Ненастоящая принцесса

Глава 25 Великая Магия

Четыре всадника поскакали по узкой дорожке вперёд. Они ехали молча, перемещаясь от одного портала к другому, и всего через пару часов оказались недалеко от столицы, где остановились в небольшой рощице. Завывал ветер, опасно раскачивая деревья, и с неба начали капать крупные капли. Привязав лошадей, молодые люди принялись что-то шарить в траве, а затем Софи с удивлением обнаружила, как трава исчезает, превращаясь в непроглядное чёрное пятно.

— Здесь проход в Печору, — Дмитрий выпрямился и подал руку Тее, помогая медленно спускаться по узким ступеням. Софи и Александр последовали за ними. Оказавшись глубоко под землёй, они пошли по длинным узким коридорам, освещённым факелами. Путь был долгий, и они, уставшие от долгой дороги, молчали, лишь изредка предупреждая друг друга об опасности.

Казалось, коридорам не будет конца, и Софи внезапно охватила паника. Воспоминания о том, как она пыталась найти выход прошлой зимой, захватили её. Может, они были слишком самоуверенны, и их судьба в том, чтобы просто заблудиться в пещерах, сойти с ума и покончить с собой, как это сделали те несчастные, которых она видела в то путешествие? Она так же вспомнила и о рыжеволосой девушке, рассыпавшейся в прах, и содрогнулась всем телом. Нет, этого с ней не должно случиться.

Она уже хотела сказать, что не хочет идти дальше, хочет вернуться и Печора победила её, когда увидела знакомую кирпичную стену, за которой скрывался проход в комнату со звездным потолком. Сейчас они прошли мимо, и девушка немного расслабилась. Они поднялись по ступенькам, и Дмитрий, применив свою магию, сообщил им, что путь свободен.

Софи поднялась в свою гостиную, а затем зашла в комнату, которую покинула так давно, кажется в прошлой жизни, и прислонилась к стене, пытаясь совладать с нахлынувшими чувствами. В свою последнюю ночь здесь она лежала в кровати и молилась, чтобы ей удалось убежать, чтобы не выйти замуж за Марка, а две пары глаз наблюдали за её рыданиями и не пошевелили и пальцем, чтобы успокоить или помочь. А после побега ей уже казалось, что она не вернется сюда никогда. Но сейчас она здесь, снова в своей комнате.

Софи украдкой посмотрела в окно: парк, такой знакомый ей, с аккуратными дорожками и стрижеными деревьями, был раскрашен красными мундирами – солдатами Елены, которые, несмотря на ураган, прочесывали его, боясь обнаружить непрошеных гостей. Софи перевела взгляд на Александра, который уже распахнул её гардероб и по-хозяйски рылся в платьях. Ей стало неловко – это была её одежда, её вещи, многие из которых она любила, а сейчас они грудой летели на пол, собираясь в бесформенную кучу, отвергнутые королем.

— Может, ты будешь поаккуратнее? — Софи закусила губу, он торопится, она понимает это, но все же.

— Закажешь себе потом новые, — Александр раздраженно махнул рукой, — какие захочешь.

Софи подошла к нему и нежно обняла. У неё не было магии, чтобы мгновенно успокоить его, но всё же объятия подействовали, и её муж остановился.

— Извини, наверно, я резок, но надо поторопиться, и найти хоть что-то подобающее, — он посмотрел в окно и сжал челюсти, — отец знает, что мы сбежали.

— Ты боишься, что он не сделает то, что должен?

— Мой отец не любит все эти игры, игры с магией… Он может посчитать, что мы идем против страны, — Софи поняла его сразу: граф уверен в силе Великой Магии, и, пытаясь подделать её, в его глазах это выглядит предательством страны. Александр посмотрел на неё сверху вниз, — но не волнуйся, он сделает, что от него требуется. Мама уговорит его, и тогда нужно будет действовать нам.

Он наклонился и легко поцеловал Софи в губы.

— Не хочешь мне помочь? Всё же свои платья ты знаешь лучше, чем кто-либо.

Софи отвела взгляд.

— Сейчас я что-нибудь подберу.

Она принялась перебирать платья в шкафу, а Александр отступил в сторону. Ей нужно найти блистательное платье, но её гардероб полон деловых платьев в клетку или полоску, наглухо закрытых до самого горлышка. Она покопалась в памяти, что же у неё есть не на каждый день. У неё было где-то кремовое платье, которое она надевала на коронацию, с вышитыми розами, оно бы, наверное, подошло… Хотя нет, с тех пор прошло почти два года, и она попросту выросла из него. Может быть, розовое, то, что она надевала на своё семнадцатилетние? Где же оно?

— А это что за платье? — Александр раскрыл коробку, стоявшую на банкетке в изножье кровати. Он поднял лежавшее в ней платье, сиявшее россыпью драгоценных камней, и Софи с ужасом узнала то самое платье, привезённое Еленой из Палиры в качестве свадебного для неё. Александр повертел его в руках, и по его лицу девушка увидела, что оно ему явно нравится.

— Это Елена привезла, платье для свадьбы с Марком.

— А-а-а, — протянул Александр без всякого выражения и отпустил его, и оно тотчас тяжелыми складками упало на пол. — Поищем другое.

Они потратили на поиски около получаса и обнаружили, что платьев, отвечающих их задумке, просто нет. Большинство Александр неуважительно назвал нарядом серой мыши, а остальные не подходили то орнаментом на ткани, то цветом, то по каким-то другим критериям.

— Нам нужно что-то светлое: белое, кремовое, голубое и совсем без символики, либо с розами, — Александр ещё раз критически окинул взглядом её платья. — Но у тебя ничего нет. Ты королевой какой страны была?

Софи смутилась, это бесцеремонное копание в её гардеробе вывело её из равновесия.

— Мне некогда было следить ещё и за платьями, — она вспомнила о Марии, которая должна была этим заниматься и сейчас уже, видя какой смысл всему увиденному придавал Александр, поняла, что справлялась она в принципе не плохо – служила-то она Елене, и символов Палиры было предостаточно.

— Надо было получше тебя одевать, но мои мысли слишком заняты были раздеванием…

Щеки Софи покраснели:

— Прости, о платье я совсем не подумала…

Александр отвернулся от неё, поднял лежавшее у кровати свадебное платье и снова принялся рассматривать его. Девушка по выражению его лица пыталась понять, о чем он думает, вертя в руках платье, в котором она должна была стать женой другого. Наконец, придя к какому-то выводу, он дернул за расшитую камнями вышивку на лифе, и она поддалась, неровным краем открыв спрятанную под ней белоснежную ткань.

— Можно срезать верхний слой, и будет просто белое… На юбке всё оставим как есть, но сверху львы, и от них надо избавиться.

Софи кинулась к туалетному столику и взяла маленькие маникюрные ножницы.

— Нужно срезать только то, что на лифе?

Он кивнул: