Страница 35 из 80
Глава 12 Шестерка погибла
г. Добричи.
Валахия.
Григор Лазо, майор первой оборонительной армии Валахии едва угомонил нервный тик, который у него развивался с момента появления в стране вампиров. И даже тот факт что Тырговиште теперь наполовину свободна его не успокоил. Все равно еще много территорий, наводненных вампирами. Ситуация настолько плачевна, что у него даже не было идей, как потом поднимать страну. Да, большинство населения стало вампирами, но процентов двадцать, если не больше, стали упырями. К тому же правитель Валахии сейчас в коме, но даже в ином случае от него бы было мало толку. Типичный сынок, который унаследовал трон от своего отца. Вот тот был человеком чести. А этот.. Прожигал накопленные богатства, как личной казны, так и государственной.
Но больше всего Григору было обидно за то, что даже не они первые среагировали на нападение, а Российская Империя. Их давний союзник, о котором их король так нелестно отзывался, угрожая в кулуарах, что рано или поздно, объявит ей войну и захватит лакомый кусок земли. Все конечно смеялись у него за спиной, но так же были и опасения, что он может поссориться с царем Петром. И как же Григор благодарил богов и даже свечку ставил в церкви, что Петр Романов был куда умнее и понимал, что не стоит ссориться с целой страной из-за одного глупого правителя. Все же у него в Валахии было много хороших друзей.
В просторный командный шатер зашел Лермонтов Михаил Юрьевич. Он даже не посмотрел на майора, не поздоровался и вообще не показал, что заметил его. Пройдя к дальнему углу, он достал из комода сборную табуретку, расправил и сел. После выудил из-за пазухи жестяную фляжку и сделал пару глотков.
Для Григора это был один из самых странных людей, которых он когда-либо видел в жизни. Нелюдимый некромант, друг Романова и член отряда Кузнецова. Он выглядел так, как будто ему этого ничего не хотелось и вся война в тягость.
— Будешь? — отвлек Григора от рассуждений Лермонтов. — Неплохую настойку сделал.
— Нет, спасибо. Я на службе не пью, — твердо сказал военный, пытаясь понять, что у этого человека в голове. — Да и вам бы не советовал.
— Выпей, — он продолжал держать флягу на вытянутой руке. — Поверь, мальчик, это никогда не бывает лишним. Тем более у тебя нервы шалят.
Мальчик? Он назвал майора валахийской армии мальчиком?
— Простите. Попрошу больше меня так не называть, — все же у Григора было достоинство.
— Обиделся? Зря, — пожал он плечами, но продолжил держать фляжку. — Просто давно не общался с нормальными людьми. Все напыщенные дамы да богатенькие сынки..
Григор что-то странное ощутил в его словах, поэтому взял фляжку. Сделав глоток, он выпучил глаза от крепости напитка.
— Дыши, дыши, — слегка улыбнулся Лермонтов. — Используй энергию.
Постепенно жжение в горле начало пропадать.
— Ну вот, и дергаться перестал, — невозмутимо продолжил Михаил Юрьевич.
И вправду. Пропала дрожь в руках. Да и нога перестала дрыгаться. Хотя оно и не удивительно. Все ресурсы организма направлены на то, чтобы минимизировать урон от крепкого алкоголя.
— У тебя есть жена? Дети? — продолжил имперский маг.
— Двое. Девочка и старший сын. Сейчас они на границе. Жена не хочет уезжать, пока ее родителей не найдут.
— И как?
— Они сейчас в Дарнице. Оба вампиры. Нам даже удалось с ними связаться.
— С вампирами? — удивился Лермонтов.
— Да! Это и удивительно. Они сказали, что не стоит за ними ехать. Боятся, что могут сорваться и погубить людей.
Григор сделал еще один глоток.
— Первый раз встречаю таких вампиров..
Григор вернул флягу Лермонтову, тот сделал пару глотков, и они некоторое время молчали.
Майору почему-то стало комфортно с этим человеком. Бывает так, что с малознакомым можно поговорить гораздо душевнее, чем с близким. И помолчать тоже.
— А я думал, некромантов перебили еще полвека назад, — нарушил тишину Григор.
— Да, знаю. Это я всех убил.. — безэмоционально ответил Лермонтов. — А потом уехал в Северную империю..
— Но зачем? Разве это.. Как бы так поконкретнее сказать, не твои браться по предрасположенности? — удивился Григор.
— Хех, предрасположенность.. А знаешь, это понятие очень размыто.. Помню нашего командира. Для него не было ничего невозможного. Он мог использовать ту же магию, что и я, Роза, Сережа, Ольга.. Все. Просто у него были любимые заклинания, а были не любимые. Я же так не умел.. — он сделал глоток. — А по поводу некромантов. В моей магии очень легко стать злодеем. Все же чем больше вокруг тебя смертей, тем ты сильнее. Большинство этим пользовались, постепенно погружаясь все глубже во мрак.
— А вы?
— А я? Хм.. а знаешь, я тебе расскажу. Ты человек честный. Мои способности выходят далеко за пределы простого воскрешения мертвых. Про меня даже сказки писали. Может, слышал?
— То есть вы Кощей Бессмертный? Серьезно? — улыбнулся Григор. — Вы думаете, я вам поверю?
— Эх, не любил я эту кличку. Как-то Володя ляпнул, она и прижилась. А наш музыкант уже это раскрутил, — улыбнулся Лермонтов.
— И про иголку в яйце тоже правда? — все же Григор не верил в байки. Может, Лермонтов его разводит? Это, как говорят его дочки, пранк?
— Правда.
— Не верю.. Вот хоть убейте, не верю.
Лермонтов многозначительно посмотрел на майора.
— А, ну да.. — осекся Григор. — Ну в общем, не верю.
Михаил Юревич укутался в плащ и откинулся на стенку палатки.
Так бы они и просидели молча, если бы к ним не ворвался Кутузов. Весь взъерошенный, с выпученными глазами, но, судя по его довольному лицу, новости он принес хорошие.
— Тут весть пришла с родины. Оказывается, у Кузнецова есть эксперт. Один довольно сильный персонаж, который может нам помочь с вампирским вопросом.
Григор даже подскочил от удивления.
— Отлично! Значит, у нас будет еще один сильный боец!
Лермонтов отнесся к этому скептически. Он посмотрел на Сергея Михайловича, потом перевел взгляд на майора.
— А чего он сам не приехал? Я про Кузнецова. Вроде, парень смышленый.
— У него другое задание. Связанное с хаосом, — пояснил Кутузов. — Так что даже не знаю, кому больше повезло, нам или ему. Судя по информации, все же нам.
Григор не до конца понимал, о чем они говорят. Но знакомую фамилию узнал.
— Погодите. Кузнецов.. Который победил в мировой Универсиаде?
Оба мужчины кивнули.
— Но ведь он еще дитя! Не старше моего сына! — воскликнул он. — Что он может сделать?
Кутузов многозначительно посмотрел на Лермонтова, и тот кивнул. Пусть лучше генерал расскажет.