Страница 92 из 115
Она опустила голову. Всё-таки разрыдалась, хотя держалась из последних сил. Громко, как ребёнок. Лицо моментально становилось мокрым, опухало, внутри болезненно щемило. Слипались ресницы, опять полностью заложило нос.
«Я не сильная. Не умная. Я не знаю, что делать. Я даже не знаю, чего я хочу. Мне просто очень плохо. Так плохо, что я хочу уснуть и не просыпаться больше. Хочу видеть сон, как несу бабушке печенье, только бабушка ещё жива. Деревья в лесу цветут, а дорога всё никак не закончится».
«А ещё я больше всего хочу, чтобы он был жив. Даже если сделал мне больно. Предал меня. Даже если мы никогда не будем вместе. Я хочу, чтобы был жив. И здоров. Даже после всего. Даже сейчас».
Нолан замер, таращась на каменную дорогу. Надо уходить — но он не мог сделать ни шага, а по спине гулял нервный холод. Вздрагивали губы.
Он хотел назвать себя слабаком, когда разворачивался и шёл назад. Очень быстро, едва не бегом. Слабаком, тряпкой, кем угодно — потому что должен был сцепить зубы, идти в лес и больше никогда тут не появляться. Но вместо этого опустился на колени, схватил её за плечи и прижал к себе. Холодной рукой стал гладить по голове, перебирать пальцами волосы и что-то бубнить себе под нос, повторять: «конечно я тебя любил. Конечно. Очень давно. Я не хотел любить, но я любил. Прости, если… тебя обижало моё поведение. Мне очень жаль. Прости. Не надо так плакать. Ты не одна. Ты не одна, я здесь. Я рядом. Я с тобой».