Страница 68 из 80
— А если это будет Петр Петрович? — вскочил князь.
— Тогда ваш сын умрет. И наоборот, — произнес я.
Остальные молча смотрели на Сергея Александровича.
— И вы ничего не пробовали? Артефакт голода? Неужели нет..
— Сережа, — произнес Лермонтов, — ты же сам знаешь, что это за артефакт и почему он был спрятан.. Кстати, где Петр Первый его нашел?
— У меня в сокровищницах, — опустил глаза Романов.
— Это ваша ошибка! — воскликнул Есенин-старший. — Я пошел на все это, чтобы мой сын был жив! И я не собираюсь стоять и смотреть, как вы играете в русскую рулетку!
Я не ожидал такой реакции от Сергея Александровича, но если вспомнить, на что он пошел ради своего сына, то становилось очевидным, что мы зря его сюда привели.
В кармане опять вибрировал телефон.
Опять Алиса. Опять сбросил.
— Сережа, какие варианты ты предлагаешь? — спокойно спросил Романов, посмотрев на мужчину.
— Я..Я.. — было видно, что он не знал, что делать.
— Вот и я не знаю, — кивнул Петр. — неужели ты думаешь, что я бы рисковал Сашей, если бы были другие варианты? У нас с ним равные условия.
— Это какой-то бред! — топнул он и пошел к выходу.
На его пути встал Павел.
— Простите, Сергей Александрович, мой отец еще не договорил.
Но мощная силовая волна отшвырнула Пашу в дальнюю часть комнаты, где он врезался в диван.
Есенин же вышел хлопнув дверью.
Старший сын вскочил, выхватил меч и посмотрел на отца.
Тот только улыбнулся.
— Сам виноват. Никогда не стой на пути разъяренного отца, который хочет спасти своего сына, — он опустил взгляд и вздохнул, понимая, насколько же сильно отличаются его слова, от действий Петра Первого.
— Тогда зачем мы доставали Лермонтова? — спросила Люся.
— Если случиться так, что в этой рулетке я окажусь проигравшим, у вас будет отличный воин в моем исполнении. — Петр холодным взглядом посмотрел на Лермонтова. — Ты же поднимаешь всех мертвецов?
— Да, — кивнул некромант.
— И все их способности остаются с ними?
— Чем раньше произошло воскрешение, тем больше сил остается.
— Но разве мы не можем сделать тоже самое и с Сашей? — вставила свои пять копеек Катя.
Все, кроме нее, даже ее сестра, улыбнулись.
— А ты думаешь, Сергей Александрович тее это позволит? — сказал я, что было у всех в голове.
— Но разве он не захочет, чтобы его сын снова был жив?
— А ты хочешь, чтобы когда Лермонтов меня воскресит, я обнимал тебя? Ты будешь чувствовать ко мне ту же любовь? Или это будут только отголоски старого?
— И что, это конец? — едва не плача, произнесла Катя.
— Конец? — улыбнулся Петр, — Нет, Наш путь не кончается смертью. Смерть лишь продолжение пути начертанное всем.
В кармане опять звонил телефн.
— Да ответь ты уже! — не выдержала Люся.
— Простите, — я достал телефон и отошел к окну. Там как раз увидел, как Есенин о чем-то говорит с Трофимом. — Слушаю, Алиса?
— Миша, — ее голос был взволнован. — Звонила та женщина.. Ну, которая говорила, что она моя мать..
— Ну и? — напрягся я.
— Она сказала, что похитила какую-то девушку из КИИМа, которая тебе дорога!