Страница 25 из 82
И пока он болтал, вся орда безумных киимовцев двигалась ко мне. Их глаза чернели от хаоса. Трубы, тем временем, стонали все громче.
— Посейдон..
— Минутку.. Вот-вот я..
— Почему, Миша? — спрашивал Звездочет, подбираясь все ближе. Его глаза буквально заполняла тьма. — Может, у тебя есть какое-то свое занятие? Так в чем же она, может откроешь⁈
Он рявкнул это так громко, что оставшиеся стекла задрожали.
— Может, это свобода? Может, перед тобой целый мир, или тебя окончательно пленили твои таланты, Миша⁈ Иллюзии. Ранг всего лишь относительно понятие! Только бездарность могла выдумать..
— Господи, какой он душный.. — закатила глаза Лора. — И как Маруся его терпит?..
— Еще чуть-чуть.. Еще чуть-чуть.. Почти-почти!
— Может, быть всему виной любовь, Миша⁈ Ваши жены отвлекают тебя от учебы? Все иллюзия! Есть только два аспекта в нашем деле. Это хаос и дисциплина. Дисциплина порождает хаос, а хаос..
— Еще-еще.. Вот-вот..
— Давай быстрее, — шипел я, понимая, что либо студенты сейчас порвут меня, либо Звездочет задушит своими нравоучениями.
— .. Глупые причуды восприятия, Миша! Только безалаберный студент мог выдумать такое скучное и бессмысленное понятие, как любовь! Тебе пора это увидеть, Миша! Увидеть и понять! Ты не можешь бесконечно пропадать на этом своем Сахалине! Продолжать царствовать бессмысленно! Почему, Миша, почему ты улыбаешься, как..
Как именно я улыбался, осталось для нас загадкой, ибо со всех сторон рвануло так, что даже у меня заложило уши. Вода же брызнула настоящим водопадом — из стен и потолка. Болванчик сложился вокруг меня в кокон, но Посейдон уже заключил меня в пузырь. Студентов же он не жалел — всех разметало по сторонам, а мы пронеслись мимо, и прямо в очередное окно.
— Не перестарайся! — крикнул я, заметив, как студентов носит по коридорам струи воды словно в аквапарке. — Они все же под влиянием хаоса!
— Единственное что им грозит, — отозвался Посейдон, — это синяки и простуда.
Приземлился же я во внутреннем дворе. Я был цел, пусть и промок до нитки.
— Терпимо.. — охнул я, посмотрев на здание. Оттуда потоками лилась вода. Однако, кажется, жертв среди студентов не было.
Так, легко отделались. А теперь пришло время нашего плана.
Стоило мне только подумать об этом, как в кармане зазвонил телефон. Это был Кутузов.
— Сергей Михайлович, здравствуйте, — ответил я. — Я конечно все понимаю, но сейчас немного не подходящий..
— Миша, слушай меня внимательно, — говорил он, тяжело дыша. Похоже, куда-то быстро шел. — Если ты все еще в КИИМе, то лучше проваливай. И подальше.
— Отчего? У меня есть план, как всех..
— Меня лишили всех званий, — оборвал меня Кутузов. — И теперь я ничем не лучше тебя, хех.
— Что⁈
Он взял паузу. И пока я слышал в трубке его тяжелое дыхание, откуда-то послышался грохот.
Удивившись, я обернулся. Шум шел от стены.
— Петр приказал мне стереть КИИМ в порошок, — говорил Кутузов, — но я, конечно, отказался. А Петр не тот человек, которому можно просто так сказать «нет». Поэтому..
— Сука..
— Вот-вот. Поэтому все войска, что держат КИИМ в осаде вот-вот пойдут на штурм и убьют здесь всех.. — и он замолк. — Что за шум, Миша? Что это шумит?
Увидев тучу пыли над стеной, я улыбнулся. Со стены шел прорыв.