Страница 69 из 197
– Полька, спасибо, – Илья протянул ей двести рублей. – Закажи такси до бургерной, ты намерзлась тут спозаранку.
– Ой, да ладно тебе. Не могла же я оставить Эвелину одну такую перепуганную, – она не взяла денег и кивнула мне. – Ну теперь все будет норм. Рада знакомству, забегай на обед.
– Полина, спасибо большое, – искренне ответила я.
– Ну рассказывай, Маркова, что стряслось? Кто забрался в пекарню?
– Не знаю, я услышала какой-то шум, выбежала на улицу и закрыла дверь на ключ, – я протянула Илье связку.
– Какого рода шум? – он взял ключи, подошел к крыльцу, но не спешил открывать.
– Не знаю… Грохот какой-то, как будто кто-то крался и на что-то случайно налетел…
– Стой здесь, Маркова. Если что, ори на всю округу «пожар». Поняла? «Пожар».
Я кивнула, и Илья стал открывать дверь. Он скрылся внутри, и воцарилась недобрая тишина. Прислушалась: ни звуков борьбы, ни разговоров.
– Маркова! Иди-ка сюда! – крикнул Илья, как мне показалось, едва сдерживая смех.
Он стоял у входа в кухню, уперев руки в бока и содрогаясь от смеха. Когда я поравнялась с ним, то поняла, что именно так его развеселило. На полу валялись махровое полотенце и крышка кастрюли, из которой вздувалось в разные стороны дрожжевое тесто. Совсем вылетело из головы, что я ставила опару! А еще…
– Черт возьми! – я подлетела к духовке и, распахнув ее, вытащила противень со сгоревшими пирожками. Кухню заполнил дым и запах превратившийся чуть ли не в угольки выпечки. – Ну как же так?..
– Лин, ты в порядке? – взволнованно спросил Илья, он взял меня за плечи, развернул к себе и стал всматриваться в мое лицо.
– А? Да… просто пирожки испорчены, про тесто напрочь забыла. Скоро открываться, а у меня только вчерашние остатки, – вздохнула я, с трудом подавляя неизвестно откуда взявшееся желание обнять Романова.
– Я не о том. Что с тобой происходит? Ты вдруг запаниковала из-за упавшей крышки, даже полицию хотела вызвать.
– Вчера мне прислали сообщение, чтобы трижды подумала, прежде чем продолжать копать. А потом фотографию меня в пекарне, – призналась я, умолчав, что на фотографии была не одна.
– Лина! – Илья вдруг сам обнял меня, и я прильнула к нему, ведь мне так было нужно дружеское плечо. Между нами что-то происходило… Рядом с ним я чувствовала себя спокойно и безопасно, а это неправильно. Моя любовь – Игорь. Эта мысль мигом отрезвила, и я отстранилась от Ильи.
– Спасибо, что выручил. Это все эмоции: сначала себя накрутила, потом испугалась из-за ерунды.
– Лин, ну это все как бы… не ерунда. – Илья взял табуретку и поставил ее рядом со мной, а сам присел на тумбу. – Что за фотографию тебе прислали? Просто тебя?
– Да. Меня почти в тот же момент, что и сообщение. И еще у него был ник «Я слежу за тобой». Избитый приемчик, да? – я попыталась усмехнуться, но вышло как-то сдавленно.
– Избитый или нет, но мне не нравится, что кто-то тебе угрожает. По сообщению номер пробить можно? Ты в полицию с этим идти не думаешь?
– Сообщение пропало стразу, как я прочитала. Знаешь, есть такая функция в мессенджере «удалить у себя и у собеседника». Мне кажется, он ждал, когда я открою сообщение, и тотчас избавился от улики. Может быть, и получится как-то восстановить его, но вряд ли самим, а полиция совершенно точно не станет с этим напрягаться.
Илья молча кивнул, и я поняла, что он со мной согласен. К сожалению, внутри меня еще теплилась слабая надежда, что он придумает, как можно заставить органы обратить внимания на эти угрозы.
– Сегодня ты работаешь одна? Где Маша?
– Я дала ей выходной.
– Не хочу, чтобы ты оставалась одна. Это небезопасно, – сурово отчеканил Илья.
– Глупости. Что со мной случится? – постаралась отмахнуться я, хотя вряд ли скрыла свое волнение. – Уже рассвело, сейчас люди пойдут. Теперь я не жалуюсь на отсутствие гостей.
– Не знаю, Лина, но все это мне не нравится. Тебе угрожают, полиция бездействует. Я как никто хочу выяснить правду, но не прощу себе, если с тобой что-нибудь случится. В конце концов, ты в городе одна! Кто тебя защитит?
– Все в порядке. Я буду аккуратна.
– Слушай! Только не подумай чего… Но, может, тебе на время перекантоваться у меня? Лиска против не будет, а ты заночуешь на диване в гостиной?
Забавно вышло: Игорь, который накануне сделал мне предложение, твердил, что любит и хочет всегда быть со мной, не хотел, чтобы я оставалась у него на ночь, а Илья… Нет! Это совсем нелепое сравнение, ситуации разные… Игорь же переживал за меня не меньше Ильи, а я так бессовестно ставлю ему в укор осторожность, призванную защитить наши отношения. И вообще, все, что сейчас происходило между мной и Ильей выглядело сродни измене, ведь я не собиралась об этом рассказывать Игорю.
– Спасибо за предложение, но нет. Сегодня я дала слабину, но возьму себя в руки. Я буду втройне осторожна. Расследование не брошу, тем более сейчас, когда убийца занервничал. Вот если бы найти Камиллу…
– Я бы все отдал, только бы узнать, где она, – пробормотал Илья и отвернулся. Мне показалось, что его глаза увлажнились, и он не хотел, чтобы я это заметила. – Для тебя она часть расследования, а для меня почти стала дочерью. Все думаю и думаю, куда они пропали. Почему так сорвались? Если с ними что-то случилось?
– Не переживай… – я коснулась его руки, и Илья сжал мою ладонь. – Если бы что-то действительно случилось, мы бы узнали. Если информации нет, то скорее всего, они скрываются. Понять бы, почему. Может быть, это как-то связано с болезнью Ками?
– Только как узнать, что у нее за болезнь? Если бы они не сбежали, все было бы проще: у школы завтра медосмотр в нашей поликлинике, я иду с Лиской, там бы подсуетился и выяснил, что с Ками…
– Завтра школьников ведут на медосмотр? В поликлинику? Целыми классами? – у меня в голове появились наметки плана, но нужно было облечь его в видимые очертания.
– Да, обычно врачей приглашали в школу, но там добавились какие-то анализы, и теперь детвору водят скопом туда вместо уроков. У мелких еще требуют присутствие минимум трех родителей от класса. Я вызвался, чтобы присмотреть за Лиской, а то обидит кто…
– Илья, а у всех детей сейчас электронные карты? А старые бумажные хранят в поликлинике?
– Кажется, да… Записывают и в них, и вносят в компьютер, а почему ты интересуешься? Маркова, что ты задумала?
– Я должна завтра проникнуть в регистратуру и разыскать карту Камиллы! Не может быть, что в ней не будет записей о болезни.