Страница 79 из 947
– "Только тот, кто отдаст то, что дороже жизни. Только тот, кто разорвёт себя добровольно. Только тот, кто…" – Снова пауза, лоб нахмурен. – Это слово вообще не переводится. Буквально звучит как "станет пустотым, чтобы другой стал целым". Или "умрёт, не умирая". Или… – Он покачал головой. – Не знаю. Слишком запутано.
Он закрыл книгу осторожно.
– Неважно, всё это сейчас не важно.
Я улыбнулась.
– Тогда почему ты это изучаешь? Скажи, ищешь способ стать королём проклятых земель?
Лис замер на секунду, глядя на меня. Потом рассмеялся – коротко, с горечью, без веселья.
– Я? Королём? – Он покачал головой, усмехаясь криво. – Боги, нет. Последнее, чего я хочу – это трон, короны и ответственности за целое королевство.
Он отошёл к окну, оперся о подоконник, глядя наружу.
– Я изучаю это, потому что… – Пауза. Голос стал тише, задумчивее. – Потому что триста лет – это долго. Очень долго. Когда живёшь так долго, начинаешь интересоваться вещами просто ради интереса. Не ради пользы, не ради выгоды. Просто чтобы знать.
Он обернулся, встретил мой взгляд.
– Пограничье – загадка. Последняя великая загадка Подгорья. Все остальные тайны раскрыты, изучены, задокументированы. А эта… – Он показал на книгу. – Эта осталась. Проклятые земли, павшие Дворы, ритуал, который никто не может разгадать. Это… интригует. Завораживает.
Усмехнулся шире, с каким-то мальчишеским азартом.
– Плюс я люблю древние языки. Расшифровку текстов, что никто не читал веками. Это как… – Он подбирал слова. – Как разговор с мёртвыми. С теми, кто жил тысячу лет назад, кто знал вещи, что мы забыли. Они оставили послания, загадки, предупреждения. А я пытаюсь их прочесть.
Он вернулся к столу, провёл рукой по корешкам книг нежно, почти с любовью.
– Это моё хобби. Моя страсть. Единственное, что не надоело за триста лет. – Посмотрел на меня. – Королём я быть не хочу. Но понять, как это возможно? – Усмехнулся. – Это да. Это стоит потраченного времени.
Он закрыл книгу окончательно, похлопал по обложке.
– Но сейчас, – голос стал серьёзнее, деловитее, – всё это действительно неважно. Нам нужно решать более насущные проблемы. Как довести тебя до этих Врат живой и свободной.
Подошёл к сундуку, достал свёртки из ткани.
– А для этого тебе нужно поесть. Набраться сил.
Развернул, и я увидела железные банки – консервные, старые, с потускневшими этикетками.
– Человеческая еда, – сказал он, не касаясь металла. – Тушёнка. Купил у торговцев давно, законсервировал магией дополнительно. На всякий случай.
Я взяла одну банку, повертела в руках.
– Но ты говорил, что у тебя нет человеческой еды, – напомнила я.
Лис почесал затылок виновато.
– Слукавил, – признался, пожимая плечами. – Тогда не доверял. Триста лет учат осторожности. Запасы – это выживание. Не делишься с первым встречным. – Он встретил мой взгляд, и в янтарных глазах мелькнуло раскаяние. – Извини.
Я кивнула, понимая. В его мире это было не жадностью, а разумной предосторожностью.
– Откроешь сама. – Он взял охотничий нож с полки, протянул мне рукоятью вперёд. – Ты справишься?
– Справлюсь.
Лис кивнул, отошёл, сел на стул напротив – закинул ногу на ногу, устроился поудобнее.
Смотрел на меня с нескрываемым любопытством – как смотрят на что-то непривычное, интересное.
Я начала открывать банку, втыкая острое лезвие в крышку, медленно прорезая металл по кругу. Руки слегка дрожали, но справлялась.
Дорезала, отогнула крышку. Внутри тушёнка в застывшем жире. Пахло съедобно, знакомо.
Взяла ложку, которую Лис протянул молча. Начала есть.
Холодная, жирная, не самая вкусная. Но человеческая. Калорийная. Безопасная.
– А что сейчас? – спросила я между ложками. – Какая политическая ситуация между четырьмя Дворами?
Лис почесал затылок, усмехнулся криво.
– Сложная. Очень сложная. Официально они в мире. Заключили Договоры после падения Света и Тьмы. Поклялись не воевать открыто, не вторгаться на чужие земли, соблюдать нейтралитет.
Усмешка стала шире, с горечью.
– Но на деле? Холодная война. Интриги, шпионаж, манипуляции, провокации. Каждый Двор хочет доминировать, но не может сделать это открыто, не нарушив Договоры. Потому что если один нарушит – начнётся настоящая война. И на этот раз могут пасть все четыре Двора. – Развёл руками. – Вот такая политика. Четыре силы, равные друг другу, но враждующие. Балансирующие на грани войны, но не переходящие её. Пока.
Посмотрел на меня.
– И ты случайно оказалась в центре их игр.
Я замерла, переваривая всё услышанное.
Тысяча лет истории. Павшие Дворы. Проклятые земли. Холодная война.
И я – человек, застрявший посреди всего этого, пытающийся просто выжить и вернуться домой.
– Спасибо, – сказала я тихо, встречая его взгляд. – За правду.
Лис кивнул.
– Знание – оружие, – сказал он просто. – Единственное, что у тебя есть против них.
Доела быстро, запила горячей водой из кружки, что Лис молча протянул.
Каждый глоток, каждое движение ложки отсчитывали время. Время, которого не было.
Поставила кружку на стол.
– Нам нужно собираться, – сказала я, выпрямляясь. – В Пограничье. К Вратам. У меня четыре дня. Вернее, три с половиной. Нужно идти.
Лис не ответил сразу.
Лицо изменилось – стало жёстким. Глаза потемнели.
Он встал, подошёл к окну, посмотрел наружу.
Молчал. Долго.
– Лис? – позвала я. – Что не так?
Он обернулся.
– Нельзя, – сказал он.
Я замерла.
– Что значит нельзя?
– Граница закрыта. – Голос жёсткий. – Морфрост перекрыл все дороги к Пограничью. Дозоры. Стража. Барьеры. Ты не пройдёшь.
Он замолчал.
– И это не только он. Оберон тоже. С другой стороны. Пограничье окружено. Ловушка. Ты не пройдёшь и половину пути.
Кровь отхлынула от лица.
– Но… тогда… – Голос дрожал. – Что мне делать? Как вернуться? Врата – единственный путь!
Паника поднималась.