Страница 13 из 82
Скорость машины была большой, так что он мог просто подпрыгнуть и уже быть рядом со мной. Но он сделал так, как сделал. Не мне его судить, но я сужу.
Когда Белозеров почти долетел до меня, я просто отошел в сторону. Он плохо рассчитал скорость и просто перелетел. В конце я успел нанести ему смертельный удар вдогонку.
А дальше дело было за малым. Я забрался в кабину и развернул машину. Проехав по обратному маршруту, проверил еще раз, все ли мертвы, и вернулся в гараж. Жаль, что не удалось сохранить первую машину, ну.. это и не мои воспоминания.
У двери я все же обернулся и был приятно удивлен. Автомобиль был цел и стоял накрытый брезентом.
И опять мы с Лорой встретились в коридоре.
— Дальше? — улыбнулась она.
— Дальше!
* * *
Исследовательская лаборатория.
о. Сахалин.
— Наташа, ты уверена, что с Асая Реем все в порядке? — спросил Трофим, пытаясь разобраться в множестве графиков и непонятных формул.
— Пока да, — кивнула она. — Сейчас он находится в фазе глубокого сна. В прошлый раз мы зафиксировали аномалию у Императора Японии именно в этом месте.
Оба сидели в небольшой наблюдательной комнате, полностью оснащенной экранами. В центре было стекло с видом на остальные комнаты.
Унур стоял над японцем и настраивал приборы. Проводки крепились к голове преподавателя. Ученый же иногда что-то подкручивал и довольно кивал сам себе.
— А что с остальными?
Наталья понимала, что Трофим только и говорил о Ермаковой. Но пока у нее не было нужных слов, чтобы утешить мужчину.
— Послушай.. — начала она.
— Не стоит подбирать слова. Я человек военный, говори как есть.
— Пока мы в той же точке, где были в самом начале, — ответила Наталья и посмотрела на комнату наблюдения, где сейчас были заперты Михаил и Белозеров. Преподавателя трясло, как будто он замерз.
Михаил же сидел спокойно, положив руку на голову Василию Клавдиевичу, словно, пророк в молитве.
— Надеюсь, что у них там все гораздо лучше.
Вернуться Унур, и они молча продолжили наблюдать за тем, что происходит в камере с Михаилом.
Через несколько часов Белозеров закричал не своим голосом. Как будто в нем сидели несколько личностей, и все хотели вырваться. Затем из его рта вышло маленькое черное облако дыма.
Михаил открыл глаза, поднял руку и заключил остатки хаоса в непроницаемый силовой шар. А затем спалил содержимое в голубом пламени.
Тело преподавателя перестало трясти. Когда Михаил выходил из палаты, то напоследок накрыл мужчину одеялом.
Когда же он зашел в комнату наблюдения, все хором спросили.
— Получилось?
— А вы сомневались? — расплылся в довольной улыбке Михаил.