Страница 78 из 82
— Попался, — ухмыльнулся Гоголь.
Конечно, попался. Неужели он думал, что я не замечу, как на протяжении всего сражения, земля продолжала проникать в помещение? И постепенно засыпать весь пол? Или он полагал, что я еще юный, зеленый маг, у которого просто много энергии?
Не, отчасти так и было. Все же, по большому счету, в моем арсенале еще не было сложных заклинаний. Хотя атака магией хаоса все же поначалу оказалась сложна в исполнении. Но у меня же Лора.
Я сделал вид, что пытаюсь высвободиться. Хотя мог двигаться в любой момент. А фокус в том, что мои ноги заранее были окутаны тонким слоем защитной магии Пушкина.
Контролировать такой тонкий слой и так аккуратно, чтобы его не было видно.. Вот тут было сложно. Но опять же все эти сопутствующие расчеты делала Лора. Мне же оставалось лишь поддерживать ровный поток энергии.
— Ну что, Михаил Кузнецов? — пожал плечами Гоголь. — Вы, как представитель другой страны, незаконно вторгшийся в Российскую Империю, с целью захвата власти, убийства царя и подрыва руководящего аппарата, подлежите аресту.
Даже в такие моменты он не переходил черту и действовал в порядке отведенного закона.
— Николай Васильевич. Вы рано выносите приговор. Что же будет, когда произойдет очередная смена власти?
— Это не моя забота. Если меня отправят на пенсию, то так тому и быть. Если же мои услуги будут дальше расцениваться, как полезные, то буду работать дальше, — кивнул он.
Его руки начали светиться от огромного количества энергии.
— А теперь, не сопротивляйтесь, ваше величество, чтобы не было так больно.
Он замахнулся, и я тут же выскочил из земляного капкана. Мне удалось застать его врасплох. Болванчик отвел его удар, сформировал вокруг кулака кокон.
Я же применил сразу три заклинания. Усиленный энергией удар, «Скидыщ» и магию сна.
В этот раз его отбросило достаточно сильно. К тому же, заранее просчитав, я целился в окно.
— Трехочковый! — сжав кулак, обрадовался я.
Гоголь вылетел на улицу, и я вылез за ним следом.
Те огненные сферы, с которыми сражался Болванчик, распались. Земля перестала шевелиться. И вроде как мне удалось вырубить Гоголя.
— Я не чувствую его присутствия.. — произнесла Лора.
Подойдя ближе к телу, я обнаружил, что лицо начало трескаться, как будто оно было сделано из фарфора.
— Что за..
Присев на корточки, я ткнул пальцем, и кусок щеки провалился внутрь.
— Он полый? — удивилась Лора. — Сзади!
Я моментально отпрыгнул и выпустил с разворота два водных заклинания. Сейчас самыми эффективными были заклинания воздуха и воды. Как раз то, что я меньше всего практиковал.. Отлично. Просто отлично, блин!
— Неужели вы думали, что у меня не будет защиты? — ухмыльнулся Гоголь.
Он вылез из-под земли и вокруг него опять начались хороводы из грунта и камней.
— Вы покрыли себя слоем песка? — похлопал я. — Очень умно.
— Благодарю, — кивнул он. — Но время поджимает, а вы отняли его у меня слишком много.
— Да, вы правы, — выпрямившись, я начал вкачивать в мечи энергию. — Мне еще надо спасти Павла.
И тут Гоголь очередной раз смог меня удивить. Вся земля, которая была вокруг нас, начала стекаться к нему, обволакивая его тело. Постепенно он становился выше и больше.
— Это что еще за трансформер такой! — воскликнула Лора.
Я создал шар хаоса и для проверки пустил его в Николая Васильевича. Но место, куда должен был ударить шар, просто разошлось и атака пролетела насквозь.
— Кажется, вы, Михаил, не поняли! Вы обречены!
Гоголь превратился в полноценного голема ростом в пять метров. Помимо рук у него были щупальца, шесть ног, как у паука..
— Ага, — улыбнулся я. — Вот только теперь мы на улице.
— И что это меняет?
Протоколы продолжали работать.
Я пустил несколько деталек отвлекать врага, взрываясь у его головы. А сам приступил к отвлекающему маневру. Другими деталями я создал скелет и начал обкладывать его землей, наподобие того, что делал Гоголь. «Каратель» продолжал копировать техники.
Прошло десяток секунд, и перед врагом встал такой же пятиметровый голем. Только я сделал его куда красивее. Да и не был он предназначен для сражения. Скорее, для отвлечения.
Я же, накрыв себя защитным куполом, спрятался под землю и остальную часть сражения наблюдал через изображение с деталек.
— Удивлен, что ты смог повторить..
Но мой голем тупо попер на него в лобовую и навалился всем телом. Я же аккуратно вытащил руку из-под земли и использовал то, чему меня учил мой сенсей.
Молнии быстро сформировались и все было готово.
— Александр Сергеевич, — связался я с Пушкиным.
— Что такое?
— Откройте купол на десять секунд над внутренним двором около тронного зала, — попросил я.
— Хоть сейчас! — ухмыльнулся он.
— Я готов.
И Пушкин открыл небольшую дыру. Молнии, окончательно сформировавшись, ударили по двум огромным земляным големам. Сила удара была настолько мощный, что пробила насквозь двух гигантов. Земля вздрогнула и начала сыпаться из-за отсутствия влаги.
Но эта атака достигла цели.
Разряд прошелся по телу Гоголя. Эффект был тот, который и нужен. Не убил, а сильно покалечил.
Но мы же не в песочнице.
Тело начальника Имперской Канцелярии выпало из земляного голема на землю. Вся кожа обуглена. Нога торчала под неестественным углом. Но он еще был в сознании.
— Кажется, даже ваша оболочка не спасла вас, — подошел я к Гоголю.
Он закашлялся. Лора показала, что вся энергия у него уходила на то, чтобы не умереть. Тело восстанавливалось, но чрезвычайно медленно, так как, помимо разряда, через детальки Болванчика в моем големе, я направил в Гоголя мощный поток энергии. И каким бы он ни был сильным маг, когда в тебя вливают энергию как из дамбы, то каналы не выдерживают.
Вот и получилось, что молнии сильно повредили физическую оболочку, а Болванчик — внутреннюю.
— Я победил.
Смотря на то, как он пытается поднять руку, я подивился его настойчивости.
— Ты не вечен. И я бы хотел, чтобы ты это прочувствовал. Энергия в тебе рано или поздно залечит раны. На восстановление энергетических каналов уйдет немало времени, да и на внешние ожоги тоже. Но ты жив. Я тебя пожалел. Чуть меньше напряжения, чуть слабее напор энергии. Я хочу, чтобы ты это запомнил. Я хочу, чтобы ты больше никогда не стоял у меня на пути. Пусть это навсегда останется шрамом на твоей душе. Я хочу, чтобы ты помнил, кто тебя побил.
И приложив к его голове ладонь, усыпил его.
С другой стороны внутреннего двора стены буквально разлетелась на мелкие осколки.