каган ничего не ответил: вытащил лук из-за спины, надел на тетиву стрелу и бесшумно скрылся среди деревьев. Со мной остался один подстрелыш, один в отключке и девчонка. Ну и трупик – не в счёт.
– Вам придётся как-то его нести, – почесал я репу.
– Мы справимся, человек, – ответила орчанка. – Веди.
– Меня Толик зовут.
– Кантра, – указала на себя орчанка. – Это Ферлингх, – она указала на подранка, – а это Серкач, старший нашей группы. – Она дотронулась до бессознательного тела раненого орка.
– Очень рад… Один хрен не запомню, – последнюю часть я прошептал, а продолжил про себя: «Веди, она говорит. Куда?»
Мы начали движение. Ферлох – или как его там… – короче, слабораненый был не помощник. У него тоже начали подкашиваться ноги, пошла испарина. Я осмотрел его и понял: на поиски укромного места у нас не более двадцати минут. Пули застряли у парня в плече и бедре.
Орчанка Кантра взвалила огромного орка себе на спину и двигалась за мной след в след. Метров через двести я понял: искать что-либо бессмысленно. Силы меня покидали, орчанка уже дважды спотыкалась и падала. Я сам скорее умру, чем дойду куда-нибудь.