Страница 441 из 947
Глава 3
Я вела машину на автопилоте.
Руки сжимали руль белыми костяшками, слишком сильно, но я не чувствовала их. Не чувствовала ничего, кроме пустоты, которая расползалась от солнечного сплетения, заполняя грудь, горло, голову.
За окном мелькали деревья, тёмными силуэтами, размытые предрассветной дымкой. Дорога петляла среди холмов, узкая и извилистая, асфальт блестел от влаги. Туман стелился низко, цепляясь за изгороди и каменные стены, превращая всё вокруг в призрачный, нереальный пейзаж.
Ирландия. Корк. Графство, где время течёт по своим законам, где в каждом лесу живут истории, а в каждом камне – память.
Я ненавидела это место.
Ненавидела его сырость, спутанные дороги, древние развалины на каждом шагу. Ненавидела то, как местные смотрели на меня – с любопытством, с жалостью, с этим раздражающим знанием, будто видели меня насквозь.
Но больше всего я ненавидела то, что произошло этой ночью.
Или не произошло.
Я не знала.
Не могла знать.
Пальцы сжались сильнее, ногти впились в кожаную оплётку руля.
Это был сон. Просто сон. Галлюцинация от зелья.
Мантра повторялась снова и снова, как заезженная пластинка, как молитва, в которую я пыталась поверить.
Фейри не существуют. Короли не существуют. Магия – выдумка для туристов и романтиков.
Но тогда почему я всё ещё чувствовала его?
Между бёдер пульсировала тупая боль – не сильная, но постоянная, напоминающая о растяжении, о том, как он заполнял меня так, что невозможно было дышать. Губы припухли, словно их целовали часами. Во рту остался привкус – мёда и дыма, чего‑то дикого и древнего.
– Ты слишком тихая.
Голос тёти Дейрдре вернул меня в реальность – резко и неприятно.
Я скосила глаза в её сторону.
Она сидела на пассажирском сиденье, укутанная в тот же кардиган, с термосом травяного чая в руках. Седые волосы растрепались, выбившись из пучка. На коленях лежала корзинка с какими‑то травами и кореньями – неизменный атрибут её «ведьмовства».
Шарлатанство.
Раньше я так думала.
А теперь?
Теперь я не знала, во что верить.
– Устала, – коротко ответила я, не отрывая взгляда от дороги.
– Устала, – повторила она задумчиво, и в голосе послышалась та же нотка – насмешливая, знающая. – Конечно. Ритуал был... насыщенным.
Пальцы дёрнулись на руле.
– Я потеряла сознание, – огрызнулась я резче, чем собиралась. – От твоего чёртового зелья. Ты могла предупредить, что оно такое крепкое.
Пауза.
Дейрдре отпила из термоса, медленно, смакуя, прежде чем ответить.
– Могла. – Она посмотрела в окно, на туман, стелящийся над полями. – Но ты бы не пошла. А невесте положено пройти ритуал перед свадьбой – это традиция.
– Традиция, – фыркнула я. – Какая ещё традиция? Напоить племянницу до беспамятства и оставить спать на земле?
– Не на земле. На пледе. – В её голосе не было и тени раскаяния. – И я всю ночь была рядом. Следила, чтобы огонь не погас.
Я сжала зубы, сдерживая порыв наорать на неё. Сорваться. Потребовать ответов на вопросы, которые я боялась задавать вслух.
Что ты сделала со мной?
Что это было?
Почему я до сих пор чувствую его руки на своём теле?
Но вместо этого я просто кивнула – коротко, отстранённо – и вдавила педаль газа сильнее.
Машина послушно ускорилась, поглощая милю за милей, уносясь прочь от того леса, той поляны, той ночи.
***
Особняк тёти Дейрдре вырос из тумана, как мираж. Каменный, массивный, с башнями и узкими окнами, затянутыми плющом. Вокруг лес, такой густой, что стволы деревьев сливались в сплошную стену, а воздух пах мхом, сыростью и чем‑то древним.
Я не была здесь почти пятнадцать лет. Тётя Дейрдре вырастила меня после того, как родители погибли в автокатастрофе, когда мне было пять. Она дала мне кров, образование, научила выживать в мире, где женщине приходится быть сильнее, умнее, хитрее, чтобы получить то, что хочешь.
А потом я уехала в Дублин, построила своё агентство недвижимости с нуля, стала одной из самых влиятельных бизнес‑леди города, и визиты к тёте превратились в редкие телефонные звонки по праздникам.
Вина грызла где‑то на периферии сознания, но я игнорировала её. Как всегда.
Я притормозила, заезжая на гравийную площадку перед домом, и заглушила двигатель.
Тишина плотная и давящая накрыла мгновенно.
Я откинулась на спинку сиденья, закрыв глаза, и попыталась собраться. Сделала вдох. Выдох. Ещё раз.
Всё хорошо. Ты дома. Точнее, у тёти. Эндрю в Дублине. До свадьбы два дня. Ты успеешь...
Что успею?
Прийти в себя? Забыть? Притвориться, что ничего не было?
– Милая.
Голос Дейрдре заставил открыть глаза.
Она смотрела на меня – спокойно, изучающе, с этим невыносимым пониманием в бледно‑голубых глазах.
– Что бы ни произошло этой ночью, – начала она тихо, – ты должна понять одно. – Пауза. – Некоторые вещи случаются не просто так. Некоторые встречи предначертаны. Некоторые связи...
– Прекрати.
Слова вырвались резко, как пощёчина.
Дейрдре замолчала.
Я развернулась к ней, и всё, что кипело внутри последние часы, вырвалось наружу.
– Я не хочу слышать про предначертания. Про связи. Про чёртову магию. – Голос дрожал, но я не сдерживалась. – Ничего не произошло, понимаешь? Ничего. Это был сон. Галлюцинация. Твоё зелье.
Она слушала молча.
– И я выхожу замуж через два дня. – Я сглотнула, ощущая комок в горле. – За Эндрю. Как и планировала. Как и должно быть.
– Ты уверена? – Её голос был слишком мягким.
– Абсолютно.
Ложь.
Мы обе это знали.
Но Дейрдре просто кивнула, открыла дверь и вышла из машины, оставив меня наедине с тишиной и ложью, в которую я отчаянно пыталась поверить.
***
Я сидела в машине ещё минуту. Может, две, пытаясь собраться. Заставить руки перестать дрожать.
Горячая ванна. Чай. Сон.
План был простой, примитивный и спасительный.
Я вышла из машины, захлопнув дверь громче, чем нужно. Гравий хрустнул под туфлями. Воздух был холодным, сырым, пах дождём и землёй.
Обхватила себя за плечи, ёжась от озноба, направилась к крыльцу и замерла.
У входа, прислонившись к каменной колонне, стоял Эндрю.
Сердце ухнуло вниз так резко, что на мгновение перехватило дыхание.
Нет.
Нет, нет, нет. Он не должен быть здесь.
Эндрю, как всегда, выглядел... идеально.