Страница 38 из 90
— Да? А кто же тогда Лесник? Говорят, он ничего так, — спросила Магма, взглянув в зеркало.
— Он из какой-то древней расы дварфов живущих под землёй в Стальном городе, — Ефим с сожалением стряхнул оторванные волосы на пол.
— Совсем заврался ты, Ефим! Они низенькие, а я слышал, что Лесник два метра ростом, — засмеялся третий патрульный.
— Я тоже слышала от подруги, что была на Арене, там баба одна орала, что Лесник нолд! Он её заморозил в ответ. Не сказала бы, что он двухметровый, но человек!
— Вы кричите всё что вам в вашу тупую башку залетит! — крякнул Ефим с досады. — Какой же он нолд, если с ним сам Горец дружит? Передай ей пусть закусывает, мерещится всякое. А супер тот опять значит вернулся. Жди беды теперь! Хорошо, что мы здесь.
— Раз его сюда пустили значит не тот или нашли на него управу, — заявила Магма. — С ним короче всё ясно. Что ты знаешь о катакомбах, Ефим?
— Где? Под Вавилоном? Немного. Знаю, что они старше города и вообще самого Пекла. И жили в них великаны, иначе зачем им пятиметровой высоты потолки. В ширину так там два танка разойдутся краями и не заденут друг друга.
— Где ты такие видел? — удивилась Магма.
— Сталкеры рассказывали. Они любят там лазать. Что? Серьёзно говорю. Не веришь? — уставился на неё Ефим, а затем перевёл взгляд в окошко. Его глаза немедленно округлились, а брови полезли на лоб.
— Старый приём, Ефим. Зубы мне не заговаривай, — Магма решила, что он над ней решил посмеяться. Но Ефим словно окаменел и не отводил взгляда полного ужаса от окна. Девушка медленно повернулась и увидел мелькнувшую тень в окне. Входная дверь запиралась на обычный крючок изнутри. От заражённых же и стальная не спасёт, а больше здесь не от кого было прятаться. Только от ветра. Сквозь щель между досок показался длинный ноготь и аккуратно поднял крючок. Третий патрульный тоже обратил внимание на вторжение и онемел от страха. Никто из них не вспомнил, что надо было бить в колокол. Все они словно заворожённые смотрели как открывается дверь. Она распахнулась и на пороге застыла голая девушка с бронзовой кожей и идеальной фигурой. На голове у неё высилась копна волос словно обмазанных глиной и создающих гигантский хвост. Сама же ночная гостья была украшена золотой крошкой, густо прилипшей к её телу, и казалось хоть немного одетой.
Ефим хотел задать вопрос на тему кто ты, но слова комом застряли в горле. Магма потянулась к пистолету на поясе, но тоже так и застыла, стоило лишь девушке посмотреть на неё. Третий патрульный даже не пытался ничего делать и только встал со стула. Девушка прошла в караульное помещение и осмотрелась. Брезгливо отбросив со своего пути грязные ботинки, она обошла застывших людей сверля их взглядом. Магма почувствовала, что её как будто высасывают, когда незваная гостья вперила в неё свои бездонные чёрные глаза.
Ансунамун искала ответ на свой вопрос в головах этих людей, но они не знали где может скрываться человек убивших её жрецов. За всё время, что они с верховным правителем находились в Улье, ещё никто не дерзнул из людей вот так себя повести. Особенно кощунственно это выглядело ещё и потому, что жрецов убили во время ритуала. Такая дерзость должна быть наказана. Имхотеп, верховный правитель и жрец послал Ансунамун разобраться с этими людьми. Приказы Имхотепа всегда исполняются. В своих поисках Ансунамун шла по следу тех людей и набрела на огромный город на побережье тёплого моря. Жрецы со своей пирамидой прибыли сюда недавно, но планы имели грандиозные. Город сразу понравился Ансунамун, это будет неплохим подарком Имхотепу и тогда он сделает её старшей женой. Жрица недавно попала в гарем к правителю, но вынашивала далеко идущие планы. Став старшей женой, она уничтожит гарем и останется одна. Ансунамун не собиралась делить Имхотепа с кем-то ещё. Что скажет сам Имхотеп на это её мало интересовало, она рассчитывала его убедить. А пока она должна найти тех, кто убил жрецов и жестоко наказать. Эти трое ничего не знали, она это поняла сразу. В их головах гулял ветер, жажда наживы и похоть. Больше там ничего не было, но уточнить стоило.
— Где человек, который провёл караван через пустыню три дня назад? — Ансунамун без труда научилось говорить на местном наречии. И сейчас обращалась к самому старому человеку с одним усом, от второго почему-то остался только клок волос.
— Он в городе. Где же ему ещё быть, — Ефим не знал, кто привёл караван, это было не в его смену. Сами караванщики постоянно менялись и проводники всегда были разные. И то, что этим занимался лично Лесник, которого он, кстати, так никогда и не видел в живую, старик не знал.
— Где в городе? — угрожающе повторила Ансунамун прожигая Ефима своим взглядом насквозь.
— В карантине! Дальше по дороге есть поворот направо. Весь караван стоял там, но их велено было выпустить в город сегодня с утра. А может вчера, я не помню! — Ефиму стало очень страшно, он увидел вместо прелестного лица Ансунамун отвратительный череп с горящими глазницами.
— Тогда зачем ты мне? — холодно сказала жрица и подняла правую руку. На её открытой ладони появился серый дымок, словно маленький смерч. Однако он никуда не торопился и крутился, становясь плотнее и больше. Вскоре он приобрёл черты небольшого жука с овальным чёрным панцирем и золотой каёмкой по краю. Жук резко увеличился в размерах и занял всю ладонь. Ансунамун поднесла руку ближе к лицу Ефима, и жук прыгнул ему на голову. Патрульный заорал в ужасе, но тронуться с места и убежать не смог. Взгляд жрицы пригвоздил его к месту. Стило жуку коснуться плоти старика как он начал воспроизводить свои копии. Через несколько секунд Ефима облепили уже сотни жуков жадно вгрызаясь в его тело. Поначалу старик ещё издавал звуки, но жуков становилось всё больше и вскоре вместо патрульного остались лишь одни обглоданные кости. Жуки закончили с Ефимом и разделились на два потока. Один поспешил к Магме, второй к третьему патрульному.