Страница 37 из 82
Федор без лишних слов пошел на выход.
— Ты куда? — спросил Петр. — Я тебя не отпускал.
— А что такого? — как ребенок развел он руками. — Мы разве не закончили?
— Не закончили, — строго произнес Романов. — Сядь и дослушай!
Мужчина тут же упал на пол и сложил ноги по турецки.
— Миша, что будет потом, как мы узнаем, какое божество причастно к изменению гусыни?
— Тот дед сказал вернуться к нему, и дальше он скажет.. Хотя, мне кажется, что он просто хочет в какое-нибудь приключение.
Следующий час мы обсуждали подробности операции для Онегина и Федора. Я не особо вдавался в подробности и слушал только фоном. У нас с Лорой были свои планы. Надо было вернуться в лабиринт и найти те самые книги. И на это я планировал отправить кого-то из своих питомцев.
— Валера? — предложила Лора самый очевидный вариант.
— Нет. Точно нет.. Я бы хотел, чтобы этот лабиринт у меня остался. Все же, я планирую там еще тренироваться.
— Булата?
— Большой. В некоторых коридорах ему будет тесно.
— Тари?
— Она своими букашками и лапками может порвать старые книги. Давай отправим Болванчика.
— Уверен? — засомневалась Лора.
— А что? Боишься остаться без поддержки? — улыбнулся я.
— У меня есть Ева. Почему не хочешь отправить ее?
— Хочу посмотреть, как справится мой самый преданный питомец. Все равно у нас останется часть.
— Хозяин-барин, — пожала она плечами.
После завершения совещания мы начали расходиться по домам. Лермонтов предложил довезти Розу и Люсю до дома. Онегин взял Федора и повез к себе домой, готовиться к предстоящей командировке.
А Толстой с Фанеровым подошли ко мне.
— Михаил, — начал Лев Николаевич. — Мы тут с Георгием поговорили, и в общем.. Может, по кружечки пива? Софья Андреевна сказала, что у тебя скоро коронация, это надо отметить!
— Отчего же не отметить, — решил я. — Поехали!
Впервые все сложные операции проходили без моего участия, и я решил дать себе немного слабины.
Пока мы ехали к бару, Толстой предложил позвать и остальных. Так сказать, чисто мужскую компанию. Лермонтова, Гришу из нового города, и Эля с Донцовым.
— Ты тоже зови кого нибудь, — добродушно произнес Толстой. — Посидим мужиками, пивка бахнем!
— А Петра звали?
— Да, он сказал, что придет попозже. С Павлом, — кивнул Фанеров.
— Хорошо, — я взял трубку и набрал домашних. — Трофим, собирай Данилу, Тягача и Емелю, поедем в бар.
— Михаил, — спокойно спросил он. — Я так понимаю, Даниле лучше права не брать и нам ехать на такси?
— Совершенно верно понимаешь. — я сообщил ему адрес.
— Прошу прощения, а что с Богданом?
— Он же еще ребенок. Ему нельзя пиво, так что пусть сидит дома, — после отключился.
А дальше я связался по внутреннему хранилищу с Валерой.
— Ну что, здоровяк, поедем, посидим с мужиками в баре?
— О как! — обрадовался он. — Отчего же не посидеть! Я с собой захвачу Дениску, покажу, как надо отдыхать. Идет?
— Идет! — улыбнулся я. — И Булата захвати.
— Кони пьют пиво? — удивилась Лора.
Но в наш разговор вмешался сам Булат.
— Только высшего сорта.