Страница 7 из 82
— Ну.. — Дима потер затылок. — Я думал, они через неделю приедут. Мика писала, что их еще собирают.
— Видимо, собрали быстрее.
Мы переглянулись и одновременно рассмеялись.
— Дим, ты же понимаешь, что их не пустят на территорию?
— Конечно понимаю!
— Институт — режимный объект. Тут посторонним можно находиться только по блату.
— Горький не пропустит японцев, — уверенно сказал он.
— Не пропустил, Димон. Не пропустит..
Он рассмеялся еще громче.
— Представляешь лицо Звездочета, когда ему доложат, что восемь вооруженных самураев требуют пропуск в КИИМ?
— Алефтин Генрихович свихнется. У него и без того хандра и паникерство. А тут еще японская делегация с мечами, — кивнул я. — Хорошо, что он в отпуске.
— А что, может, ему понравится? — вставила Лора, скрестив руки на груди. — Экзотика! Разнообразие! Институту не помешает немного международного колорита.
Мы вышли из зала и направились к главному входу. По дороге и Рей появился — видимо, услышал про своих и решил поздороваться. Он шел чуть впереди нас с невозмутимым видом, но я заметил, как его пальцы едва заметно подрагивают. Не от волнения. От предвкушения.
У ворот стояли восемь мужчин в темных пальто поверх строгих костюмов. Все как один — подтянутые, молчаливые, с прямыми спинами. Один из них, самый молодой, стоял чуть впереди остальных. У него были те же резкие скулы и та же манера держать голову, что и у Рея. Семейное сходство было очевидным.
— Сэнсэй, — молодой японец коротко поклонился Рею.
— Хироши, — кивнул Рей и повернулся к нам. — Мой племянник. Хороший боец. Немного горячий, но это проходит.
— Не прошло же, — тихо буркнул Хироши на чистом русском.
Рей проигнорировал реплику с мастерством, отточенным годами.
— Господин Бердышев, — Хироши повернулся к Диме и снова поклонился. — Император Мэйдзи приказал обеспечить вашу безопасность. Мы прибыли для выполнения этой задачи.
Дима покосился на меня. Я только пожал плечами — мол, твоя свадьба, твои самураи.
— Спасибо, — Дима постарался ответить максимально официально. — Но территория института — закрытая зона. Сюда нельзя без допуска.
Хироши даже бровью не повел.
— Мы осведомлены. Наша задача — сопровождение за пределами института. Перемещения по городу, выходы в Дикую Зону, любые поездки. На территории КИИМа мы будем ждать у ворот.
— У ворот? — я не сдержал ухмылки. — На морозе?
— Холод не является проблемой, — совершенно серьезно ответил Хироши. — Мы маги, и холод нам не страшен.
— Конечно не страшен, — фыркнула Лора. — Они же самураи. У них вместо крови — чай матча и чувство долга.
— Рей-сан, — обратился к преподавателю старший из группы, коренастый мужчина лет пятидесяти с седыми висками. — Мы можем разместиться в гостинице в Широково. Но будем признательны за любое содействие.
Рей коротко переговорил со старшим на японском. Я поймал несколько знакомых слов, но основную часть разговора Лора перевела в реальном времени.
— Они обсуждают логистику, — доложила она. — Рей рекомендует гостевой дом при институте. Это за территорией, но близко к воротам. Также он предлагает, чтобы Хироши посещал занятия как вольнослушатель. Видимо, хочет лично присмотреть за племянником.
Через десять минут все было решено. Самураи разместятся в гостевом доме и будут сопровождать Диму при каждом выходе за пределы КИИМа. В Дикой Зоне — усиленным составом. На территорию института — никому ни ногой, кроме Хироши, и то только на занятия дяди.
— Ну вот, — Дима хлопнул себя по коленям, когда мы наконец двинулись к жилому корпусу. — Теперь у меня персональная армия. Осталось научиться с ней жить.
— Ты же будущий муж японской принцессы. Привыкай.
— Легко сказать.. А ты бы как себя чувствовал, если бы за тобой ходили восемь молчаливых мужиков с мечами?
— Знаешь, в свое время я видел голубей-полубогов, гусей-вампиров, говорящих котов.. Так что мне тебя не понять.
Дима расхохотался. Звук разнесся по пустому коридору, отражаясь от стен, покрытых старой краской. Где-то наверху хлопнула дверь, и чей-то сонный голос крикнул: «Потише там!»
* * *
Мы шли по крытому переходу между корпусами. Сквозь окна было видно, как над Дикой Зоной клубятся низкие серые тучи. Странное дело — за последние дни над Зоной постоянно висела эта непогода, хотя над Широково небо было чистым. Как будто кто-то натянул мутную пленку точно по границе.
Еще я заметил снег. Обычный, казалось бы, снег, но за стенами Дикой Зоны он лежал толстым слоем, а здесь, по эту сторону периметра, его почти не было. Как будто зима решила, что в институте ей скучно, и перебралась туда, где поинтереснее.
— Миша, обрати внимание на снег в Зоне, — вдруг сказала Лора, сменив кимоно на лабораторный халат. — Температурная аномалия. За периметром на семь градусов холоднее, чем должно быть по сезону.
— Метеориты?
— Нет. Метеориты дают локальное тепло, а не холод. Это что-то другое.
Не успел я обдумать ее слова, как из-за угла вышла Ермакова.
Наталья Геннадьевна выглядела так, будто не спала вторые сутки. Под глазами залегли мешки, волосы собраны в небрежный хвост, но спина прямая и взгляд цепкий. В руке она держала свернутые в трубку листы бумаги.
— О, Кузнецов! — она остановилась, увидев нас. — И Бердышев. Хорошо, что я вас встретила.
— Наталья Геннадьевна, — кивнул я. — Как рейд?
— Рейд нормально. Все живы, никого не покусали. Фанеров разнес только два метеорита и сломал тележку для транспортировки. Прогресс.
Дима хмыкнул.
— Но дело не в рейде, — Ермакова развернула листы и ткнула пальцем в графики. — Думаю, вам тоже будет это интересно, царь Сахалина. Данные, которые принес Марк из последнего похода. Помните, как он отправлялся вглубь Зоны на разведку?
— Помню. Он должен был проверить Скарабеев.
— Так вот, — она прислонилась к стене и посмотрела мне в глаза. — Это очень интересные данные, Кузнецов. И очень тревожные.
Я взял листы. Графики, таблицы, рукописные пометки Марка — почерк у парня был, как у курицы с травмой лапы, но данные он собирал дотошно.
— Смотрите сюда, — Ермакова провела пальцем по кривой на графике. — Температурные замеры в нашей части Зоны. Видите эти скачки?
— Вижу. Резкое похолодание на шесть-восемь градусов.
— Именно. А теперь посмотрите на показатели магического фона.