Страница 72 из 78
— А если оставим, он продолжит сливать данные Петру.
Некоторое время мы стояли молча.
— Оставляем, — наконец решил я. — Но под наблюдением. Лора, прикрепи к нему детальку Болванчика. Теперь мы будем знать все, что он передает и кому.
— Сделано, — кивнула она. — Деталька в подкладке его пальто.
— Отлично. Возвращаемся.
* * *
Дорога на Сахалин.
Телефон зазвонил, когда я уже подходил к порталу.
— Слушаю.
— Михаил, это директор Горький, — раздался знакомый голос. — Есть минутка?
— Конечно, Алексей Максимович.
— Я насчет Фанерова. Ты что-нибудь выяснил?
Я вздохнул. Фанеров был сложной темой. После всех проверок мы с Лорой пришли к определенным выводам.
— Выяснил. В нем не божество.
— Точно?
— Абсолютно. Это что-то другое, но не Хаос и не божественная сущность. Пока рекомендую оставить все как есть.
— То есть не трогать его?
— Именно. Просто следите за его состоянием. Физическим и психическим. Если будут резкие изменения, сразу сообщайте мне.
Горький помолчал.
— Хорошо. Доверюсь твоему мнению. Но если что-то пойдет не так..
— Я возьму ответственность на себя.
— Договорились. Спасибо, Михаил.
Он отключился.
— Ты уверен насчет Фанерова? — спросила Лора.
— Нет. Но пока у нас нет доказательств, что он опасен, лучше не дергаться. Хватит нам врагов и без него.
* * *
Поместье Кузнецова.
Поздний вечер.
Я вернулся около полуночи. В доме было тихо. Все уже спали.
Сняв куртку, я тихо поднялся по лестнице. Сначала заглянул к Маше. Она мирно сопела, обняв подушку. Потом к Свете. Тоже спит.
Оставалась детская.
Я осторожно открыл дверь и замер на пороге.
Над кроватками с детьми склонилась полупрозрачная женская фигура. Она светилась мягким золотистым светом и что-то тихо напевала.
Это была Созидательница.
Та самая сущность, которая являлась мне в образе матери.
— Миша, — Лора моментально напряглась. — Это она.
Я не стал ждать объяснений.
Энергия хлынула по каналам. Браслет на запястье вспыхнул черным. Ерх и родовой меч материализовались в руках. Болванчик рассыпался веером деталек, окружая комнату.
— ОТОЙДИ ОТ МОИХ ДЕТЕЙ, — мой голос прозвучал как раскат грома.
Созидательница медленно обернулась. На ее лице была все та же мягкая улыбка.
— Михаил, подожди..
— Я СКАЗАЛ, ОТОЙДИ!