Страница 31 из 34
Розовые искры вспыхивают между подергивающимися пальцами Кэнди.
Джудит разворачивается к ней.
— Даже не думай. Я потратила три года, оцифровывая коллекцию городских газет на этом iPad. Я порву тебя голыми руками.
Мэр Рен берет планшет и нажимает воспроизведение, пока миссис Абернати прижимается к нему. Через несколько мгновений они обмениваются потрясенным бормотанием.
Надежда пробивается сквозь трещины в моем сердце.
Может быть, они наконец мне поверят.
Может быть, Кэнди наконец придется ответить за то, что она сделала.
Мэр Рен останавливает видео и направляется к Кэнди. Без единого слова он снимает тиару со стразами с ее головы.
— Что ты делаешь? — пищит она. — Это ничего не доказывает. Запись могла быть изменена.
Джудит громко хохочет.
— Историческое общество никогда бы…
— Заместитель, проводите, пожалуйста, мисс Ханикатт в участок. Полагаю, ей предстоит ответить на несколько вопросов. — Мэр Рен делает знак заместителю шерифа, стоящему на краю толпы, который вздрагивает и тут же действует.
Лицо Кэнди теряет всякий цвет.
— И, Кэнди, — продолжает мэр Рен, — вы дисквалифицированы с конкурса «Королева Глазури» и навсегда отстранены от участия в любых фестивалях Бухты Полумесяца.
— Вы не можете так поступить!
— Как мэр и председатель фестивального комитета, уверяю вас, могу, — говорит он, пока миссис Абернати стаскивает ленту с плеча Кэнди.
Заместитель шерифа встречает Кэнди у края сцены. Она уходит, и каждый житель наконец узнает правду.
Мэр Рен поворачивается ко мне.
— Лайла, мы должны извиниться перед тобой. Нам следовало прислушаться к тебе много лет назад. Прости.
Вокруг сцены люди начинают приносить свои извинения. Голоса нарастают, пока я не могу отличить один от другого.
Миссис Абернати прочищает горло.
— С дисквалификацией Кэнди Ханикатт участница, получившая следующий по величине суммарный балл от судей, — это… Лайла Харт!
Фестиваль взрывается аплодисментами.
Мэр Рен надевает корону со стразами на мою голову, пока миссис Абернати перекидывает ленту Королевы Глазури через мою грудь.
Я победила.
После многих лет попыток я наконец победила.
И я чувствую себя…
Точно так же. Даже хуже, на самом деле.
Корона не может стереть то, что сделала Кэнди. Она не может отменить годы, которые я прожила, веря, что проблема во мне. И она не может вернуть Макса на пустое место за судейским столом.
Цена, которую я заплатила за то, чтобы стоять здесь, намного выше приза.
Миссис Абернати протягивает мне микрофон.
— Не желает ли наша новая Королева Глазури сказать несколько слов?
Толпа расплывается за слезами, наполняющими мои глаза.
— Я хотела эту корону очень долго, — начинаю я. — Я думала, что победа докажет, что быть человеком в городе, полном магии, не делает меня менее талантливой или менее достойной жить здесь.
Мои пальцы сжимаются вокруг микрофона.
— Я думала, это изменит то, как все меня видят. Может быть, даже то, как я вижу себя. Но это не чувствуется так, как я себе представляла.
Я делаю дрожащий вдох.
— Эта корона не делает меня достаточно хорошей. Она только дала мне понять, что я уже была достаточно хороша. Я, возможно, не умею колдовать или превращаться в животное, но я могу превращать другие вещи — масло, муку, сахар, фрукты. Я превращаю их в утешение и празднование, в воспоминания, которые вы уносите домой. Это моя магия.
Аплодисменты прокатываются по сцене, когда я возвращаю микрофон миссис Абернати.
— Спасибо, — говорю я ей. — Но мне нужно кое-куда.
Я поднимаю юбку и спешно спускаюсь по ступенькам сцены.
— Куда ты? — кричит Джудит.
— Найти Макса.
— Иди и найди его, Королева Глазури!