Страница 1431 из 1458
— Если ты забыла — я собирался уничтожить лавовые поля драконышей. Искренне жалею, что не вышло. Так неужели ты думаешь, что пощажу четырех… ох, прости, трех драконят? Один-то вполне взрослый, — глумливо спросил рычащий голос. — Уж кто есть — тот есть, вряд ли можно рассчитывать, что на замену им явятся все четыре Великих! — Хмыкнул Пес. — Что поделаешь, дочь, все должно быть как в этом вашем… «Пятом элементе»!
— Ты не только читаешь наши стихи, но и смотришь наши фильмы? — желая хотя бы уязвить его, пропыхтела Ирка — веревки, сколько их ни натягивай, только резали запястья, но рваться не желали, а выпустить когти по-прежнему не удавалось — второй облик не желал откликаться.
— Смотрел. Раньше, — лаконично бросил Пес. — И думал: сколько же природных сил и ресурсов потрачено, сколько земли отравлено, чтобы выработать это электричество, изготовить эти наряды, эту пленку, на которую вы снимаете. Вы существа, способные убивать просто ради развлечения!
— Совсем как коты, — отозвалась Ирка.
Она не слишком задумывалась что говорит, потому что мысли вдруг понеслись вскачь, как подстегнутые хлыстом. «Пятый элемент». Старый-старый фильм…
Она не видела, как при ее словах зло сощурились круглые глазищи Старшего Кота.
— Довольно! Начинайте — или мне еще тринадцать лет ждать? — Валун под Иркой яростно затрясся.
Старший Кот смачно облизнул лапу и… Ирка содрогнулась от боли — острейшие кошачьи когти одним махом вспороли ей запястья. Миг — и волна боли прошлась по второй руке. Кровь из располосованных вен закапала на серую шероховатую поверхность валуна… Первая капля впиталась в камень без остатка. Вторая тоже.
Запястья полыхали болью, кружилась голова, боль делала мир звонким и прозрачным. Ирка медленно закрыла глаза, чувствуя как жизнь тихо вытекает из нее.
Третья капля упала на ледяное окошко. Раздалось громкое шипение, взвился султанчик пара — и лед растаял. Остро запахло псиной.
— Драконят! — раздался повелительный рык, Старший Волк схватил брыкающегося водного Лун и швырнул его с западной стороны камня.
Первый элемент, запад — вода… Юг — огонь, восток — ветер, и север — земля. И пятый элемент — человек. Все как в фильме, а в фильме все как на алтаре острова Хортица! Том самом, который принял Ирку, а она приняла его, и Силу, и Долг наднепрянской ведьмы. Земля-ветер-огонь-вода… вода-огопь-земля-ветер… Пятикратный алтарь. Пентаграмма. Пятилучевая звезда. Четыре могучие стихии… и слабое существо. Человек. Ведьма. Точно как она сказала на Алатырь-камне. Четыре стихии и… существо? Существо? Не-е-ет…
— Они все знали! — Ирка широко распахнула глаза.
Пятикратный алтарь на Хортице, а еще восьмерка — символ бесконечности, и круг — бесконечного круговорота существ на Мировом Древе. Разомкнутый круг! Ирка рванулась, пытаясь подняться на камне, веревки туго-туго натянулись…
— Лежи, чего уж там! — медвежья лапа легко и даже бережно придавила ее к камню. — Не дергайся. Меньше дергаешься — меньше крови, авось выживешь.
— Ты не понимаешь! — глядя в нависшую над ней морду медведя шалыми от неожиданной догадки глазами, прошептала Ирка. — Они все знали с самого начала! Ведьмы… ведающие… Еще когда ставили тот алтарь — они знали, к чему мы идем! К чему придем! И что путь будет долгим! Но не бесконечным!
— Ты чего несешь, щенка? — растерянно пробормотал медведь, отшатываясь от Ирки. — Какой алтарь?
— Драконят, я велел! Не теряйте времени! — Валун под Иркой заходил ходуном, точно Пес раскачивал его изнутри.
— А он прав! — энергично кивнула Ирка, выгибая руку так, что в изрезанном запястье полыхнула лютая боль. Кончики пальцев зацепились за спрятанную в рукаве яркую «блестку», что чуть не потерялась в хвойном ковре Мертвого леса. — Вре-е-емя! — закричала Ирка, сжимая это в кулаке, и вскидывая кулак к небесам. Между пальцев у нее полыхнул свет — призрачный, потусторонний свет лунной дорожки над морем.
В небе над Молочной плотный клубок аспидов разлетелся, точно внутри ахнул взрыв. Возглавлявший самоубийственную атаку драконов Великий Водный засиял серебристо-фиолетовым светом, от которого приблизившиеся к нему аспиды начинали пронзительно трубить и трясти головами как слепые.
Повернулся к братьям Великим и сквозь окутавшие его переливы света прозвучала его гулкая команда:
— За мной!
Потом изогнулся так, что хвост почти сплелся с длинной шеей, и… взвился в небеса громадным водным столбом. На месте его исчезновения осталась черная воронка, стремительно засасывающая всех, оказавшихся поблизости. Всадники заорали, хлеща своих аспидов и норовя убраться подальше.