Страница 84 из 947
Глава 17
Я стояла, не в силах отвести взгляда от трона.
От того, как Леди Шипов пила – медленно, смакуя каждый глоток, как дорогое вино. От того, как её горло двигалось – плавно, ритмично. От алой крови, что стекала по бледной коже жертвы, собиралась лужицей на сидении.
От того, что никто вокруг не обращал на это внимания.
Музыка играла весело – скрипки, флейты, что-то струнное, мелодичное. Придворные смеялись, болтали, флиртовали. Кто-то танцевал у дальней стены – плавные движения, как течение воды. Кто-то ел с золотых тарелок – фрукты, что блестели слишком ярко, мясо, от которого шёл пар.
Пир. Обычный, весёлый пир.
А в центре всего – она.
Наконец Леди Шипов оторвалась от шеи жертвы.
Медленно, нехотя, как отрывают губы от последнего, самого сладкого кусочка десерта.
Выпрямилась, откинув волосы назад небрежным движением головы.
Тёмно-изумрудные пряди разметались по плечам, открывая лицо полностью.
И я забыла, как дышать.
Она была… невозможной.
Не просто красивой – красота фейри уже не удивляла, видела десятки прекрасных лиц за эти дни.
Она была произведением искусства, которое одновременно притягивало и пугало до дрожи в коленях.
Кожа бледная, словно фарфор – настолько светлая, что казалась полупрозрачной, светящейся изнутри мягким перламутровым сиянием. На скулах, на висках просвечивали тонкие зелёные прожилки – не вены, что-то другое, живое, растительное, как сок в стеблях.
Лицо – идеальный овал с точёными скулами, изящным подбородком. Черты тонкие, аристократичные, но хищные. Нос прямой, губы полные, чувственные, сейчас окрашенные в ярко-алый – кровью жертвы. Капля стекала с нижней губы, она слизнула её кончиком языка медленно, демонстративно, смакуя.
Глаза – огромные, миндалевидные, с лёгким раскосым разрезом. Цвет… боги, цвет невозможно описать одним словом. Золотисто-зелёные, как молодые листья весной на солнце, с вертикальными зрачками, как у кошки. Светились изнутри мягким, гипнотизирующим светом.
Корона на голове – живые розы, красные и белые, переплетённые так плотно, что не видно, где кончается одна и начинается другая. Лепестки свежие, будто только что сорванные, капли росы блестели на краях. Между цветами – чёрные шипы, длинные, острые как иглы, направленные во все стороны.
Костюм из тончайшего шёлка цвета молодой листвы облегал каждый изгиб – грудь высокую и полную, талию тонкую, бёдра округлые. Ткань настолько прозрачная, что под ней просвечивала кожа, намекая, не показывая прямо, оставляя воображению достаточно работы.
Руки обвиты живыми растениями – стебли вьюнка оплетали запястья спиралями, поднимались выше, к локтям, к плечам. Маленькие белые цветочки распускались прямо на коже, увядали, опадали, и тут же распускались новые.
Она провела языком по губам ещё раз, слизывая остатки крови, и вздохнула – глубоко, с удовольствием, почти чувственно.
– Восхитительно, – прошептала она, голос низкий, бархатный, с лёгкой хрипотцой. – Молодая кровь всегда самая сладкая. Особенно когда приправлена страхом и… – Пауза, усмешка тронула губы. – …восторгом.
Она спустилась с фейри – плавно, грациозно, как кошка спрыгивает с высокого места. Босые ноги коснулись мрамора бесшумно.
Жертва осталась на троне – безвольная, восковая, с закатившимися глазами и посиневшими губами. Дышала – едва заметно, грудь поднималась и опускалась слабо.
Леди Шипов не обернулась, не проверила его состояние. Просто шагнула вперёд, оставив позади, как использованную вещь.
Два придворных фейри – женщины в лёгких платьях – подошли к трону. Подхватили жертву под руки, потащили к выходу. Волосы волочились по полу, оставляя красные полосы.
Никто не смотрел. Никто не обращал внимания.
Леди Шипов шла к нам – медленно, не торопясь, наслаждаясь каждым шагом. Бёдра покачивались плавно, гипнотизирующе. Стебли на руках шелестели тихо, цветы распускались и увядали в ритме её движений.
Остановилась в паре метров.
Окинула нас взглядом – неспешно, оценивающе, как покупатель на рынке рассматривает товар. Сначала Лиса, потом меня.
Взгляд задержался на моём лице. На метках.
Золотисто-зелёные глаза сузились, зрачки расширились.
– Ну-ну-ну, – протянула она медленно, с нарастающим интересом. – Что за редкость забрела в мои владения?
Шагнула ближе. Ещё ближе.
Я инстинктивно отступила, но стража за спиной не дала – руки легли на плечи, удерживая на месте.
Леди Шипов склонила голову набок, изучая метки внимательно, почти с научным любопытством.
– Метки Морфроста, – прошептала она с благоговением, протягивая руку.
Холодные пальцы коснулись моей щеки – лёгкое прикосновение, но от него мурашки пробежали по всему телу. Провела по узору инея над бровью, обвела завиток на виске, спустилась к шее, где метки были гуще, ярче.
Отняла руку, отступила на шаг, скрестив руки на груди.
Усмехнулась – широко, обнажив белоснежные зубы. Клыки чуть длиннее остальных, острее, блестели влажно.
– Добыча Зимнего Принца, – сказала она громче, обращаясь уже не ко мне, а ко всему залу. – Его охота. Его трофей. Стоит в МОЁМ дворце.
По залу пробежал шёпот – придворные прекратили разговоры, танцы замерли, музыка стихла. Все головы повернулись в нашу сторону.
Леди Шипов рассмеялась – звонко, мелодично, но в смехе не было тепла. Только холодное веселье хищника, наткнувшегося на неожиданную добычу.
– Как восхитительно! – Она хлопнула в ладоши – звук эхом отразился от стен. – Как интригующе! Как… дерзко.
Шагнула ко мне снова, на этот раз не останавливаясь, пока не оказалась в дюйме от моего лица. Так близко, что чувствовала её дыхание на губах – холодное, с запахом крови, роз и чего-то сладкого, приторного.
– И что же, – прошептала она, голос стал тише, опаснее, – смертная девочка делает в моих владениях? Заблудилась? Ищет приключений? Или… – Пауза, зрачки расширились ещё больше. – …пришла с просьбой?
Я сглотнула, собираясь с духом. Горло пересохло, голос застрял где-то глубоко внутри.
Вдох. Выдох.
– Я… – начала я хрипло. – Я пришла просить разрешения.
Тишина стала абсолютной. Даже дыхания не слышно.