Страница 47 из 87
Глава 15 Последнее доброе дело
Лондон.
Великобритания.
Двери гостиницы распахнулись, и небольшая толпа студентов с криками о помощи выбежала на улицу.
Леонтьев и Меладзе бежали впереди всех. Они попытались остановить машину, но? посмотрев на их внешний вид, водители просто ехали дальше. Кому нужны проблемы? На тебя бежит полуголый парень в простынях, и что-то орет? Ну нахрен.
Остальные ребята разбежались и кто-то умудрился вызвать полицию.
— Надо валить из страны, — рычал Меладзе, стараясь скрыться в переулках.
За ним поспевал Леонтьев, поправляя штаны, которые успел прихватить.
— А мы успеем? Серафим? — жалобно пропищал тот.
— Естественно! Я Меладзе! Я всегда получаю то, что хочу!
Они добежали до бутика, сунули продавцу золотую карту и наспех оделись поприличнее. Тут же они позвонили одному из знакомых в институте.
— Парни, не знаю, что вы сделали, но тут полиция, вас ищут. Лучше не приезжать сюда, — сообщил знакомый.
В итоге выбрали отель, располагавшийся на другом конце Лондона. За десять минут они доехали туда и закрылись в номере.
Меладзе включил телевизор.
«.. апартаменты снимали Меладзе и Леонтьев, студенты Оксфорда и выходцы из Российской Империи. На месте были найдены следы запрещенных веществ. Также есть показания пяти девушек. Пока полиция не разглашает подробности, но организаторы этой вечеринки находятся в розыске.»
— Сука! Почему так все повернулось? — крикнул Меладзе, запуская пульт в телевизор. — Это все Кузнецов! Скотина! Он решил испортить нам жизнь!
Леонтьев сел в кресло и схватился за голову. Ситуация все больше выходила из-под контроля. Теперь им будет не просто выкрутиться. Даже побег от Кузнецова теперь выглядел не так страшно, как перспектива попасть в полицию. Хоть и там есть знакомые..
— Я позвоню Люциусу, у него отец в полицейском департаменте, — сказал Леонтьев и набрал друга. — Алло, привет, Люций, скажи, твой отец..
— Парни.. Мой отец лично занимается этим делом. Что вы там натворили?
— Да мы..
— Он сказал, что скоро документы по делу передадут в посольство вашей страны. Лучше сдайтесь.
— Это все Кузнецов! Это он! — крикнул Леонтьев. — Это он все устроил!
— Парни, лучше сдайтесь. То, что я слышал от отца о Кузнецове.. Скажем так, все его враги жили недолго, — после чего отключился.
Парни переглянулись. Ситуация с каждой минутой все хуже.
— Серафим, давай сдадимся, — сказал Леонтьев. — Или полиция, или Кузнецов. Ты сам знаешь, что он может с нами сделать! Я не хочу отправляться вслед за нашими отцами!
— Я тоже не хочу! Заткнись, дай подумать.. — огрызнулся Меладзе. — Я не собираюсь прозябать за решеткой. Хреновые перспективы: либо туда, либо на тот свет. Говно, дружище..
— Я извинюсь перед Кузнецовым, — встал Леонтьев. — Серафим, он нас не оставит. Дальше уже подумаем.
— Нет! — топнул ногой Меладзе. — Сядь!
— Не забывай, с кем ты разговариваешь! Я не какая-то шлюшка на ночь! — отмахнулся Леонтьев и пошел к выходу.
— Погоди..
Меладзе не спеша встал и подошел к другу.
— Ты прав, я погорячился. Но если ты пойдешь к Кузнецову или в полицию, то ты станешь мне врагом. Я тебя предупреждаю, не стоит этого делать.. — спокойно сказал Серафим. — Давай придумаем, как нам выкрутиться из этой ситуации. Мы всегда избегали последствий, и сейчас сможем.
— Прости, но это не тот случай. Я не хочу умирать. Извинюсь перед Кузнецовым, потом пойду в полицию..
— Что ж, ты сам выбрал свой путь.. — опустил голову Меладзе.
Он схватил голову своего бывшего друга двумя руками и использовал огненное заклинание. Голова Леонтьева вспыхнула моментально. Он закричал, но это длилось всего пару секунд. Слишком сильный был огонь.
— Зря.. — раздался женский голос непонятно откуда.
От страха Меладзе начал оглядываться, думая, что сошел с ума.
* * *
Чуть ранее.
г. Лондон.
Наконец, мне стало лучше. Лора умудрилась наладить все процессы в организме. Я сел. В голове кольнуло. В глазах потемнело, но терпимо.
— Валера.. — пробубнил я. — Это что щас было?
— Миша! Я сейчас на Северном Поясе! Возвращаюсь в Москву! Мне надо в Широково! Этот ублюдок умудрился взять мой народ! МОЙ! — услышал я крик Валеры.
Честно сказать, такое поведение я видел впервые.
— Поясни.. — потирая голову, я встал и выглянул на улицу.
К зданию подъехали машины полиции. Надо смыться отсюда.
— Хаос умудрился захватить мой народ! Сейчас они нападают на Широково! МОЙ НАРОД!
— ДА Я ПОНЯЛ, ЧТО ЭТО ТВОЙ НАРОД! Это очень плохо?
— Я разве не говорил, что моя раса сильна? Не так как я, конечно, но даже несколько мужчин могут уничтожить город.
— Это все замечательно, — вмешался в наш диалог Посейдон. — Но ты не забывай, что моя раса тоже имела с вами дело. И вполне успешно. Так что я могу защитить институт.
— Надеюсь, что это так.. Но, по возможности, дождитесь меня!
— Ты отправишься в Широково? — удивился я.
— Попробую переубедить их.. Миша, я их король, никто не может, кроме меня, ими командовать! Они мои! Я верну их или убью сам!
— Принято, — согласился Посейдон.
— Хорошо, но не используй много энергии, — предупредил я.
— Соберу кристаллы, — ответил Валера.
После этого разговора мне стало немного тревожно за домашних. Все же такого уровня опасность не стоит игнорировать. Но.. я не могу попасть в Широково моментально. Да не верить и Валере у меня не было причин. Если уж он сказал, что это опасно, то так и было.
— Уезжаем, — я вышел из апартаментов и направился на крышу. — Нет времени на этих уродов.
Там, попрыгав по крышам, спустился на тротуар через пару кварталов и направился в сторону вокзала.
На ходу я наблюдал за битвой питомцев. Посейдон с Любавкой вели тяжелое сражение, но у них на подхвате были студенты и преподаватели института. Да и Любавка не могла применить свою ультимативную атаку в виде метеорита. Она понимала, что это или убьет магов, или создаст еще больше проблем.
Меня больше волновали Угольки и Тари. Только что на дом напали. Гигантский цветок пробил стену, а пять сородичей Валеры добрались до нас. Угольки вступили в сражение и только благодаря моей энергии, которая безостановочно текла в них, даже серьезные раны мгновенно зарастали.
А вот с Кицуней было куда хуже. Из-за того, что он не был моим питомцем, он его сильно измотали и ранили. Один хвост еще и сломан.
Тари сражалась из последних сил с одним из четырехруких и так же черпала энергию из хранилища, создавая нечто мощное.