Страница 47 из 260
— Будет непросто, — поморщился я, разглядывая свое тщедушное тело со всех сторон в зеркале. Если оно сейчас треснет, я его пойму — жалкое зрелище.
— Не нравится, проваливай! Это мое тело!
Я почуял на себе взгляд в отражении. На меня снова смотрел Иван.
— Еще чего захотел? Потеснишься ТЫ, молчун, ибо тот, кто довел себя до такого.. — и я схватился за нарождающееся брюшко. — Не достоин не то, что тела, но даже права голоса!
Мизинец снова начал недовольно дергаться, а я отошел от зеркала. Если хочу успеть привести себя в форму до начала Испытания, нужны две вещи: больше золота и больше тренировок.
— Да-а-а.. Однако с одной силой моих блестяшек я далеко не убегу.. — задумчиво проговорил я.
Как именно тренировать человеческое тело мне было неизвестно, и поэтому мне требовался специалист. И, кажется, я знаю, кто сможет мне помочь.
— Борис, — сказал я, спустившись в бар, — ты вроде как-то рассказывал, что был на военной службе?
— А то! — кивнул бармен, протирая стаканы. — Пятнадцать лет отмаршировал, от звонка до звонка!
Его глаза зажглись огоньком ностальгии, и прежде чем он снова начал бы вспоминать дела давно минувших дней, я спросил:
— У вас же там были физические нагрузки?
— Еще бы! Каждый день! Утром зарядка, потом днем вторая зарядка, а еще вечером.. А уж в воскресенье — целых пять! И даже по ночам, бывало, нас подрывали для внеочередного марш-броска. Наш старшина так говорил: чем больше мышц на жопе, тем меньше ветра в голове. Эх, золотое время!
Посмотрев на его выпирающее брюхо, я решил, что, видать, это «золотое время» было довольно давно.
— .. После месяца в нашей роте, — все рассказывал Борис, — любой салага превращался в некое подобие мужика! А уж через полгода..
— Отлично. Можешь прокачать меня по вашему методу? За две недели.
Борис вылупился на меня с таким выражением, будто я только что рассказал, что могу превращать воду в пиво.
— За две недели? Прокачать⁈
И хлопнув рукой по столу, он громко расхохотался. Однако при виде моего отнюдь не шутливого выражения лица, резко стал серьезным.
— Ну, хорошо, — и с этими словами Борис вышел из-за стойки. — Но знай! Слова «не могу», «устал» и «пощады» я не приму!
— Хорошо. Но и ты пообещай, что обеспечишь мне максимальный результат.
* * *
И Борис обеспечил мне результат. Начали мы со следующего утра, и выдохнуть я смог только вечером: весь день я бегал, прыгал, приседал, делал упоры лежа, растягивался и прочее. Конечно, без золота это никчемное тело развалилось бы уже к обеду, однако при помощи моих сокровищ все процессы проходили с утроенной скоростью. Да, есть тоже приходилось, и за троих.
И уставать, конечно, тоже.
— А ты неплохо справляешься, — сказал Борис уже вечером. Я на негнущихся ногах поднимался по лестнице в свою спальню. — Отдыхай. Завтра день пропустим.
Я остановился. О таком уговора не было.
— Нет, удвой нагрузку.
— А?..
— Или ты не веришь в меня?
Борис опешил.
— Верю, но..
— Раз так, то спокойной ночи!
И только улегшись на свои сокровища, я смог расслабиться. Почти.
— Ты чокнулся⁈ — заговорил Иван. — Ты же убьешь меня! Пусть я не могу двигаться, но я тоже устаю! Я чувствую каждый подход! Каждое повторение!
— Отвали. Это все ради дела.
— Для дела⁈ Мое тело не выдержит твое «дело»!
— Еще как выдержит, — и я широко зевнул. — А не выдержит, что ж... Получишь свое тело обратно..
Иван принялся протестовать, но слушать его крики всю ночь у меня не было никакого желания. Подойдя к табуретке, я приготовился пнуть ее со всей силы — мизинцем, естественно.
— Хорошо! Хватит! Ты победил!
— То-то же.. — и снова зевнув, я снова улегся на золото. — А пока я не усну, можешь рассказать мне о чем-нибудь..
— О чем?
— Не знаю.. О том, как ты жил.. Как.. И о прочем..
Иван понял, что выбора у него особо то и нет. Рассказывал он не шатко, не валко, но зато выложил мне кучу интересных бытовых деталей.
Будильник прозвенел в 6:30, а я был как огурчик. Спасибо золоту.
— Смеешься что ли?.. — протянул Борис, когда я спустился вниз, как ни в чем не бывало. — И что, даже мышцы не болят⁈
Я покачал головой, а затем, упав, начал отжиматься.
— Ты что.. все еще не веришь.. в меня⁈
Сделав положенные тридцать раз, сорвался на пробежку.
— Прошу, помедленней.. — стонал Иван каждый новый километр. — Я так устал..
— Я тоже, — фыркнул я. — Проблемы?
По возвращению снова натолкнулся на удивленного Бориса.
— Ну! — и я сверкнул глазами.
Тот махнул рукой, и таким образом мы тренировались целый день — и да, комплекс стал сложнее вдвое. Он называл это странным словом «кроссфит».
Закончили мы на закате.
— Завтра точно нужен день отдыха, а не то.. — заикнулся Борис, и Иван крикнул:
— Да-а-а-а-а!
Но я отмахнулся.
— Нет. Отдых только ночью. Завтра снова будем работать! Или ты не веришь в меня⁈
Борис поверил только ближе к концу недели. Иван все это время рыдал как девчонка.
На седьмой день бармен притащил откуда-то боксерскую грушу, по которой я самозабвенно молотил своими золотыми кастетами. Добавилось плавание — в городской реке, ибо другого места не нашлось. Как не кстати, под водой открылся небольшой портальчик, так что пришлось немного повозиться с окопавшимся там внеземным кальмаром. С золотом в карманах плавал я как акула, поэтому у кальмара не было шансов. И нет, оно совсем не тянуло меня на дно.
Ужин у всего «Котла» в этот вечер был на славу. Половину этой неземной твари съел я.
Вскоре на задний двор притащили железо, а еще сварганили турник. И так один день за другим.
* * *
Наблюдая за Иваном Борис не уставал удивляться. Любой в его роте, где он служил полевым поваром, сломался бы на третий, максимум на четвертый день, а этот только рычал и требовал новых высот.
— Быстрее! Сильнее! — бормотал он, прыгая вокруг груши, а потом падал в упор лежа, а затем снова вскакивал со скакалкой в руках. И даже с утяжелителями ему было «слишком легко»!
Вскоре к нему присоединился и тот странный пухляш, что выделывался своими «преемчиками». Сначала эта жирная туша едва не померла на простой пробежке, но, ударившись башкой о поребрик, он вскочил и едва не обогнал Ивана.
— И это все, на что ты способен, Обухов⁈ — хохотал пухляш, не выпуская сигареты из зубов.
Пока они пытались обставить друг друга, у Бориса кончались идеи. Иван взвалил на себя все самые жесткие упражнения и даже те, что не снились даже самому первому бойцу его части.
И все ему мало..