Страница 43 из 70
— Чёрт… — тихо выдохнул он: — Это действительно… умно. Мы взяли только тело креветки. Использовали его чистоту. А вы взяли всю креветку целиком. И сырое, и варёное. Полный круг. Ничего не выброшено. Панцири и головы сделали вкус умами в разы богаче.
Олеся тоже не удержалась и попробовала. Взрывная «язва» застыла с вилкой во рту, и на секунду в её пылающих глазах промелькнуло совершенно детское, беззащитное восхищение, которое она тут же попыталась спрятать за нахмуренными бровями.
— Ладно! — недовольно буркнула она: — Признаю, это вкусно. Это очень-очень вкусно. Но и наш тар-тар не хуже! Тем более, вы же сами сказали, что он — эталон!
Колян и Тимур переглянулись, и на их лицах отразилась подлинная мука человека, которому предстоит выбрать между двумя вещами, каждая из которых прекрасна по-своему. Они наклонились друг к другу, пошептались, снова попробовали оба блюда. Парни умудрились даже поспорить полушёпотом… Это переросло в очень забавную ссору. До нас долетали лишь отзвуки их фраз, но ребята при этом жестикулировали словно итальянцы во время скандала. Успокоились… Ткнули вилками в остатки и опять зашептались. Тимур загибал пальцы, что-то доказывая. Колян мотал головой, потом кивал, потом снова мотал.
— Решайте уже! — не выдержала Олеся: — Вы нас с ума сведёте!
Наконец Колян встал, поправил свой белоснежный китель, взял деревянный молоточек и обвёл нас взглядом. Лицо его было торжественно-скорбным, как у человека, оглашающего судьбоносный вердикт.
— Оба блюда… — начал он: — Это то, ради чего вообще стоит становиться поваром. Тар-тар Никиты и Олеси безупречен. Он чистый, точный и изящный. Он тает во рту и оставляет после себя искреннюю радость. Если бы мы судили только вкус в моменте — я не знаю, кто победил бы.
— Но? — прищурился Никита.
— Но! — подхватил Тимур, поднимаясь рядом с Коляном: — Паста Ирины-сан и Дерека сделала то, чего не сделал тар-тар. Она рассказала историю. Она взяла креветку целиком — и голову, и панцирь, и тело, и сырое, и приготовленное огнём, а затем собрала из этого целый мир, в котором горячее спорит с холодным. Она не просто вкусная. Она заставляет чувствовать. И от неё я… едва не пустил скупую мужскую слезу!
Колян поднял молоточек, задержал его на мгновение в воздухе — и опустил с гулким, окончательным стуком.
— Победа присуждается команде сообщества исследователей традиционной японской кухни! Ирина-сан и Дерек Цареградцев!
Мы с Ириной-сан благодарно поклонились арбитрам. Олеся была в ярости! Она хотела что-то сказать, но Никита одернул её резким жестом.
— Хорошая работа, Дерек. — негромко произнесла Ирина-сан: — Надеюсь, ты усвоил сегодняшний урок.
— Уважать продукт — значит не терять ни крупицы того, что он готов тебе отдать?
— Всё верно. — кивнула она: — Мы показали, что вкус можно добыть самыми разными методами. Сама глубина далеко не только в мясе или жире.
Никита подошёл первым и протянул руку:
— Право на преследование Искандера Цареградцева остаётся за сообществом исследователей традиционной японской кухни. Ты молодец, Искандер! Уважаю.
— Взаимно. — улыбнулся я, ответив на рукопожатие.
— Ирина-сан… — Никита поклонился перед Главой: — Следите за Дереком со всем уважением и страстью! Я всем сердцем желаю вам поймать и эту «рыбу».
— Благодарю. — скромно улыбнулась Ирина-сан.
С одной стороны здорово, что с пользой провёл время. С другой стороны… немного странно чувствовать себя призом. Это какое-то новое нарушение прав человека.
— В следующий раз… — Олеся скривилась в злобной усмешке: — Я разберу креветку на молекулы и соберу заново. Готовься, Царь! Даже не смей думать, что всё закончилось! После фестиваля гурманов я сражусь с тобой лично и заберу себе.
— Себе? — удивилась Ирина-сан: — Мы же разыгрывали Искандера между сообществами?
— Всё верно! А я заберу его себе. Двух зайцев одним выстрелом. — хитро улыбнулась Олеся: — До встречи, Гаремовод-Искандер. Недолго тебе в «девках» ходить.
С этими словами руководство сообщества исследователей современной японской кухни поспешно удалилось.
— Я правильно понимаю, что ей нужен личный помощник на кухне? — поинтересовался Тимур.
— Неправильно, дурачок. — хихикнула Ирина-сан: — Олеся просто попалась в капкан нашего любителя похищать девичьи сердца.
— Ирина-сан! — возмутился я: — И вы туда же⁈ Вообще-то, я не такой.
— Репутация всегда идёт впереди человека.
— Мне почти сорок минут выносили мозги из-за того, что я… Якобы пропагандирую нестандартные отношения! Поэтому давайте без подобных шуток, пожалуйста. Тем более, я бы не сказал, что на данный момент являюсь, каким-то невероятно популярным объектом для девчонок. — вздохнул я: — Всё, как у всех! Никаких фанаток под окнами. Никаких страстных поклонниц, которые внезапно врываются ко мне, чтобы украсть. Это всего лишь жалкая попытка узлового сетевика прославиться за счёт моего имени!
Дверь в зал распахнулась, и к нам буквально залетел Снурри. Качок рухнул на пол и кубарем прокатился почти пять метров.
— Госпожа… — выдохнул он: — Я пытался… Но они сильнее меня…
— Кто⁈ — ужаснулась Ирина-сан.
— ДЕРЕКУСИК!!! — в зал забежала Гина с целой группой поддержки из таких же няшных девочек бимбо-орков: — Извини, но мы тебя похищаем…
— О как…
Да уж. Никаких фанаток под окнами. Никаких страстных поклонниц, которые внезапно врываются ко мне, чтобы украсть.
Глава 11
— Дерекусик… Мне правда, так жаль… — тяжко вздохнула Гира, смущённо отведя взгляд.
— Ну… Что я могу сказать? — я попытался улыбнуться.
— Палочку для зубов надо? — поинтересовалась милая барышня доктор кошко-жена.
— Обойдусь. Делайте своё дело. — спокойно ответил я: — Мне хватит духу. Я даже не замечу. А что же насчёт тебя, Гира, то не волнуйся. Ты просто… *хрусть* ПРОКЛЯТАЯ ШКУРА КОЗЛА, МАТЬ ТВОЮ, ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ⁇!!?! ШЛЁНДРА ТУПАЯ!!!
— Вот и всё. — удовлетворённо заключила доктор кошко-жена и погладила меня по голове: — Вы большой молодец, Господин Цареградцев! Даже слёзы не потекли.
— Ага… Спасибо вам большое. — с облегчением выдохнул я, быстро запуская Пламя, чтобы унять боль: — Так вот, Гира. Тебе не стоит сильно переживать об этом. Мы все… не идеальны. И все допускаем банальные ошибки в начале пути. Но ты должна понять одну простую истину. Нельзя украсть человека, чтобы он был с тобой навеки.
— Но мои предки… Они крали понравившихся женщин из селений…