Анатомия обмана

Глава 39

Яркое солнце заливало светом наш просторный гостиничный номер. Я сладко потянулась и, еще не до конца проснувшись, отвернулась от окна. Ну почему вчера не задернули шторы? Ах да! Мы допоздна смотрели какой-то фильм про путешествующих домашних животных, а потом уснули, поленившись занавесить окно.

Как же хотелось спать! Наверняка еще совсем рано и можно хотя бы пол часика побаловать себя сладкой дремой… Однако, пристальный взгляд, который я чувствовала на себе, не давал уснуть. Илья широко улыбнулся, когда я открыла глаза.

– Пора вставать, красавица! Нас ждут великие дела! – воскликнул он, и я поморщилась от слишком громкого звука его голоса.

– Папочка, но нам же не надо в школу. Давай спать, – недовольно протянула Алиска, которая вторую ночь подряд спала между нами.

Мы сняли номер в хорошем отеле почти в центре города. Я понимала, что это нам не по карману, но Илья желал праздника, и разве можно было ему в этом отказать? Тем более, нам не хотелось стеснять своим присутствием Анастасию Дмитриевну, а в дешевый хостел с ребенком не пойдешь. Правда, вполне подошел бы вариант поскромнее, который не так ударил бы по карману, но Романов остался непреклонен. Он заплатил за все сам и не позволил мне даже заикнуться о том, чтобы поучаствовать финансово.

В нашем отеле был бассейн с отличной спа-зоной, вот только купальных принадлежностей мы не взяли. Пришлось срочно бежать в недорогой сетевой магазин и покупать купальники, плавки и сланцы. Перед летним сезоном всего этого было в избытке. Мы выбрали мне простой слитный купальник, а Алисе – яркий раздельный с рюшами на лифе, совсем непохожий на тот скучный спортивный, в котором она занималась в Романовце. Девчушка была так счастлива этой обновке, что тотчас попросилась плавать.

Почти весь день мы провели в бассейне, нежились в теплом джакузи, ходили в хамам и сауну. Глядя на нас со стороны, другие постояльцы думали, что мы обычная семья, и мне это нравилось. Иногда мы с Алиской подтрунивали над Ильей, а он театрально сетовал на то, что мы обе спелись против него.

– Привыкай, Илья! Теперь мы с Алисой заодно, и всегда так будет! – важно сообщила я, обнимая малышку за плечи.

– Да, папочка! – кивнула Алиса. Илья закатил глаза, но его губы растянулись в довольной улыбке.

Как два подростка, мы с Ильей украдкой целовались, если никто не видел. Иногда он мог меня несильно ущипнуть или положить ладонь на мое бедро. Я таяла от его касаний и с каждой минутой чувствовала, что все больше влюбляюсь в Романова. Счастье быть с ним и его дочерью вытеснило все тревоги и былые сомнения, мне стало абсолютно плевать, что подумают люди, скажет мама и как к нашему роману отнесутся все остальные. Значение имели только он, я и Алиса. И все же, когда вечером звонила бабуле узнать, как дела в пекарне, я умолчала о нас с Ильей. Мне хотелось обрадовать ее лично, а заодно приобрести в лице старшего члена семьи союзника на случай, если мама будет не в восторге от моего нового парня.

Говорят, нельзя сравнивать отношения, но выбросить из головы мысли об Игоре никак не получалось. То, что несколько месяцев назад я приняла за любовь всей жизни, сейчас представлялось чем-то совершенно иным. С самого начала я не усмотрела в Игоре того человека, которым он стал, а жила памятью о безграничном чувстве, захлестнувшем нас в юности. Этот самообман привел к горьким последствиям, но стал для меня уроком. С Ильей было иначе. В нем я видела мужчину со всеми его достоинствами и недостатками и принимала его именно таким. Пусть пока я не могла сказать Илье заветные три слова «я тебя люблю», но где-то в глубине души я утверждалась в том, что моя влюбленность крепнет и перерастает в нечто большее.

– Эви! Скажи папе! – потребовала Алиса, возвращая меня из приятных воспоминаний прошлого дня в это солнечное утро.

– Алиса, тетя Настя ждет нас не позже половины восьмого. Давай дуй чистить зубы первой, – по-деловому произнес Илья, будто говорил не с семилеткой, а со взрослым человеком.

Тяжело вздохнув, Алиса перелезла через Илью, сползла с кровати и, демонстративно громко топая, направилась в ванную.

Мы попросили Анастасию Дмитриевну приглядеть за Алиской, пока будем в клинике. Она охотно согласилась. А еще это будет первое время за эти два дня, которое мы с Ильей проведем без чуткого присмотра нашей смышленой малышки. Как и любому ребенку, ей было любопытно наблюдать за отношениями мужчины и женщины. Всякий раз, когда Илья подходил ко мне и хотел поцеловать, думая, что Алиса нас не видит, она тут же появлялась где-нибудь вблизи. Вот и сейчас, как только она скрылась в ванной, Илья притянул меня к себе и поцеловал в губы, правда целомудренно и не по-французски, но этого хватило, чтобы у меня по телу разлилась волна жара. Я прильнула к нему, а потом положила ладонь чуть ниже его спины и сжала ягодицу. В ответ он проделал тоже самое.

– Лина, если мы быстро управимся в клинике, может, снимем где-нибудь номер на пару часов до того, как забрать Алису? – фактически прорычал мне в губы Илья, но я не успела ответить, потому что из ванной показалась пушистая голова с торчащей изо рта зубной щеткой.

– Лиска! – выпалила я и резко откатилась от Романова.

– Алиса, зубы чистят над раковиной, – строго сказал Илья, и малышка мигом спряталась в ванной, а секунду спустя он уже нависал надо мной. – На чем мы остановились?

Нужно было срочно все это прекратить. Еще пара минут с ним рядом – и мне потребуется ледяной душ. Я несильно его оттолкнула, проворковав, что нам тоже нужно собираться. Илья понимал, что я, к сожалению, права, и отпустил меня.

***

Когда ты влюблен, и это чувство взаимно, весь мир предстает в радужных красках, но даже самое прекрасное настроение не может выстоять рядом с детской болезнью. Мы сдали Алиску Анастасии Дмитриевне и теперь вернулись из грез в суровую действительность, где главной темой наших разговоров стала Камилла.

По пути к клинике мы решили обсудить, как будем строить разговор, если… когда встретим Камиллу и ее бабушку, но так ни к чему не пришли. Илья стал мрачнее тучи, и я понимала, что его мысли занимает маленькая больная девочка. Только сейчас до меня дошло, как эгоистична я была несколько дней назад, когда расспрашивала «Фаину Раневскую» о Камилле, но даже не поинтересовалась ее состоянием. Вдруг она ходит с трудом, вдруг мучается болями? Я думала только о поиске убийцы вместо того, чтобы сочувствовать этому ребенку.