Анатомия обмана

– Петь, начни, пожалуйста, все с самого начала…

Петька подробно пересказал все с самого начала. Тогда Марина еще жила с Ильей. Она знала, что у Петьки высокооплачиваемая работа, а тратиться, по большому счету, не на что. В один день, когда он заявился в бургерную на обед, Полякова подсела к нему за столик и прямо там выложила все как есть.

– И ты дал ей денег? – спросил Илья.

– Дал. Триста тысяч, что были в банке. Я не слишком экономный, мог бы откладывать больше, но хочу жить в свое удовольствие.

– Триста тысяч… – задумчиво повторил Илья. – И что она предложила взамен?

– Взамен? Брат, ты что? Маринка не знала, когда сможет отдать долг, но тут такое дело… ребенок… Я ничего не просил у нее, и сама она ничего не предлагала. И даже если бы предложила…

– Ладно-ладно… – Романов махнул рукой и повернулся ко мне. – Маркова, давай кофе, и покрепче.

Я подорвалась к кофемашине и запустила двойной эспрессо. Мне было понятно смятение Ильи. После истории с Богомоловым совершенно ясно, что он мог подумать.

– Маринка просила ничего мне не говорить? – продолжил Илья.

– Да… но не потому, что у нас были какие-то мутки. Она не хотела, чтобы ты переживал. Так и сказала, что с этой бедой будет разбираться сама и на тебя такое взваливать не станет. Потом еще добавила, что виноват папаша девочки, что он – форменная сволочь. Как я понял, эта болезнь досталась ей от него, но этот хрен не говорил, что чем-то болен, иначе бы они могли заранее начать терапию, чтобы дочка осталась здоровой.

Илья взял у меня из рук свой кофе, подул на него и сделал небольшой глоток. Мне казалось, что я слышу, как проносятся в его голове самые разные мысли; он сопоставлял то, что мы уже знали с тем, что услышал сейчас, делал какие-то выводы. В этот момент я со всей ясностью поняла, как сильно мне этого не хватало. Снова захотелось стать с ним одной командой, напарниками, друзьями и… черт возьми, чем-то большим.

– Выходит, Марина общалась с отцом Камиллы? – продолжил Илья.

– Ну я понял так, – развел руками Петька. – Извини, я думал, ты знал…

– Нет. Не знал, – сухо сказал он. – Пожалуй, мне нужно на свежий воздух. Спасибо за кофе.

Илья отодвинул чашку с недопитым кофе. Наспех пожал Петьке руку и встал из-за стола. На меня он даже не посмотрел.

Хлопнула входная дверь. Из подъезда послышались сбегающие по лестнице шаги. Со скрипом открылась тяжелая железная подъездная дверь и с грохотом затворилась. Я выглянула в окно, Илья шел быстрым шагом. Догнать его будет непросто, но я решила попробовать.

– Ты за ним что ли? – удивился Петька, когда я ринулась в прихожую натягивать кеды.

– Мне нужно с ним поговорить, – кинула я и вылетела в подъезд.

Мне удалось перехватить Илью на подходе к бургерной. Он искренне удивился, увидев меня. Неужели не ожидал, что я надумаю его нагнать? Эта мысль больно кольнула.

– Давай поговорим, – выпалила я.

– О чем? – равнодушно спросил Романов.

– Обо всем.

– Ладно. Пройдемся?

– Давай.

Мы перешли улицу и двинулись в сквер. Зимой здесь было неуютно, ранней весной – сыро и грязно, зато сейчас… На пышных кустах сирени гроздьями набухали бутоны, вдоль дороги на ярко-зеленом газоне желтела мать-и-мачеха, в высоких вазонах вовсю цвели тюльпаны. Яркое солнышко пробивалось через кроны и рябью ложилось на гравийную дорожку. Это место вполне могло бы вдохновить какого-нибудь импрессиониста на очередной шедевр.

– Хорошо здесь, правда? – я посмотрела на Илью и улыбнулась, но он все также оставался хмур.

– Чего ты хочешь, Маркова?

– Все того же – узнать правду. А ты? – я стала смотреть себе под ноги, но боковым зрением старалась поймать реакцию Ильи. Он не ответил. – Я понимаю, что сегодня снова разбередила твои раны. Если тебе все это неприятно, скажи…

– Неприятно, но я тоже хочу выяснить, что случилось с Мариной, только вот я удивлен, что ты хочешь делать это со мной.

– Почему? Мы же вместе столько прошли…

– Да, но потом ты исчезла. Точнее исчезла для меня. С Алиской регулярно встречалась в кафе своей матери, но, когда я ее забирал, тебя там уже не было. Это чистое совпадение? – усмехнулся Илья, но я промолчала. – Ладно, Маркова, я все понял. Ты поджала хвост после того поцелуя. Я тогда все несколько превратно истолковал, решил опять за тобой приударить, но ты быстро остудила мой пыл. Неужели думаешь, если бы ты сказала прямо «Илья, ты мне не нравишься», я бы не отстал?

– Дело не в этом, – пробубнила я.

– Хорошо, мне ясно, что тот поцелуй был чистым порывом. Такая страстная благодарность, о которой ты быстро пожалела. И все же, почему не поговорить, Маркова? Разве я заслужил, чтобы меня так просто продинамили?

– Хватит! – не выдержала я. – В последние месяцы на меня навалилось много работы. Нужно было закрывать кредитки, и я бралась за большие, серьезные переводы. А расследование зашло в тупик, ничего нового мы не узнали…

– И теперь, когда Петька рассказал про Марину ты вспомнила обо мне?

– Илья, перестань! Я разве давала тебе какие-то обещания, а потом нарушила слово?

Я подло решила переложить ответственность на него, а все потому, что не смогла признать, как сильно боялась влюбиться и обжечься на этом. То, что казалось разумным мне, в глазах Ильи выглядело простым эгоизмом. Следовало объясниться, но вместо этого я продолжала юлить, делая больно и себе, и ему…

– Так и есть, никаких обещаний ты мне не давала, но я думал, что мы хотя бы друзья, – отчеканил Романов.

– Мы и есть друзья. Если бы это было не так, я бы не пошла сейчас за тобой…

– Ты пошла, потому что я тебе нужен для расследования.

– Нет, – я вдруг взяла Илью за локоть и заставила остановиться. – Я тебя догнала, потому что знаю – тебе больно. Позволь разделить с тобой то, что ты сейчас чувствуешь.

– Ты ни черта не знаешь о моих чувствах, Маркова!

– Ошибаешься. Я могу тебя понять. Меня же тоже обманывали.

– Снова о своем принце?.. Кстати, он уехал из Романовца.

– Да и черт с ним. Мне нет до него дела, а вот ты – другое дело.

И это было правдой. Я ясно это осознала, вот бы Илья еще поверил…

– Выговорись о том, что у тебя на сердце, станет легче!