Страница 30 из 75
— .. Imangaru viva! Senti santra! О, Великий хозяин Башни, чье имя боятся произносить все от мала до велика! Dosut timinus Ektre! Явись же предо мной и открой мне все секреты!..
Он принялся бормотать что-то еще, но его прервал звук — где-то что-то свистело. Как будто чайник, который забыли убрать с газовой плиты. Свист нарастал.
— Senti santra! Tumus Seri Goro! Я Амадей фон Фауст, твой верный слуга, призываю тебя! ЯВИСЬ ЖЕ!
Свист достиг критической точки, а затем из-под двери полыхнуло пламенем. Грохнуло так, что стены аж вздрогнули. А тут еще и дым — он попер из всех щелей.
— Зараза.
Тишина стояла пару долгих секунд, а затем в коридоре захлопали двери. Шаги приближались, и я юркнул в комнату напротив — это оказался туалет.
— Опять! Фауст, чтоб тебя! — громыхали голоса.
— Да и хер с ним, пусть подыхает, собака!
— Где комендант? Вызовите коменданта!
— Дура что ли⁈ Он и тебя сейчас с ним за компанию выкинет на улицу!
— И когда это кончится?
Пара человек все же вышла в коридор, но, поглядев, на клубы дыма, выходящего из-под двери, только покачали головами и исчезли у себя в комнатах. Похоже, привыкли к его выкрутасам.
— И почему комендант не реагирует? Сколько жаловались!
— Ты думаешь, ему не пофигу? Фуст-то из родовитых. Он тут нас всех поджечь может — все побоку!
— Хоть бы его кто пристукнул..
Дождавшись, пока закроется последняя дверь, я вышел из туалета. На шум мог и вправду явиться комендант, поэтому следовало действовать быстро.
Шмель предпринял еще одну отчаянную попытку сунуться мне в ухо, но я щелбаном отправил его полетать около окна и открыл дверь к этому Фаусту. Навстречу мне ринулось целое облако пухачего дыма, и я, раздвигая его руками, шагнул в 444-ю.
* * *
На пятом этаже.
Игорь без труда нашел нужную комнату: Кусь еще с прошлого раза запомнил дорогу и катился впереди как маяк. Постучался парень тоже специальным шифром — два коротких, один длинный. И не успел убрать руку, как быстро оказался в ее объятиях.
— Заходи! Я вся горю!
И уже с порога они начали целоваться. Едва Игорь успел перевести дыхание, как Лиза повалилась его на ковер, и еще пару минут просто выпало из их сознания. До кровати им пришлось подползать — так не хотелось разжимать объятий. Кусь катался вокруг них, странно фыркая.
И только разгоряченная девушка упала на подушки, а Игорь потащил с себя рубашку, как откуда-то послышалось:
— Это всего лишь ветер. Пошли уже! Романов свое получил!
Оба тут же затихли. Кусь тоже.
Голос же раздавался из коридора. Они так увлеченно целовались, что просто забыли закрыть дверь.
— Блин! Ну Игорь!
Невинно улыбнувшись, парень скользнул к двери, чтобы прикрыть ее поплотнее, как снова заговорили:
— Может, ну его, а? Если эти уроды вот-вот будут, то надо быть отсюда как можно дальше, а не то..
— Это шанс! И я его использую!
Игорь замер. В щелочке показались трое.
— Этого Амадея по-любому возьмут, а вместе с ним в лету канут и плоды его рук. Тебе оно надо?
— Нет.
— Вот и мне нет. Надо забрать свое, а там хер с ним.
И они растворились во тьме.
У Игоря просто взорвался мозг — Амедей⁈ Это не тот парень, которого искал Ваня? Его возьмут? Это кто же?
— Игорь, ты чего? — и его локтя коснулась рука. — Иди сюда, продолжим! Смотри сюда..
Тяжело вздохнув, Илларионов вгляделся в глаза Лизы, а ниже притаилось и еще кое-что не менее красивое. Такие большие, и такие манящие. А на щеке у ее родинка. Распущенные рыжие волосы рассыпаны по подушкам.
У него возник секундный порыв захлопнуть дверь и отдаться ее объятиям, но..
Друг. Там же его друг, черт его возьми! И единственный, одобренный лично отцом. На последнее ему было в целом наплевать, но вот Ваню бросать как-то не хотелось.
А ведь Лиза..
Ее губы звали его. Ее шея, ее грудь, ее кружевные..
— Я на минутку!
И чмокнув девушку в нос, Илларионов подхватил Куся и скрылся в коридоре. Себя в этот момент он ненавидел.
* * *
Сквозь серую поволоку проглядывался свет десятков свечей. Все стены занимали полки с книгами, а еще с кучей реторт, колбочек, тиглей, щипцов и прочих алхимических приспособлений. Прямо на полу был нарисован магический круг, а в центре зияло черное выжженное пятно.
У стены сидел он — худощавый бледный парнишка с всклокоченными волосами пепельного цвета. Нашаривая что-то на полу, он вглядывался в меня своими слабыми глазами.
— Ты?.. Это правда ты? Ты явился ко мне⁈
Стоило мне пройти в центр комнату, как он растянулся в глубоком поклоне.
— Наконец-то.. Наконец-то у меня вышло! Столько месяцев работы..
Тут под моим сапогом что-то хрустнуло. Очки.
Опустившись на колено, я нацепил их этому странному парню на нос, а тот у него был длиной с два моих. На его светло-голубых глазах заблестели слезы счастья.
— Ты Амадей? Алхимик?
Он энергично замотал головой.
— А ты Он? Тот что вечно хочет зла, но несет с собою благо?
Тут я не стал кривить душой.
— Возможно. И мне нужно..
— У меня есть! И специально для тебя, о великий! — и парень побежал к своей кровати. Там он порылся с минуту, а затем снова кинулся к моим ногам. О носок моего ботинка ударилось золотое кольцо, три монеты с клеймом Башни и еще пара золоченых пуговиц.
Ухмыльнувшись, я забрал все. Улыбка на лице Амадея растянулась буквально до ушей.
— Бери! Бери, о великий! И даруй мне знание!
— Хорошо, но не здесь.. А сейчас скажи..
И я важно опустился в кресло.
— Ты умеешь превращать медь в золото?
— Конечно. Ой, я совсем забыл! — и ударив себя по лбу, фон Фауст сунулся в шкаф. Оттуда вытащил какой-то сверток, а затем торжественно положил к моим ногам.
Только я решил развернуть сверток, как у меня перед лицом снова замаячил шмель.
— Да чтоб тебе провалиться! — рыкнул я, когда он снова полез мне в ухо. — Фауст! Фас!
И пока мой новый слуга лихорадочно принялся ловить шмеля, я распутывал этот сверок — слой за слоем. А их тут было порядочно!
Следом в дверь забарабанили. И очень настойчиво.
— Фуст! Открывай, чтоб тебя!
Бросив свою охоту за шмелем, парень тяжело вздохнул.
— Опять будут ругаться.. Ай-ай-ай..
Подойдя к шкафу, он открыл дверцу и поглядел на меня с выражением крайней почтительности.
— Ваша милость, пройдите, пожалуйста, в шкаф, пока я не выпровожу этих нахалов..
Но нахалы решили пожаловать сами. Дверь выбили плечом, и к нам завалились двое рослых парней. И как-то они не слишком походили на рассерженных студентов — оба были одеты в черное и при оружии.