Ненастоящая принцесса

Утром её комната наполнилась слугами, пришла и графиня Наталия. Софи совсем не интересовалась тем, что они делают. Ей было всё равно, лишь бы всё быстрее закончилось. Возможно, они проведут церемонию и просто сбросят её со стены. Она им больше не нужна, и они с лёгкостью от неё избавятся. Она вспомнила договор с графом. Зачем она так сглупила! Нужно было его заключить, граф Буров - тот человек, который держит своё слово, но теперь было поздно. Слишком поздно для всего.

Можно было снова притянуть к себе корону и книги, снова спрятать их, но какой в этом смысл! Они теперь знают, что она может так делать, а значит, будут искать у неё. Лучше быстрее, чем быстрее всё случится, тем быстрее она поймёт, чего они хотят. Вероятно, поймёт.

Когда-то она мечтала о свадьбе. Не такой, а другой, где под венец Софи шла бы добровольно, но мечты канули в лету. Она вспомнила совсем другую церемонию, когда её вели под руку разбойники, а их главарь ждал её на помосте. Тогда её спасли те, кто сегодня заставят сделать то же самое.

Интересно, что будет, если она скажет «нет» в самый ответственный момент? Её будут принуждать силой? Бить? Заставят колдовством? Тут Буровым действительно не мешало бы иметь семью Софи в своём распоряжении, а так она уже завоевала славу очень упрямой и не управляемой.

Что же ей делать? Сказать: «Нет» старейшинам она могла бы с удовольствием. Софи буквально видела, как вытягиваются их лица, но сказать: «Нет» Александру? Он же тот жених, о котором она так давно мечтала. Умный, добрый, заботливый... Он был ей другом, тем, кто её всегда поддерживал. Он тот, кого она любит, несмотря ни на что.

Дверь в комнату отворилась, и вошёл граф Буров. Софи встретилась с ним взглядом в зеркале, и всё внутри у неё похолодело. Что ему нужно?

— Вышли все, — коротко приказал граф.

Служанки бросились к двери. Графиня подошла к мужу. Её присутствие успокаивало Софи. Графиня, хотя и была надменна, но в то же время не лишена женского сострадания.

— Наташа, ты тоже выйди, пожалуйста, — сказал граф, не глядя на жену.

Графиня дотронулась до его руки:

— Не пугай её ещё больше, она и так боится...

Она сказала это тихо, но Софи расслышала её слова и была готова расплакаться от прилива нежности к этой женщине, но графиня Наталия тоже вышла за дверь.

— Подойди, — приказал граф.

— И не подумаю, — ответила Софи, и сама поразилась, как гордо прозвучал её голос. Она встала и отошла к окну.

— Ты не управляемая, взбалмошная девчонка!

— Тыкать мне совсем не обязательно, не забывайтесь.

— Ты не в том положении, чтобы указывать.

— Возможно. Но я прекрасно понимаю, что иных методов давления, как на меня саму у вас нет. А я могу быть очень упертой. Могу и умереть раньше времени... — она посмотрела ему прямо в глаза, — Или хотите, чтобы я написала ещё одно письмо родителям и уже с указанием адреса?

— Я тебе поражаюсь, откуда столько упорства в никчёмной девчонке, — граф Буров подошел ближе, и Софи захотелось провалиться сквозь стену. — Ты думаешь, я рад, что мне придется породниться с тобой?

— А разве нет? — Сейчас Софи его совсем не понимала, он же желал заполучить корону. Теперь она достанется его сыну, он должен уже праздновать победу. А то, что она не настоящая принцесса, вряд ли кто-нибудь когда-то узнает, об этом и не стоит беспокоиться.

— Тебе бы только издеваться, — он посмотрел на неё оценивающе, — могла бы заключить договор и выйти сухонькой из воды. Но ты предпочла не это...

— Я вас не совсем понимаю, — процедила принцесса.

Граф вздохнул:

— Отступать уже поздно, я зашёл слишком далеко... знал бы раньше, ни за что бы не согласился. Я загнал в ловушку самого себя, — он выглядел усталым и несчастным и больше не смотрел на неё, а куда-то в сторону, — что ж, ты победила.

Софи смотрела на него недоверчиво. Победила она? Как? Она же в ловушке, в его доме, в окружении его людей, и она выйдет замуж за его сына. Как она может победить?

— Если ты когда-нибудь обидишь моего сына, обманешь, предашь его, я с тебя живьём кожу сдеру! — последние слова были особенно резки, и он снова смотрел прямо в глаза Софи. — Будь умницей и ответь правильно, — процедил он, будто зная, что она думает над ответом у алтаря.

Он вышел, а Софи всё стояла, прислонившись к подоконнику, обдумывая его слова. Она совершенно запуталась: что хотел сказать граф? Почему она победила?

В полном смятении Софи шла к алтарю. Она дрожала всем телом, мысли путались, а лица расплывались. На главной площади Петросы собрались все: от министров и старейшин до простых рабочих. Каждый в полном параде, и всем хотелось видеть королевскую свадьбу. Простые люди ничуть не сомневались в том, что обожаемая принцесса вступит в брак с не менее обожаемым хозяйским сыном по любви. Она же жила здесь, мирно беседовала с господами и флиртовала с Александром; их часто видели вместе, значит, любовь восторжествовала.

На Софи было белое платье: простое, без вышивки, но в то же время красивое, украшенное нитями с жемчугами и вставками с алмазами, спускавшимися с плеч. Фата, расшитая мельчайшим бисером и серебряными нитями, блестела на солнце, скрывая лицо, и дамам приходилось вытягивать шеи, чтобы лучше рассмотреть принцессу. Позже они будут рассказывать подругам, как выглядела невеста, а еще гадать, что же она чувствовала, в мельчайших подробностях вспоминая её лицо в тот самый ответственный момент, когда она скажет «да»!

Александр уже ждал её. Софи встретилась с ним глазами, и Саша улыбнулся ей, а она улыбнулась в ответ. И сразу все волнения отошли на второй план. Будь что будет, она скажет «да»! Скажет ему, обожаемому и любимому. Отныне он её судьба, и ему она доверяет свою жизнь. Его прикосновение к её руке вернуло покой.

Служитель церкви, весь в торжественно золотом, начал свою речь, но Софи его не слушала - удивительное счастье нахлынуло на неё. Она любит его и будет с ним всегда. Любовь победила, она победила, и что бы ни думал граф, Александр принадлежит ей. В нужный момент она не колебалась и сразу же сказала заветное «Да!» совсем как в своих мечтах. Он поднял фату и поцеловал её в губы.

После следовала процедура коронации, и Софи, как положено, одела кольцо королевской власти своему мужу, а на его голову легла корона. Были произнесены клятвы на великих книгах, и народ приветствовал своего короля и королеву.