Страница 28 из 36
Глава 15
Прошло два месяца. В Москве зима. Оказывается, за пару лет в Китае я отвыкла от снега. А он такой красивый. У меня сейчас достаточно тихая жизнь. Я нигде не работаю и пытаюсь разобраться в себе. Признаюсь честно, первое время я дергалась от каждого шороха, боялась выйти из дома и вообще была похожа на загнанного зверька. Я поселилась комнате в коммуналке. Той самой, куда меня направила девочка. Как-то проснувшись утром, я твердо намерилась вернуться в котокафе, поблагодарить ее за помощь и все же отдать деньги за завтрак. Приехав в Шереметьево, я обошла его вдоль и поперек, но кафе не нашла. Я достала всех охранников, администрацию и продавцов магазинов. Все удивленно на меня смотрели и говорили, что котокафе в аэропорту – это нонсенс и такого быть не может. Я вернулась домой ни с чем и в полнейшем недоумении.
Кстати, коммуналка оказалась отличным местом для моей тревожности. Наличие людей вокруг успокаивало. Соседи мне попались интересные, но вполне себе мирные: молодая пара, работающая днем и ночью; интеллигентная женщина среднего возраста, актриса местного дворового театра; и сосед Михалыч, лет шестидесяти, который стал моим кумиром. Поистине неунывающий человек, которого жизнь помотала так, что на его месте я бы уже давно вздернулась. А он ничего, работает сторожем и держит нос по ветру. Хоть и жуткий матершинник, но общительный человек. Добродушный, хотя под горячую руку ему лучше не попадаться. За символическую плату помогает жильцам в доме, кому что починить или машину от снега откопать. Да, иногда у него случаются периоды запоя. И я, когда вселилась, как раз попала на этот период. Мы душевно с ним пили трое суток, я ему плакалась в плечо с полной уверенностью, что он ничего не запомнит из моих откровений. Когда пить уже стало невмоготу, я взялась за себя и, заодно, за него. Не даром советуют заботиться о ком-то в тяжелые периоды жизни. Мне это помогло. За два месяца, что я тут живу, я привела в божеский вид коммуналку, починила и поменяла сантехнику, обновила общую кухню. Сделала косметический ремонт в комнатах. Приодела соседа. Зачем я трачу на чужих людей свои деньги? Они жгут мне руки. С каждым днем я все больше убеждаюсь, что я предала и продала Мин Тао. И эти тридцать серебреников выжигали в моей душе пустоту.
Я вошла в квартиру, еле затаскивая тяжелые пакеты, и крикнула вглубь коммуналки:
— Михалыч, помоги! — и услышала торопливое шарканье тапочек. — Надо было все же тебя с собой взять. Не рассчитала я широту своей души, покупая продукты на стол.
У Михалыча сегодня день рождения, и я намеревалась закатить такую вечеринку, какую эта дряхлая коммуналка никогда в жизни не видела.
— Ксюшенька, там это, гости у нас, — беря пакеты из моих рук, почему-то прошептал сосед.
— Друзей-алкашей своих притащил? — гаркнула я, а потом расплылась в улыбке. — Пусть сидят, сегодня у тебя праздник, всех накормим и уж тем более напоим.
— Нет, там вот это….
Мы вошли на кухню, и я увидела Помощника У. Мое сердце сразу упало в пятки, а мысли заметались в панике по голове. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох, медленный выдох, открыла глаза и с ужасом оглянулась, ожидая за своей спиной увидеть Мин Тао, но коридор пуст. Я повернулась к соседу и шепотом спросила:
— Он один?
— Да, — также шепотом ответил мне сосед. — Он что-то лепечет, а я ничего не понимаю. Это он? Ну тот самый, про которого ты мне рассказывала?
— Ах ты ж старый обманщик! — крикнула я на Михалыча. — Ничего не помню, не знаю, не слышал!
— Прости, Ксюшенька, прости. Не хотел тебя расстраивать. Так это он?
— Нет. Это его помощник.
— Ага… — сосед задумался. — А что ему надо?
— Хрен его знает. Сейчас выясним. – Я повернулась к Помощник У и спросила по-китайски, – Ты чего тут делаешь? И где твой шеф? Нож точит, меня на полоски резать?
— Он не знает, что я здесь, — ответил мне он. — Мне нужно с вами серьезно поговорить.
— Иди в комнату. Та, что с черной дверной ручкой. Я сейчас приду.
Помощник У встал, поклонился соседу и пошел в мою комнату. Сосед поклонился в ответ, затем развернулся ко мне:
— Может, мне это… полицию вызвать?
— Дед, ну какая полиция? Он на самом деле парень смирный. Но если что, я знаю, ты у меня есть, и мы победим всех врагов, — подмигнула я ему. — Сейчас я пойду поговорю с этим прекрасным человеком, а ты пока разгружай продукты. Я его быстро выпровожу, и нам надо столы накрывать. Час торжества приближается.
Я поцеловала соседа в щеку и бодрой походкой пошла к себе в комнату. Притворяться смелой и быть смелой — не одно и то же. Я боялась того, что дальше может произойти.
— Ну, — начала я, закрыв за собой дверь комнаты и садясь на кровать, — рассказывай, чего ты тут забыл. И сядь, пожалуйста, уже на стул. Невозможно же так разговаривать.
— Я приехал сюда просить вас о помощи, — начал он, а я удивленно вскинула брови.
— Ты накосячил, шеф в ярости, и тебе нужно политическое убежище в нашей коммуналке?
— Вы нужны Господину Мин Тао. Я приехал просить вас вернуться.
— Если это твоя попытка пошутить, то можешь заканчивать. Не твое это. Кстати, а как ты меня нашел?
— Я вас нашел спустя пять дней после того, как вы уехали.
— Почему же тогда я тихо-мирно живу тут, и меня еще Мин Тао не придушил?
— Потому что я ему не сказал, где вы. Я сказал, что не смог вас найти.
— Это что еще за акт человеколюбия?
— Я думал, что вы не достойны быть рядом с Господином Су, — я вытаращилась на него и даже не знала, как на это реагировать. — Вы совершенно не ценили то, что он для вас делал. К тому же вступили в сговор с главным врагом.
— Почему же? Я очень даже оценила все, что он со мной сделал, — я немного помолчала, а потом спросила. — Враг — это ты про его отца?
— Да. Старший Господин Су никогда не любил Мин Тао. Он всегда считал его обузой, недостойной его фамилии. Отправляя его на учебу в другую страну, он рассчитывал, что Господин Мин Тао сгинет там, попав в какую-нибудь неприятность. После того, как Господину Су удалось развить свой бизнес и стать весомым игроком в Китае, Старший Господин Су решил отобрать все, что Господин Мин Тао заработал и создал таким трудом. Но чтобы сделать это законно и не попасть под подозрения, ему нужно было сначала передать все свое имущество сыну. Его юристы так составили контракт, что в случае самоубийства Господина Мин Тао, все, что находится в его владении на момент смерти (бизнес отца и его собственный бизнес), перейдет Старшему Господину Су.
— А зачем он подписал документы на таких условиях?